24/76

После завтрака всем пришли разнарядки на тренировки. Джеку предстояло отправиться в тир. Не самое плохое место, там он вполне мог себя показать. И доказать, что был достоин Программы. — Плавание, — вздохнула Семьдесят Вторая. — Удачи, — хмыкнул Джек. — Покажи им там всем, как именно стоит нырять. — Непременно. А ты отстреляй там мишени и немножко стены. Двадцать Четвертый на глаза не попадался, да и сам Джек не особенно пытался его найти. Его мысли были захвачены тем, какое оружие выбрать, чтобы выставить себя в наилучшем свете. Хотя он подозревал, что все эти проверки направлены лишь на то, чтобы хоть чем-то занять сотню военных бедолаг, которые от скуки сразу и бесповоротно дурели. — Отжимания, — пожаловался Пятнадцатый, выныривая из-под его локтя. — Не сдохни там на первой десятке, малыш, — преувеличенно заботливо сказал Джек. — Да пошел ты, Семьдесят Шестой. — Я и иду. Тиров тут было несколько, Джек замер, рассматривая указатели. "Тир (без симуляции)", "Тир (симуляция 1 уровня)", "Тир (симуляция 2 уровня"), "Тир (полное погружение)". И вот как понять, куда именно ему идти? — Проблемы, Солнышко? — Ага, усиленно сдерживаюсь, чтобы тебе с локтя в челюсть не влепить, — огрызнулся Джек, копаясь в коммуникаторе в попытках выяснить, куда все-таки сейчас двигать. — Нам в безсимуляционный пока что. — Так плохо стреляешь? Двадцать Четвертый на выпад не ответил, прошел в сторону соответствующего указателя. Джек последовал за ним, попутно осматривая коридор. Приятный голубоватый цвет стенных панелей с подсветкой внушал умиротворение. Джек ради любопытства подошел к одной панели, постучал в нее костяшками пальцев. По поверхности разошлись волны света. — Занятно. — Разбить их все равно не получится, — Двадцать Четвертый остановился перед дверью. — Ты идешь, Солнышко, или будешь как ребенок тут дурачиться? — Чем бы ни заниматься, лишь бы от тебя подальше. Двадцать Четвертый хмыкнул и удалился внутрь тира. Джек, немного устыдившись этой вспышки детской агрессии, пошел за ним, за порогом сразу же налетел на соседа, отчего-то замершего. — Что ты встал? Двадцать Четвертый молча указал вперед. Джек выглянул и сглотнул. На полу около стойки с оружием лежало тело подростка лет двенадцати. Широко раскрытые глаза смотрели в потолок, под головой скопилась лужа крови. — Что это… — Кукла, — хрипло сказал Двадцать Четвертый. — Чертовы идиоты обещали же нам психологические встряски. Джек подошел, оглядел тело. И в самом деле, искусно сработанная кукла. Наверное, даже чересчур искусно сработанная. И на неподготовленного человека впечатление она и в самом деле производила неизгладимое. — Примитивно, — резюмировал Двадцать Четвертый. — То-то ты застыл. — Бери оружие, — сухо буркнули в ответ. — А что дальше? Не будут давать спать? Заморят голодом? — Что угодно. Это же, — Двадцать Четвертый скривился, — комплекс психологического воздействия в сочетании с лекарственными инъекциями. Или как-то так, я не особенно внимательно вчитывался во все эти брошюры. Джек выбрал штурмовую винтовку, подошел к линии стрельбы, посмотрел на мишени. Сердце все еще частило, руки слегка подрагивали. — Они же не навесили на нас датчики и все такое… В чем смысл устраивать подобное сейчас? — Кто знает. Ты же слышал, мы в полном их распоряжении. Дверь открылась, вошли еще несколько солдат. Джек с каким-то мрачным внутренним удовлетворением вслушивался в мат и облегченные смешки за спиной. Не ему одному стало плохо, слишком уж натурально в полумраке выглядел этот подросток. — Ты в норме? — все-таки соизволил поинтересоваться Двадцать Четвертый. — Более чем. Джек предпочел заняться тем, ради чего он здесь оказался: начать вести стрельбу. Мишени он отстреливал увлеченно, это было довольно скучно и монотонно, однако помогало разряжать не только оружие, но и голову. Где-то рядом грохотали еще несколько винтовок. — Если тебе здесь не нравится, можно пойти в симуляцию первого уровня, — вклинился в краткий миг отдыха Двадцать Четвертый. — А с чего ты решил, что мне скучно? Двадцать Четвертый указал на табло вверху, где напротив номера Джека стояло число "1490". В следующей строчке красовалось "24 — 1370". — Ты слишком хорошо стреляешь. — Мы здесь все хорошо стреляем. Мы же военные. — Не сказал бы… Кое-кто тут оружие впервые в руках держит. Пятнадцатый виновато потупил взгляд. Он пока что выбил всего лишь шестьсот девяносто очков. — Я не привык к такому тяжелому оружию, — попытался оправдаться он. — Там, где я служил, мне не давали ничего тяжелее ножа. Я же только полгода… — Научишься, — утешил его Джек. — Или возьми что-нибудь полегче, делай то, что умеешь, не гоняйся за остальными. Двадцать Четвертый уже направился возвращать оружие, походя злобно пнув в бок куклу. — А что в симуляции первого уровня? — в воздух спросил Джек, не особенно рассчитывая на ответ. — Тренировочные боты бегают. Джек остановился. — А откуда ты это все знаешь? Расположение комнат. Содержание Программы. Двадцать Четвертый сбавил шаг, но оборачиваться не стал. — По-моему, это и так ясно. — Правда? — Если б в твоей блондинистой голове водились мысли, ну или ты хотя бы не любезничал с кем попало, а внимательно изучал все выданное, ты бы догадался, что в коммуникатор залито много всякой полезной информации. Джек покосился на коммуникатор. — И когда же ты успел все это прочитать? — За завтраком, пока ты усиленно языком мел. Джек развел руками. — Я люблю общаться с людьми, знаешь ли. Это намного полезнее, чем торчать в углу как хмурый злобный филин и на всех ворчать. Двадцать Четвертый промолчал, лишь ускорил движение в сторону тренировочного полигона. Боты на первом уровне были милыми, приятно попискивали и перемещались по заранее заданным маршрутам, время от времени возвещая о том, что им требуется лечение, или что в них только что попал выстрел противника. Джек умиленно взирал на эти болванки. — Хочешь потренироваться? — В меня можно стрелять. — Я не обижусь, если ты в меня выстрелишь, — загалдели они, стайкой окружая Джека. Джек хохотнул, собирался было потрепать ближайшего, как несколько выстрелов в куски разнесли собеседников. — Ты что делаешь? — Спасаю товарища, попавшего в окружение противника, — пояснил Двадцать Четвертый, опуская оружие. — Товарищ, конечно, идиот, что позволил себя окружить, но что поделать. — Очень смешно, — буркнул уязвленный Джек. Двадцать Четвертый молча двинулся на второй этаж, ловить особенно настырного бота, беспрерывно пищащего и действующего на нервы. Джек пошел за винтовкой. Боты, конечно, милые, но стоит все-таки сосредоточиться на том, чтобы по ним попадать. Это вряд ли окажется так уж просто, как кажется. Писк тем временем стих. — Эй, Солнышко, иди сюда, глянь, что я нашел. Джек закинул винтовку на плечо и поспешил на зов, надеясь, что там не очередной труп ребенка, умерщвленного каким-то особо мерзким способом. Двадцать Четвертый сидел, рассматривая что-то на ладони. Бот уже уехал, освобожденный от плена какого-то ящика, свалившегося на его траектории. — Что там? Ему под нос сунули… змею. Вернее, змейку, мелкую, черную, дюймов пять длиной. — Она живая? — уточнил Джек. Змейка лениво шевельнулась. — А ядовитая? — Не думаю. — Откуда она тут взялась? Двадцать Четвертый погладил змею пальцем. — Приползла, наверное. И это очень интересно. Получается, здесь неподалеку лес. Джек пожал плечами. Информация не была особенно занятной. — Нам все равно запрещено покидать комплекс, так что, какая разница, лес, болото или мы на огромном плавучем танкере? — Тебя тоже привезли в закрытом транспорте? — Да, а что? Двадцать Четвертый помотал головой, выпустил змею, мгновенно юркнувшую куда-то в угол. — Ничего. Идем, надо вести себя так, чтобы не вызывать подозрений. — Подозрений? Ты о чем? На него посмотрели с некоторым сожалением во взгляде. — Сделать оружие можно двумя способами: купить заготовку или сломать и переплавить имеющееся. Джек сглотнул. Подобные параллели ему не очень нравились, хотя он прекрасно понял, что имеет в виду Двадцать Четвертый. Если взбрыкнуть, процедуры пройдут намного быстрее, но не факт, что результат устроит того, над кем они проведены. — Так что идем тренироваться. И не забывай улыбаться как полный придурок, у тебя это отлично получается. Джек злобно глянул на него, потом поспешил навстречу голосам других солдат, как раз вошедших на полигон. — А тут так круто, — протянул Девятнадцатый. — Ты уже попробовал в них стрелять? — Ага. Они такие забавные. Двадцать Восьмая молча возилась с оружием, проверяя заряд. — В меня можно выстрелить, я не обижусь. — Хочешь потренироваться? Джек отошел в угол оружейной, уселся, прислушиваясь к голосам. Настроение поползло вверх, то ли от того, как умилительно пищали эти боты, то ли от того, что здесь над головой простиралось самое настоящее синее небо, такое бескрайнее. Он улыбнулся. И поймал на себе внимательный взгляд Двадцать Четвертого, как раз вошедшего в дверь. — Что такое? — Ничего, Солнышко, продолжай сидеть и ничего не делать, легче будет тебя обставить в счете. — Даже если я на последних минутах тренировки туда войду, у меня все равно будет больше попаданий, чем у тебя. Даже пикировка с соседом по комнате приносила какое-то странное наслаждение. — Ты в порядке? — все-таки решил уточнить Двадцать Четвертый. — В полном. Мне так хорошо. Я так счастлив. — Понятно… Все-таки накрыло. Джек перестал улыбаться, внимательно взглянул на него. — Что ты имеешь в виду? — Ты же не думаешь, Солнышко, что то, что тебе дали в медпункте — витамины? Джек покачал головой. — Я даже уверен, что то, что вкололи тебе — не прививка. Двадцать Четвертый стрельнул глазами в угол. Камеры. Джек развел руками, показывая, что ему скрывать нечего. — Я ведь не обязан выполнять то, что мне велит коммуникатор? То есть, я имею в виду, мне сказано идти в тир, вот, я в тире. Даже пострелять успел. — По сути, не обязан, — поразмыслив, решил Двадцать Четвертый. — Но лучше бы тебе все-таки поднять задницу и начать бегать за своими новыми друзьями. Во избежание, так сказать. Разгоняй кровь, чем больше ты двигаешься, тем лучше. — Это тоже написано в брошюре? — Ага. Не веришь, сам почитай. Чем интенсивнее будут нагрузки, тем лучше будет для Программы. А чем быстрее ты закончишь Программу, тем лучше будет для тебя, скорее отсюда вылетишь на свободу. Хотя насчет этого я шучу. Джек поднялся на ноги, снова улыбнулся. Двадцать Четвертый покачал головой. — Бегай больше. Это будет то еще лото на выбывание. — Что ты имеешь в виду? — Скоро узнаешь, если мне не изменяет мой нюх на неприятности. А он мне никогда не изменяет. — Тебя точно зовут Кассандра, — с досадой буркнул Джек. — Повсюду кровь, мор, убиенные, жен волокут на корабли, а мужи лежат мертвыми. — Троянцы не верили Кассандре, чем все для них закончилось? — парировал Двадцать Четвертый. Джек предпочел вернуться к расстреливанию ботов. Размышлять о том, во что же он вляпался, всего лишь решив заработать денег для семьи, не хотелось. Ничего, это он тоже переживет. Правда, немного странно, что Программа займет лишь семь дней. Что-то было в этом подозрительное. Но долго обдумывать все не получилось. — Классно стреляешь, — заметил Девятнадцатый. — Стараюсь. Ты тоже неплох. Табло отражало беспощадную статистику. Двадцать Восьмая уделывала всех, не размениваясь на общение. Следом за ней шел Двадцать Четвертый. Потом Девятнадцатый. И замыкал все скромный Семьдесят Шестой. Это Джеку отчаянно захотелось исправить. В ходе усердной битвы за стрельбу по ботам он умудрился вырваться на второе место, где и завяз безнадежно. Строки новых участников постепенно добавлялись, номера менялись, кто-то приходил, кто-то уходил. Наконец, коммуникатор отправил Джека из тира в комнату с многозначительным "Полчаса на личную гигиену перед обедом". Двадцать Четвертый уже успел куда-то пропасть. — Надеюсь, испытания ледяным душем устраивать не будут, — пробормотал себе под нос Джек. В комнате соседа тоже не было. Как и в душевой, что слегка порадовало, переходить к настолько интимному действу как общение в голом и мокром виде Джек пока что был не готов. И на армейские порядки тут тоже не спишешь, они же не в армии. Они вообще в огромном и полном пиздеце. Попался сосед уже по дороге в душ. — Какая жалость, — заметил он вполголоса. — Так и не выиграю до обеда пари. — Какое еще пари? — Забились с народом, крашеный ты блондин или натуральный. — У меня все натуральное, — высокомерно изрек Джек и ускорил шаг, пока Двадцать Четвертый не решил проверить все прямо посреди коридора, с этого психопата станется. Проводили его хохотом. Джек старательно хранил равнодушное выражение лица, потом и сам заржал, уже за дверью комнаты. Послал же Господь придурка в соседи по комнате. — А вообще-то, мог бы посмотреть на мои брови и ресницы, — сообщил он вернувшемуся Двадцать Четвертому. — Они светлые. — Они коричневые. — Как у всех пшеничных блондинов, знаешь ли. К тому же, у меня и на руках растительность имеется, тоже светлая. Или по-вашему, я старательно крашу все вообще? — Да кто тебя знает, — Двадцать Четвертый развеселился. — Вот поживем с тобой шесть дней, тогда и посмотрим, какого ты цвета будешь на седьмой. А может, вообще седой или лысый, неизвестно, как твой организм отреагирует на Программу. "Обед", — спас Джека от придумывания ответа коммуникатор.