рассвет настанет

ты, пожалуйста, меня не забудь, у тебя ведь другой совершенно путь, ты, пожалуйста, меня отпусти, у меня нет твоей уверенности, у меня нет этого «он тебя не найдёт», у меня нет такого «кто же на сей раз спасёт», у меня никогда не было даже твоей руки, а у тебя ко мне лишь сгусток слепой ненависти, а у тебя для меня нечеловеческого рода захват, я у всех, я у всех всегда нарасхват, я у тебя синоним к слову «неверная», я для тебя всё однажды вот отдала, ты меня, пожалуйста, отпусти, здесь совсем немного осталось вот до зари, здесь совсем немного и будет другой закат, он будет волнами, волнами счастья объят, (так шепчут внутри голоса, я знаю, я знаю, я останусь в итоге жива) он будет состоять лишь из меня и его, его, для меня на сей раз всего одного, я п р о ш у т е б я, отпусти, у меня нет сил для этой слепой ненависти, я прошу тебя, помоги и забудь, я прошу указать мне один всего путь, я прошу забрать боль эту всю, я к нему, я к нему не хочу, (но у волн, у волн свой контроль тех, кто должен сойти на 'ноль', тех, кто должен погибнуть сам, ласково гладя себя по волосам) я к нему, я к нему не могу, я же с ума, с ума с ним сойду, но он тянет меня — отпусти и забудь, у меня для тебя лишь любви полна грудь, у меня для тебя настоящего рода закат, там ты и я — я лишь для тебя, для тебя нарасхват, у меня — сводящие мыслей потоки с ума, у меня для тебя, дорогая моя, чума, в левом кармане, где ещё есть любовь, я бы показала, но вместо руки только кровь, вместо моей головы — дыра, я не верила в это, но, знаешь, судьба нашла, она здесь, и он шёл прямо за ней, он смеётся, отогнав от меня носы кораблей, он смеётся, ладони вместе сводя от тоски, он устал, он устал от твоей ненависти, он устал, и он всё же меня нашёл, его прикосновения, как и всегда, словно шёлк, и его слова обещаний взлетели вверх, отобрав последние капли надежд, отобрав тебя у меня навсегда, ты, знаешь, я ведь предупреждала, любя, я ведь сказала: отпусти и забудь, у тебя давно совершенно другой всё же путь, у тебя я — это всего лишь ложь, за пазухой твоей только нож, у тебя для меня рассыпчатая вина, у тебя — осколки кем-то разбитого всё же стекла, состоящего из моих к тебе чувств, я бы хотела остаться, но я уже мчусь, по волнам вперёд, туда, где закат, где я у него, у него нарасхват, у него на руках кровь, знаешь, моя, из обещаний и слёз состоит вся она, из глупого «я с тобой не пойду, я дождусь, я вернусь, я с ума не сойду», у него на коленях в итоге моя голова, я сдалась, я устала, я всё-таки не смогла, я устала: я звала тебя каждый час, ты кричала истошно, ты кричала «сейчас», ты кричала, а потом сказала: «забудь, у меня давно уже всё же совсем другой путь, у меня к тебе только ненависть и тоска, у меня, у меня иная совсем она, у меня та, кто без лишних оков, у меня та, за кем не гонят каких-то бродячих псов, у меня та, кто за меня всё же — броня, у меня в голове лишь одна она», ты кричала, и ты же меня не спасла, ты ушла, ты забыла, как для меня дорога, ты ушла, позволив бродячим псам нежно гладить меня по волосам, позволив ему опору и меч, у него для тебя слов не перечесть, у него для тебя «спасибо» и «уходи», он устал, он устал от твоей ненависти, (голоса шепчут: «ты почти что мертва», я держусь, я держусь, я останусь жива, я держусь, вроде видно впереди там закат, он волнами счастья чьего-то всё же объят) он сказал, он сказал, что пошлёт за тобой, он сказал: ты вернёшься домой, а пока уходи, а пока позволяй, подожди немного, и настанет дурацкий май, подожди немного, и будет тебе рассвет, он всю эту боль, всю эту боль сведёт наконец-то на нет, вся эта боль больше не будет с тобой, отберёт кто-то у неё главную роль, а пока потерпи, осталось совсем немного, а после покажется скатертью эта дорога, а после покажется глупостью весь этот сон, он уйдет, он забудет, и кто-то тебя спасёт.