Поспорим?

- Нет. - Почему, хён? - Чонин наигранно мило надул губки и невинно похлопал пару раз глазками для полного образа, хотя на деле-то эта ситуация до мурашек смущала макнэ, но он всеми силами старался не показывать этого, дабы не разрушить нужный образ. А Чан готов выть от безысходности, ведь уже добрые три с половиной минуты (да, он считал) Чонин пытается заставить выполнить его, казалась бы, маленькую просьбу. Поставить Чановскую «метку» на шее. Ну маленькая же просьба, ну. Так по крайней мере думал Джисон, когда уговаривал Чонина попросить именно об этом лидера, твердя, что это беспроигрышный вариант. И не ошибся. У Чана же был немного иной взгляд на это предложение. Во-первых, начнём с того, что он испытал тотальный шок от самой просьбы, а ведь он просто сидел на кровати, в своей комнате и просто просматривал новости в телефоне, а тут такое, а во-вторых, весь его внутренний мир перевернулся нафиг, потому что макнэ таким невинно-сладким голосочком произнёс эту «маленькую» просьбу, что Чан почти сорвался, ведь в своих мечтах, желание осуществить которые с каждым днём росло в геометрической прогрессии, он давно сделал это, и не только, но моральные устои и, в конце-то концов, совесть его и здравый смысл не дали ему это осуществить. - Ну хёёён, - давяще на жалость проскулил Чонин, устраиваясь под боком у лидера, мельком взглянув на время в углу телефона старшего. Одна минута. - Мы не можем, Чонин-а, - проговорил Чан с нотками мольбы в голосе, потому что боится, что может сорваться, всё-таки выдержка его не стальная, да ещё и макнэ так близко сидит, что.. Что его губы кажутся мягкими, сладкими и манящими.. Лидер понял что его мысли потянуло вообще не в нужное русло, а ещё понял что слишком долго смотрит на эти дурманящие голову губы, а ещё понял.. Слишком поздно он понял, что Чонин непозволительно близко находится от его лица, а понял лишь тогда, когда почувствовал на своих губах чужие, такие мягкие и тёплые, окончательно срывающие предохранители. Чертов Чонин. А ведь Чонин сам не ожидал такого от себя. Кто ж знал, что его так привлекают губы старшего? Ну, скажем так, он догадывался, а иногда и представлял в своих не очень невинных мечтах, какого это, коснуться их.. Чан резко подался вперёд, а Чонин, не выдержав, и чего уж греха таить, не ожидав, такого напора от лидера завалится спиной на кровать, разорвав недопоцелуй. Чан не может мыслить рассудительно, чтобы понять, что только что произошло и, хотя бы примерно понять, чем может это закончится, если продолжить, а Чонин не может мыслить, от слова вообще. У него этим «поцелуем» последние остатки разума словно сильнейшим ветром сдуло. Ага, ураганом таким. Чан зовут. Чонин, безуспешно конечно, но пытался собрать мысли в одну кучку и сообразить, что ему делать дальше, потому что, если говорись уж совсем на чистоту, то он не готов черт возьми к этому повороту событий и его последствиям. Точно не сейчас. А то, что он первый вообще-то полез за поцелуем, что в его сценарий не входило, тем самым, видимо, дав зелёный сигнал действиям Чана, заставляет смущаться макнэ, о чем все же дали знать его слегка покрасневшие уши. А вообще, он рассчитывал на адекватный отказ от лидера с самого начала, но с актерской игрой, а-ля соблазнением (гребаный Джисон и его наставления), судя по ситуации в которой он оказался, а именно под Чановым испепеляющим полным желания взглядом, да и чего умалчивать и под самим Чаном, Ян явно переборщил. И.. 10, 9, 8.. Руки Чонина вжаты в кровать самим ее владельцем.. ..7, 6, 5.. Взгляд Чана плавно скользит по изгибам лица младшего и останавливается на его приоткрытых, чуть красноватых, губах, что не могло не смутить макнэ ещё больше.. ..4, 3.. Чан приближается к лицу Яна, обдавая горячим дыханием губы напротив, а Чонин, начиная проваливаться в пучину сумасшествия на пару со старшим от такой близости, внезапно сделал для себя вывод, что тело Чана очень горячее (во всех смыслах).. ..2.. Чонин прикрывает глаза, еле заметно напрягаясь и ожидая последующих действий старшего.. ..1 Стук в дверь. Чан отстраняется, обращая своё внимание на источник звука, а Чонин заметно расслабляется. Если бы не этот спасительный, именно в данный момент, стук в дверь, то, как думает сам младший, он бы просто сгорел от смущения. Тут в комнату резко вваливается Джисон, улыбаясь и что-то бормоча про то, что ему крайне неловко, что он помешал на таком «пикантном» моменте, но ему срочно нужен Чонин и это не обсуждается. Откуда Джисон знал уже при входе в комнату, что ситуация весьма «пикантная», Чан поинтересоваться не успел, так как Чонина просто взяли за руку и «украли», буквально, из-под носа лидера, а Хан, ещё раз извинившись и неловко улыбнувшись, быстро зашагал с Чонином к выходу, но старший поставил у себя в голове напоминание: поинтересоваться утром. Причём желательно обо всем произошедшем и с обоими. Потому что интуиция подсказывает лидеру, что тут дело не чисто, ведь не мог же просто так ,вечно краснеющий от любой пошлости, младший сам прийти и предложить такое Чану. А ещё старшему не то что бы неуютно за свою несдержанность по отношению к Яну, ему капец как стыдно. А ведь Чан считал себя достаточно сдержанным во всем. Но видимо на Чонина это никаким боком не распространяется. А осознал Чан это сегодня.

***

Чонин точно не помнит как он вышел из комнаты лидера и как оказался уже возле своей, но четко помнит, что как только дверь в комнату Чана закрылась, он спокойно выдохнул. Видимо, он все это время не дышал. - Надо же, я помешал вашему почти любовному действу, - играя бровями, саркастически произнёс Хан, прекрасно понимая, что Ян осознаёт, в каком именно смысле это было сказано. - Интересно, чем бы все закончилось, если бы я не пришёл ровно секунда в секунду.. - Иди ты, блин, - опуская голову и пытаясь скрыть нарастающее смущение от воспоминаний минутной давности, огрызнулся Чонин, - это было между прочим.. было, ну, как-то.. Заметив изрядно покрасневшие, а если быть точнее, то ещё не успевшие остыть, уши младшего, Хан дополнил: - Горячо?.. - ну любит Джисон подкалывать младшего, особенно в этом плане. - Ой все, хён, иди.., - подумав секунду, куда можно послать своего вечно стебущего хёна, Чонин выдал, -..спать, все пока. Ян быстро шмыгнул в комнату, захлопнув за собой дверь. Джисон на это лишь усмехнулся и, развернувшись, отправился к себе, подумывая, какие ещё задания относительно Чана можно будет дать младшему при его последующих проигрышах в спорах, а ведь таковые обязательно будут, хоть Чонин и пообещал, что больше не поспорит с этой, как он успел уже именовать Джисона, извращённой белкой. Просто Хан слишком хорошо знает Чонина, чтобы не осознавать, что повод для очередного спора обязательно найдётся.

***

Чонин же, сидя в своей комнате, на полу, возле двери, даже не удосужившись включить свет, вспоминал, в какой же промежуток времени за сегодняшний день он успел так встрять, что ему пришлось просить лидера о том, о чем только одна мысль заставляла смущаться: Несколькими часами ранее. - Ну давай, Чонин-ааа - Н-нет, - то ли от смущения, то ли от злости за столь смущающее задание младший покраснел и, видимо, по той же причине его голос задрожал. - Ни за что! - отчеканил Чонин по слогам, решив что это предаст его голосу хоть какого-то решительного оттенка. Но внутреннее смущение все ещё показывалось в виде покрасневших кончиков ушей. - «Как не совершеннолетняя девственница, ей богу», - подумал про себя Хан, глядя на состояние младшего перед собой, - «А хотя погодите-ка..» - Короче, - начал разговор после пятисекундных раздумий Джисон, - так уж и быть, по милости своей, тебя, а если быть точнее, то твою невинность, на произвол судьбы я не оставлю, - Хан всё-таки не был дураком и понимал что это возможно точно будет новым шагом в отношениях Чонина и Чана, но и младший тоже не совсем дурак, понимал ведь на какой риск идёт, споря с Ханом. Ну или не совсем понимал.. Джисон начал что-то объяснять, но Ян его не слушал. Он думал насчёт того, как попросить об этом Чана и с чего вообще начать разговор и даже успел пообещать себе, что больше никогда не будет спорить с Джисоном, с содержанием мыслей которого, по всей видимости, и камасутра близко не стояла, но легкое потряхивание за плечо вывело его сознание из пучин раздумий. - Пять минут, окес? Чонин слабо кивнул, еле улавливая связь между словосочетанием «пять минут» и тем, что говорил Джисон ещё до отправления его разума в далеко не невинные мысли о ближайшем будущем. - Тогда удачи тебе, мелкий, в соблазнении своего возлюбленного, - последние два слова Джисон произнёс нарочно слащавым голосом, за что получил по плечу от, уже порядком покрасневшего, от смущения Яна, и, потирая плечо после «болезненного» удара и посмеиваясь добавил: - Только смотри не перестарайся, а то я могу не успеть, - подмигнув, проговорил старший и скрылся в неизвестном для Чонина направлении, видимо, боясь получить в плечо удач гораздо сильнее предыдущего. - Извращённая белка!! - прокричал вслед убегающему Хану, уже и так порядком смутившийся, Чонин. Он думал над ситуацией, произошедшей буквально несколькими минутами ранее. И смущение накатило новой волной, заставив уши покраснеть в который раз за день. А Чонин теперь, кажется, ненавидит в себе эту черту. Гребаный Хан Джисон, его наставления и спор по пятиминутному соблазнению лидера.