Пострадала по собственной глупости...

***

Плагг.

      Ну где я опять накосячил? Маринетт опять меня динамит и в этот раз приём — «беру своё» — уже не работает. Я ей звонил и писал, а она ничего. Ну где я умудрился накосячить? Такая каша в голове.       И думаете я сдался? Ну конечно нет.       Я узнал во сколько заканчиваются у неё пары, потом она едет на работу и дома появляется поздно вечером, когда темно и опасно. И ещё от сестры получил, мол грублю ей. Ну… подумаешь послал её нахер при детях. Так нет же, эта змея начала меня лупить сначала надувным молотком, а потом кидаться стульями. За что мне это? А когда я сказал Лее, что напишу на неё заявление и скажу, что она маньячка, то… мне можно было заказывать место на кладбище. Она меня чуть с балкона не скинула! Никакого уважения к младшим! И эта скупердяйка у меня телефон отняла. Я орал не хуже женщины на родах, мол мне могут позвонить с работы и всё такое (хотя по работе я так не переживал, на самом деле, мне нужно было написать Мари), но та упёрлась как баран на новые ворота.       Ведь знаю, что с Леей нельзя спорить.       А ещё я знаю, что точно умру если узнается правда насчёт Мари и то, что я пометил без её согласия. Лея же мне яйца оторвёт, а мать зубы выбьет. А отец тихо хихикает смотря на всё это.       И когда телефон был у меня в руках (Лея начала лазить у меня по телефону, я резко выхватил и убежал в ванну, с тех пор мобильник был в моей власти), писал Мари в первую очередь, но та меня игнорила, даже сообщения не читала.       Вообщем мои выходные были впечатляющими (спасибо, Лея), мне не составило труда узнать расписание, и, вот, я уже стою недалеко от входа в универ и жду, когда закончатся пары.       И, когда это случилось, я отошёл от машины и стал подходить ко входу. Студенты стали выходить, а я невозмутимо стоял со скрещенными руками и смотрел на вход. Всё же внимание я привлёк, но на разный шепот я не обращал внимание, омеги так и косились на меня.       И, наконец, явилась та засранка из-за которой я уже и ночи стал проводить без сна, а заодно получать ехидные смешки от Вайзза. Этому паразиту лишь бы постебаться надо мной! Маринетт не сразу меня заметила, а выходила она одна и прошла мимо, копошась в своей сумке, я шёл позади до тех пор, пока она не оставила в покое сумку. Наглым способом развернул к себе, та от неожиданности вздрогнула, а потом уставилась на меня.       — Пошли поговорим, — я дёрнул за руку и получил протест, тогда я её наградил недовольным взглядом. — Что за дела?       — Зачем ты тут? — ты глухая или только притворяешься, не думая, я уже немного грубее дёрнул на себя и уже повёл к машине. — Мне больно.       Я посадил её в машину, сам быстро сел и заблокировал двери машины.       — Почему ты меня игноришь, уже больше недели прошло, — она нарочно отвернулась к окну. — В чём проблема?       — В тебе, — Маринетт злобно посмотрела на меня и стала размахивать руками. — Зачем ты вообще метку поставил?! У меня от этого одни проблемы, а ещё бежишь трахаться на стороне.       Чего? Какой нахер трахаться? Малышка, я уже давно держусь, наверно, с того момента как ты снова явилась ко мне в жизнь.       — Дура или как? — меня уже начало бесить, что она обвиняет меня в том чего нет. Я не отказываюсь от метки, но про левых девок… да не спал я, клянусь, у родителей я был все выходные и меня Лея теребила как куклу! — Я не знаю, что ты напридумывала у себя в голове, но забудь, потому что это бред.       — Да я сама видела как ты с другой обнимался!       Ничего не понимаю, теперь смотрю на неё как на полоумную. Когда это я успел?       — Не было такого, — она снова отвернулась. — Да я тебе серьёзно! Я не идиот, чтобы кусать каждую с кем сплю. Ты мне действительно нравишься! Да сейчас я ни с кем не сплю!       А теперь она удивлённо уставилась на меня. Что думала, я тут в игрушки играю? Мне не пять лет.       — Думаешь я поверю? — блять, Маринетт, ты серьёзно? — Лучше в покое меня оставь!       — А метка чем моя не угодила?! Хорош на меня орать! — из-за её визга я уже сжимаю руль как можно сильнее, но мои нервы не стальные, сам уже начинаю закипать.       — Да от меня теперь каждый альфа шарахается, непонятно что ли?!       — Я же тебе сказал, что ты моя — и отказываться от своих слов не собираюсь.       На этом мы оба заткнулись, я нервно выдохнул, у меня появилось желание избить кого-нибудь, да так, чтобы руки кровью покрылись.       — Выпусти, мне на работу надо.       — Я отвезу тебя, — Мари не стала со мной спорить, поняла, что это бесполезно. Я завёл машину и мы стали уезжать.       В салоне негромко играло радио, мне было на это как-то пофиг, хоть тишина не так давит. Если мы сейчас опять начнём говорить, то ещё хлеще поругаемся.       Ехать пришлось немало, но это быстрее, чем автобус. И когда мы приехали, я схватил брюнетку за руку и притянул к себе.       — Я заберу тебя, скажи во сколько ты заканчиваешь.       — Что за забота? В восемь и мне не нужны от тебя подачки.       — Это не подачки, дура, — фыркнул я. — Я тебе докажу, что я не спал не с кем, — после отстранился и разблокировал машину.       Маринетт вышла и нарочно хлопнула дверью. Дура, я же тебя сам заставлю мыть машину. Я открыл окно и крикнул:       — Дверью на работу так хлопать будешь!       Я никому не позволяю так обращаться со своей машиной, знали бы сколько стоит, то ещё и пылинки стирали. А после уехал, я обещал с друзьями в баре встретиться.

***

      — И эта коза заявляет, что я спал с кем-то в эти выходные! — не выдержал я, фыркая и продолжая разглядывать стакан. — Что я не так делаю? Я же и правда в выходные был с родными.       — Хм, — Сэму явно было сегодня весело, потому что я не знаю как объяснить, что он улыбается с тех пор как явился. — Знаешь, я тут представил, как Маринетт жалуется на тебя Лее.       И это представил я и тут же пришёл в ужас. Я не хочу их обоих знакомить, потому что Лея… она же не постыдиться, схватить за самое дорогое, хотя не удивлюсь, если она меня подвяжет за моё же достоинство. А я давно говорил, что сестру надо в церковь сдать, чтобы почистили её от нечисти. Я знаю Лею, и она явно встанет на защиту Мари.       Когда я встречался и у нас с одной омегой дело почти до свадьбы дошло, то Лея защищала её, а я был виноват во всех смертных грехах. Мне одному было страшно. И когда мы расстались, сестра прилетела, сначала избила меня, а потом только узнала причину, и снова избила меня, мол слепой идиот.       — Кстати, — протянул Кай, привлекая наше внимание с Сэмом. — Ты же вроде говорил, что она приехала отпраздновать день рождение и устроить мероприятие для детского дома. А почему она ещё не уехала?       — А чёрт её знает, — махнул на друга рукой. — Порой и мне не ясно, что на уме у этой кукушки.       На самом деле я давно понять, что Лея темнит и тупо ради дня рождения сюда не приедет, слишком печётся за свою работу. Она даже личную жизнь оставила на второй план, вот поэтому детей у неё ещё и нет. Я уже и про парня молчу.       — А вы говорили? — спросил Сэм.       — Спросил, а потом подушкой получил, — фыркнул я. — Её и немец не допытает, я уже про русских молчу. Ей самой людей пытать.       — Если она узнает, что ты сделал с Мари и, что случилось с вашим…       — Не говори мне об этом, потому что я понимаю масштабы катастрофы.       — И как ты собираешься мириться с Маринетт? — спросил Кай.       — Я хочу доказать, что не спал я ни с кем, — и тут вся моя уверенность сошла на «нет». Я был всё время с Леей, она может доказать, но тогда придётся их знакомить и тогда мне будет конец. — Но самый эффективный способ — самый опасный способ.       — Ну ты же мужик…       Я перебил Сэма:       — Пошёл ты нахер со своим мужиком, — злобно бросил я. — Послушал вас — поставил метку ей. Я же мужик, — последнюю фразу я стал коверкать как маленький.       — Чего?! — в один голос заорали парни и на нас стали коситься. — На кой-хер ты пометил её? Мы тебе советовали зажать, ну или переспать, но ни как не ставить метку, — продолжил Сэм.       — Так говорили бы конкретнее, ёб вашу мать! — не выдержал я, истерично стал размахивать руками и на нас снова стали смотреть.       Нас отсюда никто не выгонит, потому что Сэм тут хозяин, но сейчас между нами дилемма и эмоции идут через край.       — Это тяжёлый случай, — парни закатили глаза и ударились лбами об стол.       Мы так спорили достаточно, меня стало постепенно клонить в сон, я уже ничего не понимал. В глазах потемнело и я потерял связь с происходящем.       Что происходит?