Ты обещал мне, Сайфер.

***

       Ночь. Она темна, как кожа белой медведицы или шкура обыкновенного чёрта. Звёзды еле светят. Ни черта не видно, а луна уже давно скрылась за кронами деревьев и тучами.       Полный мрак. Но нашего главного героя это не волнует. Он уверенно шагает по мрачному и опасному лесу города. Дикие птицы явно не были рады незваному гостю и начали злобно кричать на шатена. Сосна…       Этот голос… Это тупое прозвище… Почему оно застряло в голове бедного парня? Чем он это заслужил? Сегодня в школе «Вэльдери» его унижали. В прямом смысле этого слова.       «Вэльдери» — это управляющие класса, да и школы в принципе, где учится Дипп. По крайней мере эта троица себя так называет. Да, у вас не галлюцинации, их права три человека.       Девушка, чьё имя Агата Вэльзонг вечно одевающаяся во всё красное считается главной в этой тройке.       Парень, имя кому Фред Вэльмир одевается во всё зелёное является правой рукой Агаты.        И Мэл Вэльгонг, ходит только в чёрном, он левая рука Агаты. Их фамилии начинаются с «Вэль», не удивительно что они назвали себя «Вэльдери».        Мейсона как сегодня только не прижимали к стене, как только не били, как только не пытались насиловать, но на ничтожные надежды по поводу появления Сайфера судьба Пайнса решила на просто наплевать.       Они ещё не помирились с Биллом, и это беспокоило больше всего. Один вопрос: либо Диппер тупой баран, что упирается в свои «но», либо Сайфер постепенно уходит в даль из его сердца. Какой из этого выход? У Билла ли нет сердца? Он ждал. Ждал три года комы. Ждёт и сейчас. Судя по всему ответы на вопросы просты. Но… Что же они означают…?        Вернёмся к лесу. Что происходит? Почему Пайнс в тёмном лесу? Да ещё и ночью! А не кажется ли вам, что он просто сдался? Сдался и всё. Он не хочет причинять боль ни себе, ни Биллу, ни Мэйбл. Теперь он ясно решил. Самоубийство — вот лучший выход из ситуации.        Старенький и потрёпанный револьвер, который Пайнс достал из кармана синего плаща медленно поднялся в воздух. Собираясь с мыслями и со словами прощения с миром дуло становится напротив сердца. Выстрел. — БИЛЛ, НЕТ!!!       Сайфер следил за парнем. Он принял выстрел на себя. Конечно, что такого? Выстрел прилетел в бессмертного демона! И что? Но проблема в другом. Заговорённые пули, содержание в себе святую воду и сделанные из чистого серебра — настоящий адский котёл. Убьёт кого угодно. Вы спросите зачем? Дипперу было просто лень ставить обычные пули. — БИЛЛ! Ты меня слышишь, Биилл?! Билли, пожалуйста! Ответь! — слёзы сами покатились из глаз. — Н-неет… Неееет! — оглушительный крик, что режет слух разлетелся по всему лесу и чуть дальше.        Тряся блондина за плечи и давая не сильные, но и не слабые пощёчины Пайнс в панике пытался привести своего «спасителя» в чувства. Ничего не выходит, кровь лишь сильнее струиться. — Как мне донести тебя до врача?! О-нет! — стая диких волков и обычных оборотней пришедших на свежий запах крови окружили бедное Сосновое деревце и героическое Дорито. — Прости меня, Билл… Я люблю тебя! — надеясь, что хоть это поможет Пайнс припал к приоткрытым от последнего вздоха губам блондина. Слёзы катились вниз одна за другой. Ничего не происходит. Неужели это конец? Сознание полностью отключилось. Темнота.

***

      Тяжёлое дыхание сопровождало неспокойный сон. Резкие ворочания заставили пробудиться парня, что мирно спал в одной кровати с Мейсоном. — Диппер… Всё будет хорошо. — нежно прикоснувшись рукой к кудрявым прядями блондин смог помочь Мейсону прекратить этот кошмар. — Билл! — парнишка резко обнял Сайфера утыкаясь носом в его плечо. — Это значит что ты простил меня? — усмехнулся Сайфер обнимая того в ответ. — Да!.. — Это хорошо…

*Школа*

— Она ждёт тебя в столовой… — с полным безразличием произнёс Вэльгонг. — Кажись хочет тебя к нам записать. — ухмыляясь говорил Вэльмир.       Ничего не отвечая Пайнс направился по направлению к школьной столовой в сопровождении двух Вэльдери. Агата сидела одна за столом на четырёх персон и просматривала какие-то бумаги. — Ты что-то хотела? — невольно двинувшись ещё ближе чем нужно для приличного расстояния из-за вечных зажиманий Фреда спокойно спросил Диппер. — Извини. — Мальчики, оставьте нас наедине пожалуйста… Что же, Мейсон Пайнс, не желаешь ли вступить в нашу группу? — Агата явно хотела поиздеваться. — А разве моя фамилия имеет частицу «Вэль»? С чего такая честь? — Извинение за издевательства над тобой… — она чуть приподнялась со стула и схватилась за воротник клетчатой рубашки Пайнса. — Ну что? Ты согласен? — Пожалуй да… — Замечательно!

***

      Знаете что Дипперу сейчас не нравится больше всего? Агата пригласила его на вечеринку, без повода! Хотя нет, она сказала что это за пополнение в семействе Вэльдери… Вечеринка проходила просто ужасно, весь вечер его домогались и заставляли пить. А под конец они с Агатой и вовсе поссорились. — У тебя есть время до завтра, и уж поверь, мне размазывать тебя по стенке особого труда не составит! — сквозь зубы рычала Вэльдери. — Одним Вэльдери больше, одним Вэльдери меньше, подумаешь…

***

— Вэльдери дала мне тридцать часов, и уже завтра меня размажут по стенке! Но нет, я не собираюсь стоять и умирать, как какой-то скот! Жаль что у меня нет мотоцикла, так бы я мог сменить имя и уехать далеко в Лос анджелес… Хотя стоп. Есть одна идея!       Диппер шёл по пустой улице и размышлял вслух, вот он уже подошёл к дому Билла. — Прости, но нет времени стучать в окно. — пролетая внутрь комнаты через открытое окно парень слегка напугал блондина. — Д-диппер? Что ты делаешь в моей комнате? — быстро слезая с подоконника Пайнс снял свою обувь подходя к Сайферу. — Тшш… — он нежно прислонил палец к холодным губам. — Прости что разбудил, но сегодня я твой целиком и полностью! — Что случилось? Почему вдруг резко такое рвение ко мне?! — Закрой рот и поцелуй меня! Давай уже снимай трусы и поимей этого мёртвого мальчика, что стоит перед тобой! — резко сдирая с Сайфера футболку шатен примкнул к губам блондина. А тот в свою очередь ласкал его талию. — Ты объяснишь что происходит? — Мне дали срок до понедельника, и уже завтра я умру! Так что заткнись и трахни меня наконец! — Билл надвис над Пайнсом. Обжигающие дыхание блондина душило шатена изнутри. Он понял что любит его и хочет. — Доверься мне… — «этот шёпот… Почему Билл такой горячий?» — эти мысли мелькающие в голове. — Я такой потому что хочу тебя, Мейсон. — Ну так возьми меня! — неужели это последний его секс с Сайфером? Нет… Не может такого быть. — Да! Люби меня, Билл! Люби так сильно как только можешь! — самые сладкие стоны вылетали из-за двери ведущей в коридор.       Прислуги Сайфера решили удалиться в западное крыло, чтобы ненароком не помешать молодому господину и его спутнику. — Ах! Сосна, ты великолепен!

*Понедельник*

       Раннее утро. Билл и Дипп стоят у двери в дом Агаты. Пайнс просто открывает входную дверь со словами: «Она часто после пьянки не закрывает дверь.». — Я тоже хочу чтобы она помучилась… Подмешаем ей в молоко сок и лимонад! Вот весело будет… — продумывая план мести за обиду Диппер как муха потирал руки. — Может лучше… Вот это? — Билл достал из ящика с моющими средствами жидкое мыло и гель для стирки. — Ты что? Она даже пить это не будет! — фыркнул Пайнс. — А мы перельём в белую кружку. Так… Вот и всё. — белая чашка с синей жижей стояла рядом со второй такой же чашкой. — Нет, мы не будем её травить, я сейчас все сделаю сам. — после этого Пайнс налил молока, клюквенный сок и лимонад в кружку. — Как скажешь… — Билл чуть наклонился к Дипперу и приблизился к его губам. Они нежно целовались. Этот французский поцелуй мог бы перерасти в нечто большее, но не сейчас. Итак Дипп не глядя берёт чашку. Но не с красным цветом жидкости внутри. Это чашка Билла. — Пошли… — Диппер! — блондин заметил что Пайнс взял другую чашку. — Что? — Агх… ничего… Пошли. — Кто это? Диппер Пайнс и Билл Сайфер. Какой сюрприз! — Я пришёл извиниться… Это лекарство от похмелья, выпей тебе станет лучше. — А его зачем притащил? Стоп. Вы отравить меня хотите? — синяя жидкость оставляющая голубой осадок на стенках кружки не даёт права верить ни Пайнсу, ни Сайферу. — А тебе слабо? — Билл выдал из себя слабую ухмылку. — Ну уж нет, завтра всем скажите что мне слабо… Что ж, смотри как мне слабо! — Агата выхватила чашку из рук Мейсона и выпила всё до последней капли. И тут она начала задыхаться. — Убийцы… — последнее что девушка смогла сказать перед тем как упасть на стеклянную панель возле кровати. — Что?! Агата?! Чёрт! Я убил свою лучшую подругу!!! Билл, что я наделал?! — Самоубийство, — спокойно выдал блондин и достал бумажку с ручкой. — Ты же умеешь подделывать чужой почерк. Так напишем про её самоубийство. — Хорошо.       «Дорогой мир… Веришь или нет, я знаю что такое страх. Я знаю как одиночество может терзать. Я пряталась за улыбками и потрясными шмотками. Я научилась целоваться с мальчиками с языком! Но, ох, мир сдержавал меня. Трудно было носить корону королевы. Никто не думает, что у красивой девушки есть чувства. Никто не понимает её неуверенность. Я больше чем подкладки под плечи и макияж. Никто не видит меня внутри меня.»

***

       Дорогой дневник, мы с Биллом убили ещё двух человек из нашего класса. Это Том и Рей. Парни, что занимались сексом уже почти со всем классом. Мне кажется что Билл безумен. У него явно психическое расстройство. Я не знаю что делать… На их похоронах я видел Агату. Она говорила со мной, но как? Она же умерла! Моя сестра Мэйбл решила переехать в другой посёлок городского типа, но и он находится недалеко от нашего. Мы часто видимся, но… Запись от 14 октября. Диппер Пайнс. — Давай подорвём школу! Давай составим письмо! — Диппер достал листочек и начал ждать дальнейших указаний Билла. — Почерк кого угодно из школы главное чтобы не твой. Кхм… Итак. Мы. Студенты старшей школы Викленд умрём. Наши сгоревшие тела могут, наконец, достаться вам. Ваше общество штампует рабов и пустышек — нет уж, спасибо. Подписано студентами старшей школы Викленд. Горите в аду. Пока! — это обращение к организации «Биг Стопт», что поддерживает песню «Самоубийство, нет не делай этого!». Эта компания сейчас занимается в основном старшей школой «Викленд». — Самый безумный учитель из всех кого я встречал. — Какой уж есть… — Я люблю тебя, Билл. — Я тебя тоже.