Imagine with 1D

Hurts - Water

http://cs409719.vk.me/v409719900/4295/214_jpsYpEE.jpg

Старенькая музыкальная шкатулка, которая, казалось, служила людям уже далеко не первый век, почти никогда не сходила с поля его зрения, когда Найл был один. Когда был в своем номере, или комнате; она играла ему, играла для него, и эта мелодия виделась парню самой красивой, самой трогательной на свете. Он даже думал, что это мелодия его души, настолько сильно ноты подходили его личности. О тайне, которую хранит шкатулка, он не говорил никогда и никому, - люди не поймут, назовут чокнутым или сумасшедшим.. Коробочка путешествовала с ним из города в город, то в одну страну, то в другую, уже много лет; и парню даже страшно было выпустить ее из пальцев, настолько вещь была нужна его сердцу. Чтобы он чувствовал себя хорошо. Чтобы он чувствовал себя лучше. Чтобы он чувствовал себя счастливым.. -Просто найди уже какую-нибудь девушку и повстречайся с ней пару месяцев, окей.?! –прищурился Хазз, неотрывно глядя на одного из своих друзей. –Покажи миру хоть какие-то отношения, и все от тебя отстанут.! -Девушки тебе что – вещь.?! –тут же возмутился ирландец, приподнимая левую бровь. –Я не хочу встречаться ни с кем «пару месяцев», Гарри. Это, в любом случае, оставит и на ней, и на мне след. Я так не хочу. Кудрявый недовольно прицокнул языком, неодобряя. -Чего ты такой зануда, Найл.?! –возмутился он. Потом повернулся лицом к Луи, который сидел совсем рядом, на диване. –Вот чего он такой зануда.?! –взгляд ярко-зеленых глаз вернулся к парню с высветленными волосами, который, пока что, внимательно смотрел на этих двоих своих друзей. –Я же не говорю тебе влюбляться в нее или еще что-то.. Просто выбери кого-нибудь посимпатичнее, для себя, весело проведи время, и дело с концом. Люди перестанут обсуждать то, насколько ты одинок.! Его оппонент в этом споре тут же немного обиженно поджал тонкие губы. -Я не одинок. –уверенно возразил Найл, и Гарри опять громко цокнул, затем сказав что-то в стиле «Я вовсе не это имел ввиду». -Это все понятно, друг, ты не одинок, у тебя всегда есть мы, и остальные друзья.. –начал Зейн, все еще поддерживая сторону кудрявого. Менеджмент опять немного пожурил их за то, что Найл является из них «самым неосмотрительным», и так до сих пор и не завел хотя бы одного романа. В этот раз, похоже, Хоран был единственным, кто, как всегда, пропустил это замечание мимо ушей. –Я все понимаю, что ты не хочешь делать никому больно, что не хочешь начинать отношения абы с кем, но понадобится время, быть может, еще больше времени, чем уже прошло, чтобы ты встретил кого-то, кто сможет понравиться тебе настолько, чтобы.. -Прекращай. –потребовал Хоран, отмахнувшись от друга, который восседал на стуле, недалеко от него самого. За сегодня, парень и так слишком устал, чтобы еще выслушивать все размышления Малика о настоящей любви. -А Саймон все еще считает, что «незанятость» Найла играет нам на руку. –как обычно, вступился за него Лиам. Ирландец повернул к нему голову, отправляя в сторону друга благодарную улыбку. Вот кто-кто, а Пейн всегда его поддержит. –Все эти речи о том, что он найдет единственную среди фанаток, заставляют дирекшионеров поверить в чудо.! Лу негромко хмыкнул. -Да, но ты слышал Менеджмент. Еще чуть-чуть, и все начнут думать, что Найл - гей. Настолько долго он один. -напомнил Томлинсон. Зейн молча прикрыл глаза, начав покачивать головой. Вот что-что, а это Луи уловил. -Нет уж, меня вы не затяните на Темную Сторону.! –пошутил Хоран, и в ту же секунду гримерка заполнилась веселым смехом. Лиам даже прикрыл лицо ладонью, не скрывая своего хохота. –А, на самом деле, разве они уже не начали это делать.?! Ниам и Зиам.?! Или как там.? Мне все равно. -Ну, это тебе все равно, а нам не все равно. –заметил Гарри. –Мы не хотим, чтобы они на тебя наседали.! -Мне приятно, что вы заботитесь, но не нужно. –попросил ирландец, отводя глаза к своим ладоням на коленях. Глядя на затертые от струн пальцы, он думал совсем не о том, о чем все сейчас говорили.. -Мы просто хотим, чтобы ты был счастлив. –сказал Зейн, и эта фраза заставила Найла устало выдохнуть. Сейчас опять начнет.. –Быть может, если бы ты начал встречаться с какой-то девушкой, у вас бы, в итоге, все вышло, и.. -Я счастлив, Зейн. –блондинчик поднял на него глаза. Ничто в его виде не могло бы сказать обратного. –Отстань от меня. -Давайте лучше вернемся в отель. –сказал Лиам, поднимаясь со своего стула. –Я устал. -Просто подумай об этом, Найл. –попросил Малик, а затем повторил движение Пейна. Гарри с Лу тоже встали с дивана; последний, уже на ходу, начал вслух умиляться с того, какой ирландец милый, когда говорит, что счастлив, потому что они четверо рядом. Пока никто не заметил, Хоран горько усмехнулся. Они, безусловно, безумно грели его душу. Но не в этих парнях и не в сцене заключалась его главная радость. -Сегодня ты долго. –сказала сине-волосая девушка, поворачиваясь к нему лицом, как только Найл закрыл за собой дверь номера. Она стояла у окна, разглядывая город внизу, как делает часто; и на стекле, на том месте, где только что были ее руки, остались отпечатки пальчиков. –Устал.? -Немного. –уклончиво ответил парень, мотнув головой из стороны в сторону. Это было ложью, оба это знали, и оба прекрасно понимали, что ему совсем не хочется об этом разговаривать. Парень подошел к ней и обнял за бедра, заставив вновь повернуться лицом к окну; его подбородок идеально удобно устроился на ее плече, после того, как он успел оставить на ее немного прозрачной коже несколько поцелуев. –Я тоже соскучился. -Это Сидней.? –спросила девушка, опять начав разглядывать крыши высоток под их ногами. –Мы в Сиднее.? -Австралия. –подтвердил парень, проходясь ладонями по оголенному плоскому животику под ее топом. Неизменные рваные джинсы и короткая футболка, до сих пор, нисколько ему не приелись. Для него, это был именно ее образ. Который уже никогда нельзя будет спутать ни с каким другим. -Мы никогда не были здесь с Сидом и его группой. –улыбнулась она, опять поднимая руки и прикасаясь ими к чистому стеклу. Ей нравилось смотреть на города, куда он ее возит, хотя бы сквозь окна. -Думаю, были бы, если б он дожил. –Найл пожал плечами, снова вскользь напоминая о том образе жизни, который вели все участники «Sex Pistols», и их близкие друзья. Напоминая о наркотиках, благодаря которым лучший друг этой девушки скончался. Не позволяя ей забыть, как ему не нравится тот факт, что она была причастна к этой панк-жизни когда-то. На этот раз, она даже не обиделась. Наоборот, на удивление, улыбнулась, смешливо толкнув его в грудь локтем. Спиной почувствовала, как дернулась его грудь, в беззвучном смешке. А потом, вновь коснувшись губами кожи ее плеча, которая всегда имела точно такую же температуру, что и комната, где они находились, ирландец потянул девушку к кровати. Красивая музыка все еще лилась из распахнутой шкатулки, заполняя своими нотами сердца обоих. Музыка, которую кроме Найла, никто никогда не слышал. -Пойдем спать. –устало попросил он. –Сегодня был трудный день. Понадобилось время, чтобы она стала осязаемой. Чтобы смогла трогать вещи, и прикасаться к нему, Найлу, когда ей того захочется. Чтобы он мог прикасаться к ней; поначалу ее образ был более размытым, прозрачным и бесцветным, сейчас же синие волосы были ярчайшего оттенка. Понадобилось время, чтобы привыкнуть к тому, что она появляется перед ним каждый раз, стоит только открыть шкатулку, стоит только заставить фарфоровую балерину внутри посмотреть на мир вокруг, и он будет слышать звук ее голоса, пока играет музыка. Купил шкатулку на распродаже в барахолке в один из дней, во время проб на Х-Факторе. Открыл намного позже; но эта старенькая, избитая жизнью, исцарапанная коробочка, почему-то, тогда с первого взгляда завладела его вниманием. Теперь понятно, почему. Теперь, он не может без нее дышать. -Мне иногда кажется, что у тебя кто-то есть. –сказал Лиам, неотрывно глядя в голубые глаза друга, все так же весело улыбаясь, как улыбается всегда, когда рассказывает какую-то свою «дурость». –Я понимаю, что это полнейший бред, но иногда думается, что у тебя есть девушка, и ты, каким-то образом, прячешь ее от всех нас, не желая показывать. Они сидели за круглым столом в номере, друг напротив друга, и девушка на соседнем стуле, которую видел только один из парней, весело прыснула, не отводя взгляда от резинового браслетика на своем запястье, с этой странной надписью, «Rock my DNA», которую Найл никогда не поймет. Она так часто теребила его пальцами, раздумывая о чем-то своем, всегда улыбаясь своим мыслям, и у него от этой картины, почему-то, по спине бежал холодок. Подняла на него голову, и пара пересеклась взглядами, после чего сине-волосая встала со своего стула, отходя за его спину, назад, к окну, продолжая весело улыбаться. -Нет у тебя никого. –сказала она, и ирландец не сдержался, оборачиваясь, чтобы посмотреть на ее улыбку. Потом он смешливо закатил глаза, когда поворачивался обратно к другу, и Лиам часто захлопал глазами, пытаясь хоть что-то понять, конечно же, не упустив из вида эту картину. Найл иногда.. странный. Это не укрывалось от всей четверки. -Эм.?! –Пейн вопросительно поднял брови, не переставая улыбаться, но Найл отмахнулся от него, пытаясь сделать вид, что все в порядке. Ему, наверное, самому близкому из всех четверки, всегда, на самом деле, безумно хотелось рассказать. Но Лиам, все равно, ничего бы не понял.. -Нет у меня никого. –сказал блондин, по-доброму улыбаясь другу, а тот даже бровью не повел, когда девушка за спиной Хорана весело воскликнула «Я же сказала.!» -Я знаю, но, Найл.. –Лиам потер лоб, после того, как стукнул ладонью по столешнице, не в силах стереть с лица эту улыбку. Разговор был глупый, изначально, и Пейн знал это, но так хотелось ирландца обо всем спросить. –Иногда возникают такие ситуации.. которые мы просто не можем себе объяснить. И это странно, заставляет задуматься, начать предполагать всякие глупости.. Хоран сложил локти на столе, опираясь на них торсом. Ему тоже хотелось улыбаться, так же весело, как и Лиаму, как и девушке, которая забрала его сердце, после того, как он купил ее в шкатулке, за 17ть центов. Эту сумму ее самолюбие никогда ему не простит. -Какие, например, ситуации.?! –переспросил он. Хотелось знать, чего там ребята себе надумали. -Ну, например.. –Лиам замялся, и его взгляд немного напрягся, а щеки покраснели, словно он подумал о чем-то неприличном. –Ладно, знаешь, мы ведь не слепые, и вот, например, эти дни, когда ты поздно, один, уходишь в свой номер, и точно не выходишь из него никуда, а на утро у тебя вся спина, словно женскими ногтями исполосована.. -Воу воу воу. –забавно выдает девушка у окна, и Найл еле сдерживается, чтобы не обернуться, когда слышит ее смех, чтобы посмотреть на выражение ее лица. Если он сделает это, будет более чем странная ситуация. –Лиам Холмс.! -Может, ко мне кто-то приходил.?! –говорит Хоран, глядя другу в лицо, и тот цокает языком, выдавая новые подробности. -В том то и дело, что нет.! Один раз, мы даже с парнями следили всю ночь, по очереди, за твоей дверью, - никого не было, а на утро у тебя на шее засосы.! –говорит Пейн, и Найл облизывает губы, пытаясь перестать так улыбаться, просто представляя эту ситуацию. Ну, и что ему сейчас сказать.?! -Может, я сам себе их поставил.?! –выдает ирландец, и девушку с синими волосами, а затем и его самого, обрывает на веселый хохот. -Я бы на это посмотрела.! –смеясь, говорит она. Хоран опять облизывает губы, глядя на лицо своего друга, которое так и говорит ему «Ты издеваешься.?!» -Ну, что, Лиам, что я должен тебе сказать.?! –спрашивает он. –Я не знаю, о каком дне идет речь, может, и не было засосов, был, допустим, синяк. А может, вы смотрели плохо, и кто-то ко мне, все таки, заглядывал.! -Я не знаю.. –говорит Ли, а потом сам смеется, понимая абсурдность всей картины. Для него, все это, действительно, похоже на бред. –Почему ты просто не можешь сказать, есть ли кто-то.?! Ну.?! Это кто-то из девочек Лу.? Признавайся.! -Нет. –уверенно отвечает Найл, не переставая улыбаться, после того, как его девушка громко высказывается о том, что Аткинс – крутая, и что ее локоны похожи на волосы Ненси. -Тогда как.?! –возмущается Пейн, даже взмахивая руками перед своим лицом, и блондин на другом конце стола снова начинает посмеиваться. -Магия.! –весело говорит он, хотя сам понимает, что нисколько не шутит. По правде, ведь, какая-то магия. Раз он может видеть и чувствовать ту, которой давно уже нет на этом свете. -Почему ты не выбросишь эту шкатулку.? –спрашивает Стайлс, немного нахмурившись, глядя на музыкальную коробку, которую Найл, почему-то, всегда держит открытой. А еще, бывает, просто так заводит, хоть она и не издает ни единого звука. –Она.. страшная. -Старая, но не страшная. –говорит Хоран, вновь подходя к тумбочке у кровати, хватая деревянный ящичек пальцами, зачем-то снова много-много раз проворачивая ключик, для извлечения звуков. Настолько сломана, что даже балерина не крутится. Зачем он делает это все время.?! -Нет, я имею ввиду, что она пугающая. –говорит Гарри, заставляя себя отвести глаза от предмета в руках друга. –Когда смотрю на нее, аж мурашки по коже.. Выбрось ее. Если тебе так нравятся шкатулки, мы с Лу можем купить тебе новую и.. -Нет, Хазз. –перебивает его ирландец, поднимая на друга глаза, поставив шкатулку обратно. –И, заранее попрошу, ничего не делайте с этой шкатулкой. Не смейте ее выбросить. Она.. дорога мне. Взгляд, сам собой, перетекает к девушке, которая стоит недалеко за спиной Гарри, облокатившись спиной о широкий комод для вещей, сложив свои тонкие руки на груди в замок. Она весело улыбается, а после его слов приподнимает бровь. -Я дорога тебе.? –говорит она, делая вид, что удивлена услышанному, и Найл беззвучно матерится, потому что уж очень хочется ей ответить. Но нельзя. -Ну, ладно, окей, я и не собирался. –отвечает кудрявый, а потом снова кидает опасливый взгляд на шкатулку на тумбочке. –Господи, как ты вообще спишь в одной комнате с этой страшилкой.?! Мне бы кошмары снились.! -Отвянь, Стайлс. –в своей обычной манере, отмахивается от него парень с высветленными волосами, и его друг улыбается, радуясь тому, что на него не обиделись. -Слышал, она людей пугает.! –говорит девушка, затем начиная поправлять пальчиками свою короткую футболку с забавной надписью «I’m drunk, but you’re still ugly». Ох уж эти панки.. –Выбрось меня. -Вот уж нет. –не сдерживается ирландец, только уже после выпущенных изо рта слов, обращая на друга свои глаза, - Хазз хмурится, ничего не понимая, а потом улыбается каким-то своим мыслям. -Ты сейчас кому это сказал.? -Почему именно шкатулка.? –Найл водит пальцами по деревянному корпусу в красивом оформлении, касаясь подушечками пошарпанной золотистой резьбы. Девушка, которая лежит на его груди, подложив под голову ладони, глубоко выдыхает, кидая на вещь, благодаря которой она может быть рядом, один ленивый взгляд. Ему давно пора спать, но ее ирландец опять противится, совершенно не собираясь слушаться. Снова будет ходить с синими кругами под глазами.. -Не знаю.. Она была дорога моему папе. –говорит сине-волосая, касаясь взглядом пышной юбочки балерины. –Я возила ее с собой в любой тур с Сидом, куда он брал меня, и она всегда стояла на тумбочке у кровати, как и у тебя. -Сид был хорошим другом.? –спрашивает парень, отводя глаза к ее лицу, которое всегда кажется ему совершенным. Совершенные черты, совершенная кожа, идеальная, пусть, и немного прозрачная, зато теплая, если поднять температуру в комнате. Даже горячая, если начать правильно к ней прикасаться.. -Сумасшедшим. –девушка улыбается, закатывая глаза от чувственности своих ярких воспоминаний, и он даже смеется, заметив, как потеплела ее улыбка. –Пока не начал пускать по вене. В комнате зависает тишина, прерываемая только мелодичными нотами из шкатулки, которые никогда не мешают ни ему, ни ей, только согревая душу. Взгляд - только глаза в глаза, и так можно просидеть всю ночь, не говоря при этом ни слова. -Ты.. Ты когда-нибудь расскажешь мне, как умерла.? –Найл закусывает губу, потому что понимает, насколько неприятен этот вопрос, насколько он ужасен, на самом деле, для них обоих. Девушка весело улыбается, и эти карие глаза загораются яркими смешливыми искорками. -Разве я умерла.?! –спрашивает она, приподнимая бровки. –Мне иногда кажется, что я только сейчас живу. Я не умерла. Я могу тебя трогать. Словно в подтверждение своих слов, она нежно проводит пальцами по его голому торсу, даже таким невинным прикосновением пробуждая под кожей теплые волны. Парень прикрывает глаза, с наслаждением запоминая каждое ощущение, - так не хватает ее объятий перед, допустим, концертом; эти ладошки бы, несомненно, подбадривали. -Ты знаешь, о чем я говорю. –едва слышно произносит ирландец, а дыхание вновь сбивается, когда ее ручка только начинает скользить ниже. -А ты знаешь, о чем говорю я. –отрезает она, и больше нет той забавы в голосе, только решимость; и даже пальчики останавливаются, замирая на месте, так и не добравшись до своей цели. -Расскажи. –просит он, распахивая веки, приобнимая обеими руками ее оголенные плечики. -Нет, Хоран. Пусть только одному из нас будет тяжело. Шкатулка замолкает, но больше сегодня и нет смысла ее заводить. Девушка поджимает губы, потом укладывая голову на его грудь, показывая, что и ему «тоже» стоит укладываться спать. Сегодня, она ему вряд ли еще хоть что-то скажет. -Я счастлив, Зейн. –уверенно говорит Найл, а глаза светятся, потому что это, действительно, правда. Он не один, он уже очень давно не был одинок, и дело даже не в том, что рядом эти ребята. Дело не в 5SOS, и не в их рабочей группе. Причина в ней, такой яркой, в прямом смысле слова, нереальной; и ему совершенно наплевать на то, что будет позже. На то, что с их парой будет потом, после, когда он постареет, а она останется прежней, не в силах даже поменять свою майку на новую. Не в силах стоять с ним у алтаря, подарить голубоглазого сына, поменять прическу или отведать его любимого сыра. Не в силах показать, что, когда он рядом, сердце бьется быстрее, потому что оно не бьется, но забилось бы, если б могло работать. Он, по-настоящему, счастлив, и его не страшит «одинокое» будущее. Не страшит забота дирекшионеров, жалость друзей к «вечно холодной постели», постоянный ужин на одного, или мамины причитания о внуках. Он не боится ничего. Только бы шкатулка все время пела..