Ангелов не существует

— Принц...- уголки тонких губ Акихико опустились. Он напрочь забыл о руке Тсукико, все сильнее сжимающей его шею. Внимание приковывал тот взгляд, изучающий и смотревший в самую глубь, понимающий все слабости и намеренно прожигающий их, оставляя лишь пепел. Глаза предателя не выражали страха. Только мимолетное удивление. — Вспомнил меня? — голос ректора отдавался каким-то непривычным басом. Создавалось ощущение, что он не говорил некоторое время. На лице предателя проскочила еле заметная ухмылка, завидев которую, Мефисто понял, что ответ был немой и положительный. Сама того не ожидая, Тсукико отпустила горло Акихико. Предатель упал и вопросительно посмотрел на девушку. Челка упала на глаза демоницы. Она опустила голову. Губы чуть дрожали, изгибаясь тонкой полоской. В сердце по-прежнему что-то сжималась, причем, все сильнее и сильнее. Тсукико резко откинула голову назад, затем, немного опустив, посмотрела красным глазом на Акихико сверху вниз. Глаз наполовину скрывала челка, но его хорошо было видно: зрачок расширился, красная радужка стала особенно кровавого цвета. Рот немного приоткрылся, оголяя белые зубы с острыми клыками. — Суть той книги была в прощении. Так и быть, — после этих слов, девушка зарыла глаза и отвернулась. Ректор прищурился. В зеленых глазах заплясали огоньки, а губы снова выдали фирменную улыбку. Фель перевел взгляд на предателя, слишком долго отходившего от шока, затем повернулся к нему. — У меня исчезли сомнения, что ты один из них. — Мефисто победно улыбнулся. Акихико напрягся, будто собираясь с мыслями. Кисти сжались в кулаки. Предатель посмотрел на Тсукико, увидев только спину. — Это я... Уничтожил их... — голос осип и был очень тихим. Девушка дрогнула. Глаза стали влажными, но не она ли пару мгновений назад говорила о прощении? Надо быть верной своим словам. Это уже случилось. Воскресить их нельзя. Поздно. Слова Акихико эхом отдавались в голове. Дыхание участилось. Простить. Медленно, но девушка повернулась. Она приоткрыла рот, дабы что-то сказать, но предатель встал. — Самаэль... — он поднял взгляд, полный разочарования и горечи, — пожалуйста... В тоже мгновенье раздался оглушительный щелчок. Акихико разорвало на части, забрызгав одежду девушки и ректора кровью. Глаза Тсукико расширились от испуга. Одно слово. Она не успела его сказать. Демоница так и осталась стоять с открытым ртом, пребывая в шоке. Мефисто выжидающе смотрел на неё. Тсукико начала задыхаться. Она согнулась. Слезы уже ручейком катились по лицу, смешиваясь с каплями крови. Девушка упала на колени. Боль разрывала изнутри, невыносимо прожигая. Это нельзя было терпеть. Невозможно. Фель встал на колени, равняясь с ней. Холодными тонкими пальцами он прикоснулся к её лицу. Тсукико подняла на него взгляд, наполненный душераздирающей болью. Мефисто молчал, а спустя мгновение просто обнял её. Все еще всхлипывая, девушка обняла его в ответ. Ректор почувствовал тепло её тела, дрожащего от бушующих эмоций. — Прощаю... — шёпотом сказала она, — прощаю.