Ангелов не существует

      Тсукико ответила на поцелуй. Книга выпала из рук, но девушка не обратила на это никакого внимания. Температура тела резко поднялась, а сердце грозилось выскочить из груди с минуты на минуту. И ей нравилось. Те ощущения были первыми в её долгой демонической жизни. Ощущения, конца которых она не хотела. Одобряя мысли, уголки губ девушки поплыли вверх. Тсукико углубилась в поцелуй и обхватила ладонями щеки ректора.       Мефисто было безумно приятно. В этот поцелуй он вложил все, что чувствовал к девушке. Сколько дам у него не было, но эта казалась особенной. Все демоницы, с которыми он кружился в вальсе чувств, выдавали себя глазами. Заглянув в любой из тех вертикальных зрачков, можно узнать все, а для принца это не составляло проблем. Все их души были черными. Из каждой из них сочилась тьма высшего качества. А ядра некоторых прогнили, как косточки яблока, настолько, что и видеться с ними не хотелось. Но Тсукико светилась... светилась наивностью и неспособностью навредить... человеку. И Мефисто хотел сделать её своей.       Обняв талию девушки, ректор резко притянул её к себе. Сердце забилось чаще, дыхание участилось. С другой можно было и помедлить, растягивая удовольствие, но не здесь. Ректор не хотел ждать. Он оторвался от губ, прокладывая дорожку по шее до ключицы. Из уст девушки вырвался еле слышный стон.       Момент, казавшийся вечностью, мог продлиться ещё дольше, если бы не телефон, громко зазвонивший в кармане ректора. Мефисто не обращал внимания на мелодию, уже успевшую надоесть и продолжал, надеясь на то, что терпение звонящего должно скоро истечь. Но не тут-то было: мелодия, не успевая кончаться, начиналась снова. И первой, кто не вытерпел, была Тсукико. Не прерывая удовольствие, она потянулась рукой к штанам Феля и вытянула из кармана злосчастный телефон, после чего слегка оттолкнула ректора и протянула ему его.       - Он может и подождать, - с нотками обиды произнес Мефисто, скрестив руки на груди.       - Ты ведь его знаешь, - Тсукико не опускала руку, - придется ответить.       Взглянув на аппарат, ректор все же взял его из рук девушки и вышел за дверь. Тсукико села на кровать. Она опустила взгляд на упавшую из ее рук книгу и еще раз вспомнила тот момент, те ощущения. По коже пробежали мурашки, щеки покрылись легким румянцем, лицо озарила мягкая улыбка. Пожалуй, она получила то, чего желала, но потеряла при этом слишком много…       В голову резко нахлынули воспоминания, которые она совсем не хотела снова прокручивать: клан Белых демонов, Акихико… от всего этого девушке стало плохо: в горле встал ком, затрудняя дыхание, в глазах потемнело и, кажется, начинало немного подташнивать. Воспоминания крутились перед Тсукико кровавой пленкой, переходя с вырезания клана на смерть предателя.       Не в силах даже сидеть, демоница упала на кровать, прижимая колени к груди. Она хватала воздух ртом, сжимая руки в кулаки.       «Нет, не надо… уйдите…»       - Тсукико, мы… Тсукико! – вошедший в комнату ректор ринулся к девушке, - тебя ни на минуту нельзя оставить. Что случилось? – он приподнял демоницу и посмотрел ей в глаза.       - Просто вспомнилось… Прости… - после этих слов она больше не могла сдерживаться: опустив голову, девушка заплакала. Серебряные слезинки капали на кровать, оставляя мокрый след. Она дрожала. Ректор приподнял её за подбородок, а когда Тсукико взглянула на него – улыбнулся, будто проговаривая: «Все хорошо. Я с тобой». Демоница улыбнулась в ответ, после чего упала к нему в объятья.       - Завтра мы летим обратно в академию, - сказал ректор, поглаживая девушку по голове.