История Семьдесят Четвертая.
18 ноября 2014 г., 14:43
Всем привет. Части будут выходить маленькие, но я постараюсь писать чаще.
Наверное, он бы никогда не решился на такое, если бы не вся эта сложившаяся ситуация. Да, Нацу уже год не мог признаться своей напарнице в тех чувствах, что одолевали его, когда Люси находилась рядом или, когда он думал о ней. То есть чувства, которые терзали его постоянно. Да, в последнее время стало еще труднее от того, что Хартфелия начала отвечать на флирт некоторых поклонников, которые так и норовили уличить момент, когда заклинательница духов не находилась под тотальным контролем огненного убийцы драконов. Да и еще, его очень бесило, что сам он не мог так легко и ненавязчиво намекать Люси о своей любви к заклинательнице духов.
- Йоу, Люси! Пошли на задание!- как всегда улыбающийся Нацу крутился с утра около своей напарницы.
- Прости, Нацу, я не думаю, что хочу пойти сейчас куда-либо…
- Что-то случилось?- вмиг успокоившись, обеспокоенно спросил Драгнил, всматриваясь в лицо девушки.
- Да ничего, просто все только и делают, что лезут ко мне,- немного обиженно возмутилась заклинательница духов,- а как начинать серьезные отношения, так «я лучше пойду».
Нацу шокировано посмотрел на Люси и присел рядом, показывая всем своим видом волшебнице то, что она может доверять ему. Она никогда не обсуждала с ним свои отношения с парнями, наверное, думала, что его не интересует такое. Глупая…
Драгнил аккуратно опустился рядом с волшебницей и плавно придвинулся ближе, чтобы она могла шепотом рассказать ему о своих проблемах. Мысль о том, что девушка будет на расстоянии вытянутой руки, что она позволит нарушить свое личное пространство давало Нацу некую тень надежды. Да, быть может он и сделал это в корыстных целях, но он и правда хочет помочь и поддержать девушку.
- Ты чего?- удивленно спросила заклинательница духов, немного искривляя губы в жалком подобии улыбки.
- Ахахаха, Люси, у тебя такое лицо, словно ты сейчас расплачешься,- наклонил голову немного в бок Драгнил, как будто хотел рассмотреть свою возлюбленную под новым углом.
Что произошло в следующий момент - заставило Нацу немного понервничать. Ну, как немного… Огненный убийца драконов перепугался до чертиков.
Плачущая Люси у него на груди, тихие всхлипы девушки и неясное бормотание ввели Драгнила в состояние оцепенения.
- Ну, Люси, малыш, успокойся, прошу!- тихо проскулил парень, аккуратно обнимая девушку за плечи.
В ответ Нацу получил новую порцию слез девушки себе на футболку.
- Люси! Посмотри на меня!- огненный убийца драконов чуть сильнее сжал бледные плечики Хартфелии и заставил посмотреть ему в глаза. Ее напарник и правда самый лучший на свете!
Кое-как сфокусировав взгляд на гипнотическом зелено-сером цвете его глаз, Люси потихоньку начала успокаиваться.
- Ты замечательная девушка!- прошептал парень, всматриваясь в лицо своей любимой,- Посмотри на себя: умная, красивая, такая родная, теплая. О боги, как бы я хотел каждый раз оказываться на их месте… видеть твою улыбку, слышать смех над неудачными шутками, провожать тебя до дома и следить, чтобы ты не ходила ночью одна…
Девушка в шоке смотрела на розововолосого парня. Неужели, все это время ее друг испытывал к ней не только дружескую привязанность, но и что-то большее скрывалось под его обеспокоенным взглядом? Быть того не может! Или же...
- Нацу, о чем ты говоришь?
- Я не могу передать что я чувствую к тебе,- наконец-то он преодолел барьер. И чувства хлынули через край,- Это словно выскочить в морозное утро на крышу самого высокого здания в городе и просто кричать во все горло. Пока голос не сядет, стоять и кричать, хватаясь на грудь и пытаясь вырвать себе сердце, чтобы только донести весь смысл моих чувств до тебя…
На мгновение огненный убийца драконов остановился и, тяжело вздохнув, аккуратно поправил светлую прядь волос, что выбилась из прически Люси:
- Если бы Бог спросил меня, кем я хочу быть, я бы ответил, что хочу быть слезою: дотронуться до твоей кожи,- он коснулся пальцами до щеки заклинательницы духов, после чего нежно провел линию до самых губ и аккуратно провел по ним,- скользнуть по твоей щеке и умереть на твоих губах!