Может, теперь-то мы можем стать больше, чем просто друзья?

      Симпатичная девушка стоит на балконе многоэтажки, наблюдая за красивым заходом солнца. Наблюдает за несущимся по дорогам машинами, за оживленными улицами. Тёплый летний ветерок обдувает её стройный стан. Она подставляет своё лицо под последние лучи сегодняшнего солнца.       Неожиданно её обвивают сильные мужские руки, притягивая к себе в нежные объятия, зарываясь носом в шею девушки. — Щекотно, — счастливо смеётся Амайя, — Уже помылся? — ласково спрашивает она, поглаживая руки своего мужа, которые лежат у неё на уже достаточно округлившемся животике. В ответ она слышит только глухое: «Ага», и новая порция поцелуев осыпается на её шею, — Иди в комнату, не хватало ещё, чтобы заболел, — нарочито строго сказала она, но улыбка с её лица так и не ушла. — Только если ты со мной. Не хочу, чтобы ты и мой ребёнок тоже заболели, — пробурчал Шото. Кажется, за два года совместной жизни с Амайей, он, наконец-то, научился правильно выражать свои эмоции и чувства, абсолютно не стесняясь их. — Ну, вообще-то это наш ребёнок, а не только твой, — исправила его Амайя. Да у них будет маленькое чудо, они настолько рады, что, когда узнали, буквально прыгали от счастья, — И да, ты прав, холодать стало, — поежившись и сильнее закутываясь в одеяло, которое стащила с их постели, проговорила она.       Конечно, Амайе было не привычно от иногда излишней опеки Шото, но её это в любом случае умиляло, он был такой забавный, когда переживал за них, иногда даже злился, если Амайя нарушит его запреты. Но все это было с такой нежностью и любовью. — Ну вот видишь, пойдём, а то ещё подхватите какую-нибудь болезнь, и я не выдержу разлуки с вами. Я и так слишком долго ждал тебя. — От простуды не умирают, — укоризненно ответила Амайя, — Да, ты прав, но главное, что сейчас всё хорошо.       И вправду, у них было просто всё замечательно уже два года после того, как они наконец-то вновь прикоснулись друг к другу.       На следующий день после того, как Амайя проснулась счастливая в объятьях Шото, она смирилась со своими внутренними бурями и, наконец, приняла, что Шото ей дорог, и она его очень сильно любит, и готова отдать ему себя навсегда.       Вспомнив об Ичиро, она сначала испугалась, что он ей не дасть теперь спокойно жить, но обсудив всё с Шото за завтраком, они приняли решение, что Амайя уволится из своей компании, и перейдёт в ту, с которой сотрудничает Шото, чтобы больше не пересекаться с Ичиро. А если уж он и будет сильно приставать, то они вовсе переедут в другой город, им все равно терять нечего, они теперь вместе.       Следующим утром Амайя вместе с Шото приехали в квартиру Ичиро, пока тот был на работе. Амайя быстро собрала свои вещи, оставив то чёрное платье, которое накануне ей подарил Ичиро, и все остальные украшения, к которым прилагалась записочка с прощанием и с извинениями, с объяснениями, почему она уходит.       После они вместе поехали в главное здание Конигиры. Благо, по пути к кабинету начальника, им на встречу не попался Ичиро.       Конечно, шеф был не очень рад, что Амайя увольняется, а уж тем более переходит на сторону противника, то есть к другой кампании. Нехотя, он все же подписал согласие на добровольное увольнение.       Теперь она работает в компании с Шото, у них есть возможность видеться каждую минуту. Теперь они проводят почти всё время вместе, пытаясь наверстать упущенное.        С Ичиро они пару раз пересекались, но он даже не пытался поговорить. Он делал вид, что они не знакомы и пытался скорее скрыться из поля зрения Шото и Амайи.       Спустя уже всего-то пол года они расписались. Без пышной свадьбы. Тихо и скромно. Даже никому не сказав. Как говорится: «Счастье любит тишину». Так что, никто не знает, что они женаты, даже их собственные родители. Они им обязательно скажут, при встрече, но с ними они так и не встретились за два года. — Удивительно, что нам столько пришлось пройти, чтобы наконец быть вместе, — тихо сказала Амайя, смотря на переливающийся закат в дали за многоэтажными высотками, — На самом деле, это я во всём виновата, во всех твоих страданиях. Это я вечно пыталась убежать от себя самой. А ты всегда принимал меня, прощал всё и продолжал любить. Прости меня, и спасибо тебе за всё, — она повернулась к Шото лицом, заглядывая в его глаза, нежно касаясь щеки. — Тебе не стоит извиняться. Помнишь, ещё тогда, в детстве я пообещал ждать тебя, сколько это понадобиться, когда ты опоздала на нашу встречу на площадке, — Шото тихо хихикнул, вспомнив этот момент. Теперь, воспоминания из детства не доставляют ему боли, как это было раньше. — Люблю тебя, — Она смотрела на него и не могла насмотреться. Она любила его всегда и лишь убегала сама от себя. — Люблю, — тихо ответил он, запечатляя на её губах целомудренный поцелуй. Он поднял её на руки и занёс их в свою спальню.       И лишь солнце в счастливом одиночестве продолжало прятаться за крышами высоток