Повествование идёт от лица Маринетт.
После того, как мы пересеклись с Альей, прошло много времени. Мне не хватило слов, чтобы сказать ей, что я чувствала. Поэтому, я кивнула ей в благодарность за сумку, а после выбежала из колледжа. Примчав домов, я закрылась в своей комнате. Я не хотела слышать и видеть других. От своих мыслей становилось ещё дурнее, и я постаралась уснуть. Сколько точно прошло времени, я не могла сказать, но я услышала родительские крики с лестницы. Обув тапочки, я украдкой стала пробираться ближе, надеясь, что меня не заметят. — Нет, Том! Так нельзя! Нельзя просто так взять и поменять своё местоположение! Вся наша семья живет в Париже! Все друзья! —возмущалась мама, всё чаще беря высокие ноты. — Милая, ну это-же лишь работа. И тем более я могу взять вас с собой! — Не знаю, Том. Мне кажется Маринетт не будет рада, у неё здесь друзья, а мы по факту заберём её в чужую страну на пять лет жизни! Я стояла в шоке. Вот! Вот этот счастливый билет, чтобы позабыть Агреста! Не раздумывая я пулей полетела с лестницы вниз. — Мам, пап, я согласна! Глаза родителей округлились, а после они поняли, что я всё слышала. Я подошла к ним, протягивая руки для объятий, тем самым пытаясь их помирить. Раз уж у меня в личной жизни ничего не получилось, пусть родители будут счастливы. Ещё несколько часов мы сидели за семейным советом, а после мама отправила меня собирать вещи — было решено, мы всей семьёй уезжаем с отцом в длительную командировку. Достав два чемодана с верхней полки шкафа, я старательно начала собирать вещи по аккуратным стопочкам. И уже через несколько часов самые необходимые вещи были собраны, а я с телефоном в руках никак не могла решиться позвонить Але. — Аля, привет…— Маринетт! Как ты? Ты пропала на семь часов! Я так за тебя испугалась…
— Прости, что говорю тебе это по телефону, но… Я уезжаю, завтра с утра. Отцу предложили хорошую работу где-то в Японии, и мы всей семьей уезжаем туда на пять лет…— Ты же шутишь?
Голос подружки потускнел, я могла уловить тихий вздох на той стороне провода. — Нет… Отцу предложили новую работу, и мы всей семьёй теперь переезжаем в другую страну. Несколько часов я проболтала с Альей, пока мама не погнала её спать. Я грустно откинулась на спинку кровати и стала думать, что может случиться в мой отъезд. А заметит ли кто-нибудь это?***
За три часа до вылета мы прибыли в аэропорт. За час мы прошли весь осмотр, и уже сидели в месте ожидания. Отец читал какой-то важный документ, мама созванивалась с родственниками и рассказывала о последующей разлуке. Ну а я смотрела в панорамные окна здания на постоянно сменяющиеся авиалайнеры. — Объявляется посадка на рейс A-372. Просьба подойти к регистрации билетов, — сказал женский голос в микрофон. Дальше всё словно в тумане. Регистрация. Трап. И наши места. Мандраж ладошек и трясущееся тело. Я села в свое кресло у окна. Руки дрожали, а губы самовольно закусывались, показывая нервозность сидящей рядом маме. — Прощай, Париж! — тихо прошептала я и закрыла глаза, когда самолёт оторвался от земли. В иллюминаторе загорелись огни засыпающего города, зажигая в душе огонек мелькой надежды.