Проклятие Ананаса

Ошибок много:) - Располагайся, - Кёя махнул рукой, приглашая Хару войти в дом. Ну, выглядело это наоборот... - Хибари-сан, а что все подумают?! - с ужасом в глазах спросила Хару. - Я уже пять раз объяснял детали плана, травоядное... - процедил Кёя. - Повторять я не люблю, но придется, потому что забивать до смерти свое тело я не хочу. Слушай внимательно: никто не должен знать о подмене. Живем как жили, только теперь ты будешь учиться в школе Намимори, точнее, твое тело, в котором нахожусь я, будет в школе Намимори, чтобы я мог тебя видеть и не отвлекаться от дел. Жить будешь у меня, твоим родителям скажу, что поживу у той травоядной, Кёко, кажется. Будем ждать, когда вернутся Реборн и Мукуро, поняла? - П-поняла, Хибари-сан. А ваши родители что на это скажут? - было забавно видеть нервное и смущенное лицо Хибари Кёи, в теле которого находилась Хару. - У меня нет родителей, - коротко сказал Кёя, поднимаясь в комнату. - И да, переоденься. - Ха-хи?! Хару стесняется смотреть на ваше тело! - возмутилась Хару, краснея. Кёя ударил себя по лбу, и, взяв сумку Хару, вышел на улицу. "Это травоядное меня выводит из себя! Мы не в той ситуации, чтобы смущаться. Чертов ананас-извращенец, знал ведь, что так будет... Ну почему именно она?!" - думал Кёя, быстрым шагом переходя дорогу. - Хару-тян! - раздался крик и, обернувшись, Кёя увидел рыжеволосую девушку. - Привет, - буркнул Кёя и хотел было продолжить путь, как его схватили за руку. - Что-то не так, Хару-тян? - спросила Кёко. - Ты не в настроении? Или тебя снова обидел Гокудера-кун? - Все хорошо, - Кёя фальшиво улыбнулся. Он не должен вызвать подозрений... - Идем завтра в кондитерскую? - предложила Кёко, шагая рядом с Кёей. - Я не могу. Меня наказали, - Кёя состроил притворно-расстроенную гримасу. "Что-то я упустил..." - думал он, видя, как девушка подозрительно на него косится. - За что тебя наказали? - спросила Кёко. - Хибари-сан наказал Кёю...то есть Хару! - Кёя вспомнил, что Хару говорит о себе в третьем лице. - Но ты же не в нашей школе! - Хару перевелась, чтобы...ээ...быть рядом со своим будущим мужем! - выдал Кёя, мысленно избивая до смерти и Хару, и Цуну. - Мне кажется, Хибари-сан слишком суров к тебе, - сочувственно сказала Кёко. - Он вобще очень суровый. Избивает всех, кто хоть что-то не так сделал! Не удивительно, что его никто не любит, только ненавидят, а в лицо сказать не могут, потому что он сразу всех "забьет до смерти"... - Да, Хару тоже так думает, - сказал Кёя. Ему было глубоко плевать на мнение травоядных. - Ты сама говорила, что он тебя раздражает и бесит, а еще что он самовлюбленный дурак, который всех ставит ниже себя, потому что хочет по выпендриваться. Мне кажется, он как-то это узнал, и мстит тебе, - шепотом сказала Кёко. - Да, он такой, - сказал Кёя, хотя внутри все кипело от ярости. - А Гокудера-кун? Вы снова с ним ругаетесь, да? - Да, Хару ругается с Гокудерой, - монотонно сказал Кёя, придумывая план мести. - А мне кажется, что он не такой плохой. Я уверена, вы смогли бы поладить, если бы получше узнали друг друга! - Кёко улыбнулась, и тут же Кёю осенило: вот она месть! - Кёко-тян, Хару кажется, что она влюбилась в Гокудеру... - едва сдерживая злорадный смех, сказал Кёя. - Правда? - спросила Кёко, удивленно посмотрев на подругу. - Это было бы здорово! Хочешь, я узнаю, нравишься ли ты ему? - Да, Кёко-тян, Хару очень хочет! - Но как же Цуна-кун? Я думала, ты любишь Цуну-куна... - Хару уже не любит Цуну-куна! Хару любит Гокудеру-куна! - громко крикнул Кёя, да так, что половина прохожих удивленно на них посмотрели. - Это здорово! - Кёко хлопнула в ладоши. - Завтра же выясним! Я домой пойду, спокойной ночи, Хару-тян! - Спокойной ночи, Кёко-тян! - Кёя помахал рукой Кёко и, свернув за угол, оказался прямо перед домом Хару. Открыв дверь, он вошел в квартиру, и отправился в гостиную. Там, читая газету, сидел отец Хару. - Папа, я поживу недельку у Кёко-тян? - спросил Кёя. - Ей очень страшно ночевать одной. - Конечно, Хару, - монотонно сказал отец, продолжая читать газету. "Он даже не расслышал..." - отметил Кёя. Его обрадовало то, что не пришлось долго спорить. Он зашел в комнату девушки, взял портфельчик, накидал в него одежду, чтобы было во что переодеться. Больше ему ничего не требовалось. - Ну все, Хару ушла! - крикнул Кёя, выходя из квартиры, и отправляясь домой. "Осталось только дождаться Реборна и ананаса. Тогда мои мучения с этим травоядным закончатся..." - подумал Кёя. Знал бы он, что Реборн и Мукуро, наблюдавшие за ними, думали иначе.