А поутру они проснулись

Северус Снейп проснулся с дикой головой болью, а быть может от нее. И осознание того факта, что у него болит голова, слава Мерлину, пришло раньше, чем господин профессор успел совершить этой самой головой какие-либо резкие движения. Вдобавок Снейпа посетила гениальная, а главное очень своевременная, мысль, что пить надо меньше. Ибо даже исключая головную боль, все равно было как-то не хорошо, словно он всю ночь не спал, а … Что он делал на самом деле, оставалось тайной за семью печатями. Северус не помнил ровным счетом ничего. Закончив жалеть себя любимого и проклинать в виды и сорта алкогольных напитков, слишком яркое солнце за окном, неудобную подушку и прочие факторы, повлиявшие на его теперешнее состояние Северус Снейп, наконец, понял, что... В своей, между прочим, постели, у себя, кстати говоря, дома, он лежал не один. Уже во второй раз всплыла мысль «Надо меньше пить» и стало немного страшно. Мужчина медленно повернул голову доселе недвижимую во избежание болевых ощущений. На соседней подушке спала Беллатриса Лестрейндж. Снейп несколько секунд непонимающе моргал и открывал-закрывал рот, как рыба выброшенная на берег, да и чувствовал себя примерно так же. Более менее успокоившись, лелея надежду, что они с Беллой просто спали рядом, Северус осторожно приподнял одеяло. Надежда умерла. Беллатриса лежала полностью обнаженная, он сам тоже. Стоит заметить, что внешним данным мадам Лестрейндж Снейп выставил «Выше ожидаемого». Намного выше ожидаемого. Поставить «Превосходно» помешали тонкая белая полоска давнего шрама на левой груди женщины и его, Снейпа, собственная вредность характера. Белла промычала что-то невнятное и перевернулась со спины на правый бок, лицом к Снейпу и открыла глаза. Когда ее взгляд сфокусировался на лице зельевара, женщина еле слышно хмыкнула и закрыла глаза. Спустя несколько секунд ее глаза снова открылись. Северус, безусловно, догадывающийся о том, как отреагирует Беллатриса, тихо произнес: - Только не ори. Зря! Сей факт, что галлюцинация не исчезла, да еще и заговорила не оставил от спокойствия Беллы и следа. Но нужно отдать должное мадам Лестрейндж, она не орала. Визжала. А какое из двух зол было бы меньшим история умалчивает. Внутри несчастной головы еще более несчастного Северуса Снейпа огромный молот ударил по огромной наковальне. Мужчина что было сил зажмурился, очень надеясь, что от этого головная боль уменьшиться. Отожмуриться его заставила звенящая тишина, Северус даже по-началу не поверил своим ушам. Белла сидела на кровати, обхватив голову руками, на лице была гримаса боли. Снейп испытал некое удовлетворение и посчитал себя отчасти отмщенным. - Я же просил не орать. Теперь мучайся. Белла убрала руки от головы и посмотрела на Северуса. - Какого черта ты тут делаешь? - прошипела она и натянула одеяло себе до самой шеи. - Живу, - коротко и грубо ответил Снейп. Беллатриса огляделась и переформулировала свой вопрос: - Какого черта я тут делаю? - Тебе лучше знать. Это же ты у меня дома, - Северус переложил всю ответственность за сложившуюся ситуацию на Беллу. - Не знаю. Не помню, - Женщина непечатно выругалась. Снейп был категорически согласен с каждым словом, - Так, может, ничего и не было. Белла заглянула под одеяло, ее надежда тоже упокоилась с миром. - Как же так? - Белла выглядела совершенно растерянной. - Спроси что полегче, - недовольно буркнул Северус. Вопросов из категории «полегче» у Беллы не оказалось: - И что теперь делать? - женщина еще выше подтянула край одеяла, чуть ли не к носу. И кто бы мог подумать, что она настолько стеснительна. Вот и Северус не мог. - Для начала одеться, - вздохнул он. Если вся одежда Северуса лежала аккуратной кучей рядом с кроватью, то с одеждой Беллатрисы дело обстояло хуже. По всей видимости, ведьма раскидала предметы своего туалета по всей спальне, к счастью небольшой. Снейп оделся и удалился в лабораторию, ограничившись очень информативным пояснением «надо». Белла все-таки нашла всю свою одежду, хотя это заняло немало времени. И не из-за того, что все валялось в разных местах, просто Белла была завернута по грудь в одеяло. Одеяло постоянно норовило сползти или развернуться, это существенно осложняло поиски. В итоге, платье нашлось на спинке кресла, чулки и белье около кровати, а корсаж на подоконнике. Туфлей не было. То есть они были. Вчера. Совершенно точно были! А сегодня Белла их не нашла. Спасибо Моргане, палочку Беллатриса по привычке засунула под подушку. Нельзя не держать палочку под рукой, если ты пожиратель смерти, тем более, если ты пожиратель смерти сбежавший из Азкабана. Само провидение или иные высшие силы повлекли женщину к мутному зеркалу. Оттуда смотрело создание неписанной красы. Во-первых, воронье гнездо на голове. Нет, Беллатриса никогда не особо заботилась о своей прическе, но сегодняшнее состояние волос выходило за всякие рамки. Во-вторых, лицо. Вернее, то место, где оно раньше находилось, так как назвать увиденное лицом у Беллы язык не повернулся. Вчерашний макияж (по обыкновению обильный и яркий) превратился в жуткое зрелище. И, в-третьих, мятое платье, но на фоне первых двух пунктов это был такой пустяк. Прошлепав босиком на звук Белла нашла лабораторию и Снейпа в ней. Он помешивал в котле какое-то зелье, по-виду очень противное, похожее на болотную жижу. Беллатриса завесила лицо волосами и кашлянула. Северус обернулся и таки неудержался от ехидного смешка и не менее ехидного комментария. - Можешь не прятаться, я и так уже все видел. Ты — прекрасна. Белла сдержалась, но в ее все еще болящей голове рисовались картины долгой и мучительной смерти мастера зелий. - Где ванная комната? - Это не Малфой-Мэнор, найдешь, - не отвлекаясь от помешивания зелья, ответил Снейп. Белла фыркнула и удалилась.