Малышка Нанами и тяжёлый день хранителей

Отличный денёк! Солнышко светит, птички поют. Томоэ его серебристо-белые волосы, короткая стрижка, уши у него большие и лисичьи. Его глаза как у лисы, фиолетового оттенка, темнеющие от волнения, и большой пушистый хвост. Непонятно, почему в возрасте 500+ лет он имеет только один хвост. Лис, как обычно что-то вкусное кашеварит. Впрочем, как и всегда. Наверное опять "любимые" грибочки Нанами подсыпает. И тут, на кухню влетает Мидзуки. Глаза его, по пять копеек смотрят бешено на лиса. Томоэ же подпрыгнул от такого резкого вторжения на свою фузенду. — Проклятый змей, напугал меня, тихо ползать не учили? — подкалывает Мидзуки лис. — Томоэ, там... Там такое! Такое! — змей задыхался от быстрого бега и испуга. —Что там? Крыша обвалилась и бутылки саке разбила? Или Нанами не правильно дышит!? — парировал Томоэ и снова развернулся к плите. — Нанами стала малышкой... — змей поджал губы. — Что!? — озверел лис и помчался в комнату богини.

***

Прошло уже два часа. Томоэ и Мидзуки сидят на полу в позе лотоса и подперев подбородок кулаком, наблюдают за носящейся по комнате малышкой — Нанами. Дааа... И причем не известно из-за чего такое превращение. Микагэ, наверное, шутит. — Змей, что делать будем? — спросил более-менее отошедший от шока Томоэ. — Без понятия... Может её покормить? — подумал змей. — Каким образом? — тупит лис. — Обычным, берешь и кормишь. — вскочил мидзуки — Удачи. — Томоэ отсалютовал двумя пальцами от виска и ушел. — Тупой екай... Ну ничего, Нанами лапушка, пошли кушать. — Мидзуки попытался взять ее на руки. — Педофил! — заорала малышка и наступив ему на ногу, убежала в другую комнату. — Да как же она это запоминает? — возмутился змей, потирая место удара. Нанами же полетела в комнату Томоэ. Да уж, такого бардака ещё надо поискать... Кровать не заправлена, вещи на полу, все на полу, какие-то коробки полные разного барахла. Детка запрыгнула на кровать и заснула, все же ребенок ещё.

***

Томоэ в это время мирно подметал дорожку, возле дома. Спустя несколько минут, к нему подбегает змей. — Что ещё мне хочешь сказать? — подметил Томоэ. — Нанами пропала! — Да что ж на тебя ничего положить то нельзя! Как можно было потерять ребенка!? Тем когда она твоя госпожа!? Ах ты змей рукожопый! — Томоэ бегал по комнатам и отчаянно потрошил вещи. Нанами же уже вышла из дома и направилась гулять. — Черт, Мидзуки, ну неужели трудно было её покормить? Где ее теперь искать!? Змей только пожал плечами. Томоэ взмахнул рукой и появился лисий огонь. — Найдите Нанами! — приказал он и с силой швырнул их в сторону города..

***

Нанами весело прыгала по дорожке. Беззаботно, как в детстве. Вокруг шли усталые от работы люди. Нанами их словно заряжала своей энергией. Но тут, к ней подошли ее одноклассники, они естественно не узнали малышку. — Хей, какая малявка, развлечемся? — спросил он своих друзей. — Погнали. — хором ответили они. — Погоните вы свои задницы отсюда! — рыкнул Томоэ. Он поднял на руки малышку. Его глаза стали красными, словно налились кровью и яростью. Острые клыки не помещались во рту, а норовили выйти до конца за пределы рта. Уши встали торчком. — Это что ещё за крашеный индюк? — плюнул Главный. — Ты не понял? Проваливай! А то загрызу! Или пожарю. Мидзуки ты любишь сильно прожаренное мясо или не очень? — у него в руке загорелся лисий огонь. — Сильно прожаренное с корочкой. — усмехнулся змей. — Ладно, бро, поняли, уходим.

***

Уже вечер. Тускло горят свечи. Возле стола, на пуфиках, сидит Томоэ с малышкой на руках. А под столом дрыхнет в драбадан пьяный Мидзуки. Томоэ тоже уже дремлет. Потом он встаёт и несёт Нанами в ее комнату. Кладет на кровать, а сам пристраивается рядом. Прижимает сильнее к себе. Целует в щеку. — Я люблю тебя... — и засыпает. — Ты прошел испытание, Томоэ... — шепчет Микагэ, стоящий рядом. Лёгким дуновением, с его ладони слетает бабочка, она садится на Нанами, потом исчезает, возвращая богине ее возраст. Микагэ исчезает. А нога Нанами падает сверху на лиса, тот что-то не отчетливо бормочет и его нос укутывается в волосы девушки...