Ангелов не существует

Все закончилось. Людей эвакуировали, погода успокоилась. Казалось бы, все хорошо, беспокоиться не о чем. А, ведь, было одно «но»: в этой битве экзвайры потеряли дорогого им человека — Санииро Тадао. Это был достойный уважения экзорцист — добрый, благородный... за время пребывания с ним, на душе было спокойно, тепло, легко. А теперь его нет... столько монстров он мог бы убить, столько людей спасти... Тем, кто его не знал, кто не видел его смерть, конечно, было всё равно, но не тем, у кого он вел уроки, кому ласково улыбался, с кем летел в одном самолете, обедал за одним столом было отнюдь не побоку. Через два дня после его смерти, состоялись похороны. Погода в тот день будто знала о человеческой трагедии: капельки дождя громко разбивались о холодную землю, дул какой-то мерзкий холодный ветер. Да и пасмурно было с самого утра. На похороны пришли лишь знакомые: класс экзвайров, Сюра Киригакурэ, Юкио Окумура. Но не было одной персоны - Мефисто Фелес отказался от присутствия на похоронах, сославшись на срочные дела, из-за чего поссорился со старшим Окумурой. Еще одна капля дождя громко разбилась о крышку гроба, когда её закрыли. Все присутствующие молчали, склонив головы. Девушки с трудом держались, чтобы не заплакать. — И это называется похороны? — в это время диванчик розового цвета, на котором сидели два человека, мирно парил в воздухе. — Ну, да. Тело умершего кладется в деревянную коробку, так называемый гроб, и опускается под землю, после чего его засыпают землей, а место, где он находится, называют могилой... — одним из этих людей оказался ректор Академии. — Меня много раз хоронили. — Скука... — второй собеседник подпер голову рукой, — от тела же ничего не осталось! — Такого не бывает. Что-то должно было остаться. Люди собрали эти остатки и положили в гроб. — Странные они. Подумаешь, умер и умер. Забыли бы и жили себе дальше, — один из говорящих взял яблоко в карамели. — Тем они и интересны, — ректор наблюдал. — И что теперь делать? — Что делать? Это от тебя зависит. — Можно я продолжу свое дело? — Я только рад! — Фель обнял собеседницу, а она зарыла руки в его волосы.