Этапы взросления

Дальше была череда случайных и не только встреч, потому что Чимин старался появиться везде, где мог быть Намджун (лекции и общественные мероприятия), правда, тот не всегда приходил. Чимин узнал, что Намджун живет постоянно в Сеуле с 14 лет, а до этого жил периодически то здесь, то в Японии из-за работы отца, который состоял на службе в посольстве. Намджуну было уже 22 года, пару лет учебы он пропустил, потому что уходил в академы, а теперь вот вернулся, что-то с учёбой у него дела шли не очень.

Осень.

Осенью Чимина пригласил один из друзей на свадьбу брата-омеги, тоже студента, и оказалось, что Намджун тоже среди гостей на этом мероприятии – его группу пригласили для развлечения молодежи на свадьбе. Группа исполняла и свои композиции, да и другие популярные романтические песни (свадьба же), кроме того песни на японском языке. Общая атмосфера, вокруг одни веселые лица, выпитое шампанское — сделали своё дело. Когда группа закончила выступление, и начал править диджей, как только Чимин услышал первые звуки медленной композиции, внезапно подумал «сейчас или никогда». Откуда-то в Чимине появилось столько смелости, что он повернулся к стоявшему неподалеку к Намджуну и предложил потанцевать. Ему было всё равно, что подумают окружающие. Намджун улыбнулся вежливо и пошел с Чимином к другим танцующим парам. — Так вы и на японском языке тоже песни пишете? — спросил Чимин, просто чтобы не молчать. — Да, но, если честно, мне это труднее, на корейском рифмуется само собой. — Это когда вдохновение придёт? — Это когда… да всегда. Не хочу хвастаться, но это правда. Сейчас тоже. — Он подмигнул Чимину. «Ааа, понятно, с ним омега танцует медленный танец, а он рэп в голове прокручивает в это время…». Чимину даже немного обидно стало. Когда музыка закончилась, Чимин поблагодарил Намджуна по-японски. Хотел сделать Намджуну приятное, это чуть ли не единственное, что Чимин знал по-японски. — Ты знаешь? — Что? Японский? Нет, не знаю. Они остановились, Намджун ещё не отошёл от Чимина, и тому хотелось вместе ещё побыть. Чимин быстро добавил: — Я китайский знаю. — Правда? — он явно был удивлён. — Да, у нас в … там, где я живу, в общем, давно приехал один дедушка, китаец, поселился там. Ну он такой образованный и верующий — буддист, построил даже небольшой буддистский храм. — А это где находится? Чимин назвала место. — Так он тебя и учил? — Да, мой отец попросил его заниматься со мной китайским. Он считал, что это может мне потом пригодиться, в мире китайский, например, гораздо больше людей знают, чем тот же английский. — Ну и что, пригодилось это тебе? — Нет, вот только сейчас, чтобы разговор поддержать, — Чимин смутился от того, что выпалил, а Намджун заулыбался. — Я заметил, что ты умный, вот, к примеру, схватываешь быстро всю математическую белиберду, извини за выражение. — На самом деле, это просто единственное, что я понимаю. — Что? — Только математику и понимаю. Чимин сам не знает, зачем это сказал, у этой фразы был реально подтекст, но пока его знал только Чимин. «Я вообще ничего не соображаю по жизни, кроме математики». А когда рядом с Чимином был Намджун, было ощущение, что кто-то просто вынул его чиминовский мозг. Он ни о чём не мог трезво думать, и только старался слишком пристально не рассматривать Намджуна. Тут пару прервали. Общие друзья собирались идти домой, причём пешком. Намджун тоже пошёл. Хотя они и шли небольшой такой толпой, всё равно Чимин радовался, как ненормальный, как будто они только вдвоем гуляли. Обсуждали свадьбу и вообще брак, кто-то высказался, что, конечно, правильно, нужно обязательно жениться, а не просто так жить (видимо, кто-то из альф красовался перед омегами). Тут Чимин решил высказаться: — А если просто люди очень сильно любят друг друга, но по каким-то обстоятельствам не могут пожениться, - о чем он только думал? Фантазия Чимина рисовала какие-то непреодолимые стены между ними с Намджуном, - но как же им тогда быть? Разве лучше мучиться поодиночке? Пусть лучше вместе просто будут, без женитьбы, даже если расстанутся потом. Гораздо хуже жалеть о том, что не сделал. Большинство омег посмотрели на Чимина, как на больного. Кто-то из парней махнул на него рукой, и все двинулись вперед. Такие все правильные, ага. А проходящий недалеко Намджун нравоучительно заметил: — В хороших семьях так не принято, пара должна вступить в брак с одобрения родственников. Лучше не делай так, как сам сказал только что. Это безрассудство, когда человек ставит на первое место в жизни отношения. И своих будущих детей этому не учи, — последнее он добавил, смеясь, — забавный ты.