Мои чувства станут твоими воспоминаниями.

Прим. Авт. - комментируем, говорим, стоит ли продолжать. <i> Лес. Тьма. Снег. Голод. Боль. Рангику просто лежала, не в состоянии поднять хотя бы руку. Белые крупинки безостановочно падали на ее изнеможенное тело, покрывая его белым покрывалом смерти. Небольшой ветер колыхнул ее пряди, открывая ее рыжие локоны. Серые глаза уже не излучали никаких эмоций, просто смиренно ожидали конца. Ни одно живое существо не обитало в этих краях, ни одного насекомого не было в этой смертельной пустыне зимой. Никто не мог пересечь ее, даже человек, так как никто и не осмеливался подумать об этом. Несмотря на то, что сейчас всего-навсего сентябрь, в этом месте никто не хотел оставаться надолго. Бесконечные снежные бураны, недолгое лето, когда трава пробивается сквозь метровый слой снега на каких-то полмесяца, и цветы, не успев расцвести в полную силу, тут же безжалостно уничтожит метель. Тут снегу никогда не радуются, его никогда не ожидают с радостным замиранием в сердце, как у нас, его вообще никто не ждет, так как он приносит с собой лишь отчаяние, смерть и голод. Но даже не смотря на это, местность тут очень красива. Высокие заснеженные ели, сосны, с торчащими в разные стороны иголками, огромные сугробы, которые на проверку оказываются засыпанными снегом камнями. Все это создавала атмосферу прекрасной смерти, когда все и красиво, и опасно. Медленное падание снега, его танец в воздухе, безобидный вид красивых ледяных узоров - все это создает смерть. Каждый камень здесь - служитель смерти, и людей, умерших здесь, не счесть. Похоже, Рангику первая, кому удалось продержаться здесь такое долгое время . До слуха девочки долетел хруст только что выпавшего снега, означающий только одно - кто-то забрел в эту глушь. Мацумото лишь прикрыла глаза, думая, что это все послышалось. Ей уже не в первый раз в самые трудные минуты кажется, что кто-то пришел, что спасение близко, это вселяет в ее душу надежду, но падающие и после этого хлопья в конец разрушают чувство, что она здесь не одна. Но на этот раз все по-другому. Рангику приоткрывает глаза, как только вместо ярких лучей не согревшего ее ни разу солнца на ее глаза падает тень от человека. - Почему ты тут лежишь? Не можешь встать? Ну, это понятно, тут никто не может полноценно жить долгое время. Ты, наверное, голодна? - звонкий, немного мальчишеский голос нарушил многовековую тишину этой чащи, а его обладательница вечное одиночество и молчание девочки.- На, попей, потом и поешь. Лучше станет, куда лучше. К губам Рангику прикоснулась фляга с живительной влагой - водой. Как только капли коснулись пересохшего горла, девочка почувствовала свежесть и прилив сил. Жадно выпив все, что было, она нашла в себе силы поднять голову и посмотреть на свою спасительницу. Она присела на корточки и протягивала ей кусок хлеба. У нее были короткие серебряные волосы, широкая улыбка, настолько прищуренные глаза, что радужки было не видно... И мягкие руки, а большее она не помнит... - А как же ты? - спрашивает она охрипшим от молчания голосом, еле шевеля губам. Она откровенно не понимает, как эта девочка смогла добраться сюда, где раздобыла еду и как с ней (едой) дошла сюда, почему не ест и не пьет сама, а отдает ей? - Я и без ничего обойдусь. Тебе это сейчас важней, так что ешь и не пререкайся. - говорит она немного строгим, но ласковым голосом и упрямо отламывает ломоть хлеба и пытается скормить ей. - Спасибо... - говорит Рангику, проглотив пищу, и вдруг понимает, что не знает имя своей спасительницы, - А как тебя зовут? - Ги... - дальнейшие буквы заглушил непонятный шум. - Спасибо, Ги... </i> - Мацумото! Вставай, отчеты за две недели не сделаны! Не время дрыхнуть! - грозный голос Хицугаи Тоширо, главы десятого отдела, уже не в первый раз вывел Рангику из страны снов. Да, все вышеописанное - сон девушки, состоящий из ее воспоминаний о детстве. Он сниться ей очень часто, причем каждый раз с новой деталью. Она до сих пор не знает ничего о начале своей жизни, кроме этого. И каждый раз после такого сновидения она обычно садится и тщательно рисует лицо девочки, которая спасла ее. И с каждым новым сном все новые черты приобретает размытая картина. И сегодня она увидела не новую деталь лица или одежды, а первый слог ее имени "ги". И тайчо (в переводе с японского капитан, будем считать, что боссов отделений называют так) сегодня опять решил помешать ей. -Ну та~йчо, я же с миссии пришла раненной, мне нужен отдых. - и это правда, на недавнем задании по поимке маньяка, разъезжающего по нескольким штатам США, ее чуть не сбила его машина, но она успела выбить дверь, и с помощью Иноуе Орихиме, работающей в полиции, но много помогающей агентству и чаще всего работающей в паре с Мацумото, его смогли арестовать. - Это было три недели назад. И отчеты тебе обязательно нужно сделать, почему только я тут тружусь? - Хитцугая был на пределе. - Вы такой злой, тайчо, неужели свидание с Хинамори не удалось? Давайте я вам новое устрою. - хихикнула Рангику. Недавно Тоширо наконец смог позвать Хинамори Момо, лейтенанта пятого отдела (лейтенант - заместитель капитана), на свидание, так что основа этим словам была. Хитцугая побагровел от гнева. Казалось, Мацумото уже ничто не спасет, но сотайчо (сотайчо в переводе с японского командир, главнокомандующий, тут он заведует всем агенством) как раз именно в этот момент позвонил на главный экран отдела, что означало только одно - случилось что-то невероятное. За два часа до описанных событий. По улице в северном округе небольшого пригорода Киото прогулочным шагом шел человек. Он откровенно недоумевал, почему хозяин, как все подчиненные его звали, решил избавиться от этих людей таким изощренным способом? Ведь его лучшие киллеры, "Эспада", десять убийц, способных уничтожить любого, могли убрать их одним нажатием на курок, одним уколом, одним разрезом, стоит ему только указать на них и произнести одно слово "убить". Это он не понимал и не мог понять. Но он все равно был горд, что именно ему он приказал сделать это. Ведь он номер 4, и, наверняка, не самый сильный, но точно самый преданный. О, вот показалась его жертва. Накамура Рафу, 20 лет. Работает в автомастерской отца, снимает квартиру в этом селе. Четвертый быстро пересекает расстояние до молодого человека, одним движением сжимает ему горло и ударяет танто ему в сердце. Рана получается маленькой, крови вытекает немного, но артерия перерезана, и жертва медленно умирает от внутреннего кровоизлияния. Вырезав на груди бедного парня свой знак - 4, и выжжев получившуюся метку огнем и вытерев о куртку жертвы танто, он бросает парня на землю и стремительно удаляется, чтобы найти следующую жертву. В агентстве. - Мацумото Рангику, мы поручаем тебе новое задание, и ни каких но. Случай беспрецедентный, такого еще не видели. Чистая, ювелирная работа. Жертва умерла от раны в сердце, причем не от потери крови, а от внутреннего кровоизлияния. Таких случаев несколько за два часа, в разных районах Японии. - быстро диктовал сотайчо. - Тут нужно полагаться не только на твои детективные способности, но и на превосходную интуицию. Задание поручаем тебе, Иноуе Орихиме. Я договорился с нашим специальным информатором, она может заменить бригаду криминалистов, определит причину смерти, чем убили и примерное время смерти с одного взгляда. Возражения, как я говорил, не принимаются. Конец связи.