Пробел

Нужно было просто банально собраться с мыслями, чтобы пересилить себя и зайти в родной дом. Все здесь настолько сильно давило, что глушило любые позитивные воспоминания. Агата точно помнила, что они были. Связать их с этим местом просто не выходило, сколько бы она не тратила усилий на это. Все хорошее, что тут было, забрал с собой, казалось, один-единственный человек - ее отец. И делать Олсен было здесь после его смерти просто нечего. Больше тут ничего не держало. Но, сжав посильнее пакет с продуктами, она все равно зашла. - Вы пришли... - произнесла добрая милая пожилая женщина, которая прислуживала здесь, еще когда Агата собирала вещи, чтобы больше этот дом не видеть. Олсен ей улыбнулась. Старушка всегда к ней была добра. - Ваша мать будет очень рада вас видеть. - Мне сказали, что ее привезли из больницы, - произнесла холодно Агата, отдавая верхнюю одежду заботливой женщине. Та быстро приняла ее в свои мозолистые руки, согласно закивав. - Где она? - В своей комнате. Вашей матери с каждым днем хуже. Постарайтесь не быть с ней строгой. Или постараться не быть с ней такой, какой Агата была постоянно. Постараться не доводить еще и это их общение до ссоры. Олсен бы никогда не сказала, что она ненавидела свою мать. Нельзя ненавидеть того, кто принимал столь много участия в воспитании. Но это чувство было сродни ненависти. Заставить сюда себя после всего этого приехать было сложнее всего. Скрипя зубами, Олсен зашла в нужную комнату, моментально натыкаясь на полностью серые глаза без зрачка. Мать давно не видела ничего, но воспринимала информацию иначе, улавливая каждый звук. И распознавала вещи вокруг с помощью других чувств, моментально реагируя на любое действие извне. Сейчас, полулежа на своей кровати, она медленно попивала чай из чашки. Губы ее сразу же дрогнули. - Мне сказали, ты приезжала в больницу, - произнесла она после хриплым голосом. Агата подошла ближе, присаживаясь рядом. На тумбочке около нее были регулярно сменяемые хризантемы - любимые мамины цветы. Их постоянно дарил и отец. - Ты принесла что-то? Не стоило. - Просто хотела узнать, в порядке ли ты, - поставила ее в известность Агата. Эти серые глаза, в которые она заглядывала постоянно, были прямым свидетельством проклятия, которое преследовало их род. Это было то, что ожидало и Агату. Что ожидало теперь и ее дочь. Смотреть в этот потухший взгляд сил не было никаких. - Не думала, что ты приедешь в родной дом, - и каждая эмоция матери была буквально высечена, остра, как нож. Агата уже жалела, что сделала это. Матери это было и не нужно. Ей никогда не нужна была, казалось, и родная дочь. - Как твоя семья? Как дети? - Вполне. - То есть... ты связалась с дядей, но не сказала мне? - тихо спросила мать, повернув голову в направлении Олсен. - Не понимаю, о чем ты. - Я о Диане, - ответила она. - Ты должна была сказать, что твоя дочь унаследовала способность. Ты должна привести ее сюда. - Исключено. - Девочка моя, семья Олсенов не имеют никакого понятия, что делать с родовыми проклятиями. Это наша ноша. Ты не можешь подвергнуть дочь риску. Твоя обязанность - привести ее ко мне, - и Агата на это только усмехнулась. Это было невозможно, даже если бы она была полностью равнодушна к дочери. А уж тем более учитывая тот факт, что она ее действительно любила. - Я сделаю все, чтобы слепота у твоей дочери настала не скоро. - Я с этим справлюсь сама, - отрезала Агата. - Без твоего вмешательства, мама. На чужом лице появилась жесткая ухмылка. Она должна была ожидать этот ответ. Должна была понимать, что другого просто не заслуживала после всего того, что сделала. Но на сердце свербило до сих пор, будто это Олсен делала что-то не так. - Я хотела задать тебе вопрос, - произнесла Агата, чувствуя, что откладывать дальше не было никакого смысла. Оставаться здесь, чтобы выжидать лучшего момента, было слишком невыносимо. Лучший момент мог просто-напросто не наступить. - Перед тем, как я пошла под венец... Твои последние слова были: "Это то, что хотел твой отец для тебя". Ты напоминала мне об этом постоянно. - И? - Последнее желание моего отца действительно было связано с Дерком Олсеном, мама? Тихий вдох и недолгое молчание были плохим знаком. Агата все больше была уверена, что находилась в пяти секундах от бесконечной пропасти. Весь этот брак, вся эта канитель, которая началась с желания матери, в конце концов привела ее к тому, что Олсен имела сейчас. Уже невозможно было сказать, что было хорошо, а что - плохо. Отрицательных моментов все равно наберется куда большее количество - в этом Агата не сомневалась. - Конечно, твой отец хотел бы, чтобы ты вышла замуж, - произнесла мать, совсем нечетко аргументируя свою позицию. Олсен коснулась рукой переносицы, стараясь сдержать пытавшиеся вырваться эмоции. Она не позволила бы перед этой женщиной себе лишнего. - О чем речь? - Ты соврала, - ответила Агата. - С чего ты взяла это? - С того, что он сказал это сам, - выплюнула Олсен, резко поднимаясь. Мать моментально вздрогнула, прикрывая веки. - Ты сказала тогда, что это было его последнее желание. Ты солгала даже в этом. - Какое это сейчас уже имеет значение? - резко отреагировала та. - Ты правильно сделала - и это единственно важно на данный момент. Ты не должна была лишь менять фамилию и вступать в чужой ковен, а в остальном это был единственный путь, дорогая. - Это был единственный путь, который видела и хотела знать ты, - грубо отвесила Агата. Злостью уже приходилось захлебываться. Ее было столько, что во рту чувствовалась горечь. - Ты знала, что это много значит для меня. Ты знала... Столько лет внушения себе мысли, что разговаривать с мертвыми по личным хотелкам - пустой вред самому себе. Что этого делать нельзя, невозможно, что в таком случае остановиться уже будет нереально, а зрение пропадет насовсем. И всего один разговор, в котором Агата так нуждалась, и который мог бы поправить многое. Две совершенно несовместимые друг с другом вещи. Ей столько лет был нужен отец. И столько лет она утверждала себе, что связываться с ним нельзя, имея все для этого возможности. Ради того, чтобы узнать это сейчас. - А что ты хотела?! - повысила голос мать, приподнимаясь. - Ты действительно думала, что та девчонка - твоя судьба? Милая, не смеши меня. - Какая разница, раз ты заставила ее от меня отвернуться? - усмехнувшись, спросила Олсен. - Ты столько лет внушала мне, что все это неправильно, что я сама поверила в это. И до сих пор верю. Ты... - Договаривай, раз начала. - ... чудовище. - Пусть так, - спокойно отреагировала она. И было будто бы неважно все остальное. Даже вранье в тот единственный день, когда Агата сомневалась как никогда в значимости этого события. Будто все это - пыль. Мать победила во всем. Обошла ее, разыграв партию так, как было нужно лишь ей. - Зато ты имеешь то, что нужно. Я бы сделала так снова, если бы пришлось. Легче было говорить со стеной. Камень был куда более пробиваем, чем родная мать. - Я принесла тебе продуктов, - ответила Агата холодным тоном, сдерживая все эмоции подчистую внутри. Показывать слабость при матери - плохой знак. Она могла этим воспользоваться, чтобы вывернуть все против дочери. - Там твои любимые фрукты. Выздоравливай. - Ты могла бы остаться на чай, - и куда больше это было приглашение на светскую официальную беседу, чем на домашние посиделки. Агата отвернулась. - Откажусь. И вышла, прикрывая дверь и направляясь вон оттуда. В этом доме нельзя было бесконтрольно хлопать дверьми. Здесь нельзя было демонстрировать неуважение, эмоции, говорить лишнее. Весь лоск и шарм, которым он был наполнен, должен был быть и в его обитателях. И именно этот дом Агата ненавидела. Его бы она сожгла к чертям, если бы только ей дали над этим власть и возможности. - Вы не останетесь? - поинтересовалась старушка, отдавая снова одежду. - Уверены? - Да. Спасибо за гостеприимство. И только на улице получилось вдохнуть полные легкие воздуха и, наконец, отделаться от ощущения неполноценности. Стоило выйти за пределы этого дома, и чувства были совершенно другими. Единственное, о чем Агата не жалела, так это о смене клана. Если бы осталась в этом, точно сошла бы с ума. Фамилия Олсен дала, возможно, куда больше, чем ожидалось. - У тебя такое лицо, будто сейчас завершилась какая-то мучительная пытка, - усмехнулась Рин, продолжая стоять там же, где ее Агата и оставила. Рядом находился ее мотоцикл, чуть накренившись в сторону. Агата улыбнулась. - Ну и как мама? Пошла на поправку? - Жива, - ответила она, подходя. - И проживет, я уверена, еще долго. Ты просто ее не знаешь. Извини, что пришлось сделать из нашей встречи... это. - Ты издеваешься? - поинтересовалась девушка. Ее глаза блестели. - Это же родители. Главное, что все в порядке. Я рада, что ничего серьезного не случилось. А то ты и без этого всегда слишком грустная. - Если мы еще заедем домой, и я оденусь чуть потеплее, то времени впереди будет вагон, - произнесла Агата. - Не понимаю, как тебе не холодно в этой куртке. Рин посмеялась, снова садясь за руль мотоцикла и заводя мотор. Ее волосы, заделанные в хвост, переливались, казалось, несколькими цветами. Она вся переливалась. Агата не могла оторвать от нее взгляда. Прямо как тогда. Девушка выравняла мотоцикл, кивая назад. - Только заедем в одно место, - произнесла она, ожидая, пока Агата не сядет прямо за ней. - Тут недалеко открылась одна кафешка, и раз уж нас обеих занесло в эту глушь, я хотела бы хотя бы попробовать тот кофе. - Полагаю, мне придется поехать. - У тебя просто выбора нет. Смирись. Агата зацепилась за девушку, аккуратно положив руки на ее талию. И было плевать, на самом-то деле, куда она привезет. Хотелось просто подальше отсюда. Куда - неважно, хоть в другую страну. После каждого разговора с матерью происходило слишком сильное эмоциональное выгорание. Это нужно было как-то компенсировать. Рин в действительности остановилась рядом с какой-то недавно построенной кафешкой. Маленькое цивильное заведение теснилось между двумя магазинчиками, ничем особо и не выделяясь. Не было никакого желания спрашивать или что-то уточнять, хотелось реально просто выпить кофе. Наверное, это было нужно и Агате в том числе: просто погреть руки о картонный стаканчик. - Да кстати, - протянула Рин, доставая из кармана карту и протягивая по направлению к Олсен. - Пока не забыла. Кажется, вот это ты тогда оставила, да? Олсен приняла картонку в свои руки, подтверждая этот факт кивком. Да, это была она. Та самая карта с нарисованным солнцем, которая даже сейчас, казалось, излучала тепло. Крис тогда, вероятно, сделал для Агаты действительно много, когда дал ее ей. - Честно говоря, - начала Рин, отсчитывая нужную сумму за кофе, - когда ты позвонила и сообщила, что у тебя кто-то в больнице, я подумала, что ты просто решила не идти. Такое провокационное сообщение, а потом, мол, извини, дела, все такое. - Не такое уж оно и провокационное. Просто пожелание. - И часто ты так высказываешь пожелания? - усмехнулась Рин, посмотрев в этот момент в глаза. И было крайне странно с ней сейчас вот так говорить, стоять напротив, беседовать о таких сущих мелочах. Там, на сцене, она казалась скорее недосягаемой. Не было даже мыслей, что с ней в принципе будет так... просто, наверное. Эффект дежавю ударил с новой силой. - Ждешь-ждешь, а потом просто "эй, там, ты когда уже мне позвонишь?"... Было сильно. - Наверное, тебе сейчас не понравится, что я это скажу, но... я не тебе хотела это отправлять. Рин посмеялась в ответ, заказывая кофе. Олсен, только подойдя непосредственно к девушке, что принимала эти заказы, поняла, что вообще не была в курсе здешнего меню. Просто взяла то же самое, почти не реагируя на приветственные улыбки и попытки навязать еще парочку продукции в довесок. Все столики на улице пустовали. И Рин, видимо, совсем не чувствовала холод, потому что в помещении не осталась больше положенного. - А кому хотела? - усмехнулась она, смотря на Агату все теми же сверкающими глазами. Сейчас, в этой вполне повседневной одежде, она не была звездой бара, исполняющей столь грандиозные трюки на пилоне. И притягивала еще сильнее. - Так я всего лишь попала под раздачу? Надо же, а я ведь купилась. - Так... были некоторые проблемы с одним человеком. Точнее даже, проблемы были у него. Долгая история. Кофе обжег язык, стоило сделать пару глотков, но оставил приятное послевкусие. Был, конечно, не особо чем-то отличающийся от любого другого, но достаточно вкусным. Рин села на ледяную скамейку, отпив немного из своего стакана. Агата не могла отделаться от ощущения, что это неправильно. Но не могла и сдать назад. Теперь - точно. - Но ведь... я была права, что видела тебя раньше, да? - подняла она ту тему, с которой начала. И Агата действительно не знала, что можно на это ответить. В баре всегда было достаточно людей, чтобы оставаться незаметной. Такая, как Рин, в принципе мало должна была помнить все эти лица. - Ты ведь туда не в первый раз зашла? Тот же случай, когда к ней подошел Дерк, начиная говорить о какой-то несусветной чуши, вообще хотелось забыть, словно страшный сон. Олсен желала лишь, чтобы она об этом не вспоминала никогда. Стыдно стало за него еще тогда. И за себя, к слову, тоже. - Я была там раньше, - произнесла Агата в ответ. Рин задумалась. - Но ты вряд ли меня видела, честно говоря. - И почему ты так думаешь? Специально пряталась? Носила какие-нибудь парики, как в этих фильмах про специальных агентов? - Скорее была самым неприметным обычным посетителем, - парировала Олсен. - И не срывала аплодисменты за трюки на пилоне. - Так ты наблюдала... - протянула Рин, реагируя на это с еще большим восторгом. То, что ей нравилось это делать, было видно еще там. Плевать ей было на те фразы, что могли испустить пьяные обитатели. Плевать ей было и на место, в котором она танцевала. Исполняла танец девушка слишком хорошо, с душой. - Значит, ты мой поклонник? Мило. Пусть трюками это назвать и сложно: мне далеко до чего-то феноменального. Это просто танец. - Но танцуешь ты красиво, - произнесла Агата. - Давно хотела это сказать. - Нужно было это говорить до того, как я купила кофе только себе, - усмехнулась Рин. - Я бы растрогалась и приобрела бы и тебе стаканчик. - Комплименты не для этого говорят. - Да, точно, - с долей насмешки проговорила девушка, допивая весь оставшийся кофе и выкидывая стакан в мусорное ведро неподалеку. Агата уже сейчас чувствовала, как же на улице прохладно. На Рин было холодно даже смотреть. - Еще это говорят, когда хотят подкатить. Пару раз отпускали подобные комплименты в баре. Если бы Агата в этот момент глотнула хоть немного кофе, точно бы выплюнула его сразу на землю. Рука со стаканчиком дрогнула. Все еще было ощущение, что она делала что-то не то, неправильное. Это слишком глубоко въелось, чтобы так просто отмахнуться. Ну не мог один человек так сильно напоминать кого-то другого. - Не нравится, когда к тебе пытаются подкатить? - спросила она у Рин, чувствуя, как балансировала где-то на краю. Еще немного - и она просто должна была развернуться и сбежать. Сбегать всегда было в таких случаях проще. - Ну почему же? - ответил бархатный голос. - Просто не тогда, когда это делают пьяные мужики. - То есть если бы это сделала пьяная девушка, ты бы и слова не сказала? - с усмешкой спросила Олсен. - Ну пьяные девушки, к твоему сведению, зачастую выглядят поприличнее. Это был тот самый момент, когда Агата действительно была в двух шагах от того, о чем думала даже чертовой ночью. Одно движение навстречу - и это стало бы явью. Всего один шаг. Даже мысли об этом были чем-то фееричным, не говоря о том, что она бы почувствовала в реальности. Но рука сжимала карту в кармане, мяла ее, переворачивая и так, и эдак, а действий не было. Просто не было. - Ну что, ты допила? - осведомилась Рин, кивая на кофе. Агату будто кто-то заставил выйти из ощущения полудремы. Пришлось заторможенно кивнуть. - Тогда, кажется, тебе не помешает, и правда, забрать куртку из дома. Или что-нибудь другое потеплее. Рин успела развернуться, но отойти уже нет. Агата перехватила ее руку раньше, заставляя остановиться. И развернула к себе, заглядывая в глаза. Уже сейчас была мысль, что это самая глупая идея из всего спектра возможных. Хотелось, чтобы Рин просто посмеялась в этот момент, выдернула руку из хватки, сказала бы что-то, чтобы просто отпустило. Чтобы было невозможно сделать что-то из того, о чем Агата потом точно бы пожалела. Но девушка молчала, а ее глаза все еще сверкали. И Агата поцеловала ее, осторожно касаясь губами и чувствуя привкус недавно выкуренной ей же сигареты. Поцелуй вышел мягким, почти невесомым. И ожидания были вполне однозначные: Рин обязана была оттолкнуть. Возможно, это даже того не стоило, но именно в этот момент желание это сделать достигло точки апогея. Контролировать его уже просто не получалось. Рин перехватил ее руку, приблизив к себе, и поцеловала в ответ, втягивая еще сильнее. В этот момент реально показалось, что в легких стоит какая-то пробка, иначе было не объяснить, почему каждый новый вдох не давал необходимого притока кислорода. Ноги подкашивались. Сердце трепетно билось о грудную клетку. И это, пожалуй, здорово смогло компенсировать все то, что Агата чувствовала, находясь в родном доме. С лихвой. В этот момент рука, что держала карту в кармане, случайно порвала ненадежный картон. - Тебе определенно нужна куртка, - произнесла Рин тихо после этого. Уголок ее губ дрогнул. - Ты дрожишь. - Да. Определенно. А еще новые нервы, потому что от этих уже, кажется, не осталось ни черта. Агата с трудом вдохнула чуть воздуха, когда Рин потянула ее к мотоциклу, а потом села на это новое для себя средство передвижения. Чувство было, будто они сейчас не поедут, а как минимум взлетят. Или же взлетит как минимум одна Олсен. Снова. Ей ответили. Недосягаемый объект ее же воздыхания оказался так близко, буквально был в ее руках прямо сейчас. И это чувство было не сравнимо ни с чем. Как только мотоцикл двинулся в нужном направлении, Агата ухватилась за девушку снова, слыша, как отчетливо быстро билось ее собственное сердце. Этот же стук почти в один момент будто бы прервался, когда она увидела свой дом. - Здесь? - уточнила Рин, чуть повернув голову. - Да, здесь, - и на этот раз удалось слезть с транспорта без лишних телодвижений. - Подожди, пожалуйста, тут. - Хорошо. Но этого даже не требовалось. Потому что Крамер, которая стояла рядом со своей машиной, двинулась в сторону Агаты сама. Ее черный джип чуть помял газон, заехав на территорию. Выглядела она, как и всегда, более чем прекрасно. Была буквально одета с иголочки. - Здравствуй, - улыбнувшись, произнесла Крамер. Олсен улыбнулась ей в ответ. По расчетам именно сейчас в этом доме не должно было быть ни души. Но Ани и раньше никогда не любила предупреждать о приездах. Странно было бы, если бы она сделала это сейчас. - У меня к тебе один... вопрос. - Ну? - А где твой муж, кстати говоря? - резко спросила она. И так резко могла опустить на землю, и правда, только Крамер. Агата посмотрела назад, встречаясь взглядом со взором Рин. Блеска в этих глазах уже не было. - Марк его искал, спрашивал, раз уж я захаживала к вам в гости... может, ты знаешь? - Нет. - Ладно, на самом деле, я вчера, кажется, потеряла у вас сережку. Может, посмотришь на досуге? - улыбнулась она. И вот так, одной фразой разбила окончательно. - Заехала как раз по пути. Было бы очень мило, если бы ты... - Посмотрю. - Спасибо, - все с той же улыбкой. - Увидимся тогда позже? Агата кивнула, прекрасно осознавая тот факт, что Рин за ее спиной слышала больше положенного. Это подтверждал чужой взгляд. Об этом говорило и то, что мотор ее мотоцикла снова был заведен. Стоило только Аните отойти на пару шагов, как она обернулась. Крамер больше здесь было делать нечего. Ани по-другому просто не умела. - Муж? - спросила Рин, усмехаясь. Вышло крайне холодно. - Слушай, я... - Мы тоже, наверное, увидимся позже, - произнесла она, обрывая все мысли. И если и до этого было холодно, после стало еще холоднее. - Так что до встречи. Мотоцикл стартанул с места очень быстро, отдавая столбом пыли. Сердце отбило всего пару ударов, пока рука, снова засунутая в карман, не вытащила карту. Хотелось взвыть. Солнце на ней было сломано самой же Агатой: просто разодрано в клочья.