Сказки на ночь

***

      Тихий шипящий звук… Нарастает… Где-то неподалёку… Взгляд мечется в безуспешной попытке обнаружить источник.       Ну же… Ну…       Чонгук, рванувший было в небольшой переулок, с хрипом притормозил: Намджун, в попытке удержать под контролем неуёмный сгусток энергии, схватил его за ворот футболки, и ткань болезненно врезалась в шею, перекрывая доступ воздуха.       В переулке оглушительно взорвалась петарда, сопровождаемая восторженным визгом ребятни. — Хён, — откашлявшись, укоризненно протянул Чон. — Что — хён? Я ещё полчаса назад попросил тебя — Чонгук, отключи в мозгу опцию «Я Сумеречный Охотник, я вижу везде угрозу». Мы в Венеции, мы здесь в гостях, сегодня Карнавал. Эта ночь уже давно объявлена временем перемирия между всеми мирами, — Намджун закатил глаза, но всё-таки добавил. — Если тебя это успокоит — город патрулируют несколько групп, мне об этом сказал местный Хранитель. Пожалуйста, прекрати вести себя так, будто только ты в состоянии защитить всех и вся.       Чонгук пристыженно поджал губы. Что поделать, если его с детства приучали реагировать на малейший намёк на опасность? Зачем он только согласился поехать? Патрулировал бы сейчас себе улицы Сеула, выслеживал демонов, надирал зад зарвавшимся вампирам, может даже, подкорректировал бы морды парочке оборотней.       Тихий спокойный вечер.       Так нет, Хранитель решил, что он слишком напряжён, а значит — недостаточно эффективен, и в приказном порядке отправил его в Венецию. В компании спокойного, как удав, Намджуна. В отпуск.       Брр…       Ким в очередной раз закатил глаза, размышляя, не станет ли это выражение лица для него естественным к концу совместного «отдыха». Поминая Хранителя на чём свет стоит, он дотащил оплакивающего свою несчастную судьбинушку боевого товарища до столика на террасе ближайшего бара, сгрузил этот образец уныния и скорби на стул и отправился на поиски бармена.       Видимо, пришла пора принимать крайние меры.       Чонгук тем временем мрачно рассматривал праздно шатающихся людей и нелюдей. Эх, вон тот фейри выглядит исключительно подозрительно. Надо бы проследить за ним. Надо было бы…       Если бы не отпуск…       Горестные думы прервались появившимся ниоткуда стаканом с чем-то горячительным. Чонгук моргнул, но стакан не исчез. — Перестань хлопать глазами и пей. Это какой-то фирменный коктейль. Его делают только раз в год, в ночь Карнавала. Грех быть в Венеции и не попробовать. — Но… — Не желаю ничего слушать. Мы в отпуске, Гук. Я — лидер нашей группы, и я хочу веселиться. Имей совесть!       Чонгук показательно сморщился, но сделал глоток. Алкоголь окатил приятно будоражащей волной тепла, оставляя на языке сладкое послевкусие и некое предвкушение. В ушах неожиданно зазвенело, тисками сдавливая виски. Чонгук подскочил, хватая ртом воздух и бешено вращая глазами.       Что это? Что с ним?       Сердце лихорадочно заколотилось, словно пытаясь вырваться из плена сдавливающей его грудной клетки, зрачки расширились, не в состоянии сфокусироваться и улавливая лишь расплывчатые яркие пятна. Все кончилось так же стремительно, как и началось. Чон рухнул на стул, ощущая какое-то непривычное чувство…непонятное…будто… будто всё вокруг стало обычным…он стал обычным…       ЧТО?! — Прости, мелкий, но это вынужденная мера. Хранитель предполагал, что ты не уймёшься. Эликсир будет действовать до утра. Попробуй побыть обычным человеком хотя бы одну ночь. Повеселись, познакомься с девушкой… или с парнем, дело твоё, но чтоб я тебя до утра не видел! Встретимся в отеле.

***

      Чимин меланхолично разглядывал толпу, игнорируя внешний источник раздражения. Источник не сдавался, жизнерадостно вереща над ухом: — Чимин, ты посмотри, как тут классно! Какие яркие краски… о-о, ты видел ту маску? Мне срочно нужна такая же, только представь, как вытянется лицо Хосок-хёна, когда я вручу её ему. О, прекрасная незнакомка, вы пленили моё сердце своей неземной красотой!.. Кстати, Чим-Чим, ты пробовал это вино? Оно адски шикарно, и, говоря, адски, я именно это и имел в виду. На прошлой неделе я пересекся с одним демоном, и мы… — Тэ, я, кажется, просил тебя не называть меня Чим-Чимом… лет так сто назад… — Да? Правда, что ли? — неподдельно удивился Тэхён. — Я всегда знал, что до тебя долго доходит, но не думал, что настолько, — нараспев произнёс Чимин, не отрывая мрачного взгляда от гуляк.       Интересно, если он пульнёт в того оборотня молнией, это будет считаться нарушением перемирия, или он сможет оправдаться моральной травмой? — Я вот одного понять не могу. Твоё плохое настроение — следствие вчерашнего алкогольного консилиума с Юнги-хёном или того, что тебя бросил твой оборотень? — иронично изогнул бровь Тэ. Пак открыл рот, чтобы возразить, но не успел. — Не думай, что если ты телепортировал все выпитые бутылки в ближайшую помойку, Верховный маг Венеции, я ничего не узнаю. От головной боли ты бы уже давно избавился, значит, всё-таки второе. Ну, и долго ты будешь страдать? — Я не страдаю, — огрызнулся Чимин. — Я выискиваю жертву. — Очередного оборотня, чтобы бедняга мучился за своего предшественника? Пожалей псинку, им и так достаётся от Охотников. Послушай меня, мой дорогой коллега, как твой самоназначенный психоаналитик вот уже в течение трёхсот лет я настоятельно рекомендую тебе отвлечься на какого-нибудь смертного. Посмотри, какие соблазнительные экземпляры. Особенно вон тот, за столиком на террасе.       Чимин проследил за взглядом друга.       Действительно, соблазнительный экземпляр. А лёгкий налёт депрессивности и отчаяния лишь придавал ему дополнительное очарование. В его вкусе. Чимин откинул голову, небрежно зачесывая назад розовые пряди.       Почему бы и не развлечься?

***

      Чонгук с трудом разлепил глаза, морщась от пробивающегося сквозь занавески яркого солнечного света. Он чувствовал себя заезженной ломовой лошадью. Бездумно уставившись в потолок и помедитировав на паука, деловито плетущего паутину в углу, вносящую элемент неожиданности и разнообразия в интерьер высококлассного отеля, он наконец повернулся и снова поморщился, на этот раз — от тянущей боли во всех мышцах.       Кстати, да, его действительно вчера объездили и не единожды.       Чонгук удовлетворённо усмехнулся и просканировал взглядом номер в поисках Чимина, но того и след простыл. А жаль, он бы с удовольствием продолжил знакомство… ещё пару раз…       На полу бесформенным комком валялась вчерашняя фата и подвязка. Чон хрюкнул от смеха, вспоминая как они, после (он попытался вспомнить, но воспаленный мозг протестующе загудел, отказываясь вести сложные математические подсчеты) энной бутылки чего-то горячительного, наткнулись на такого же в стельку пьяного в костюме священника и потребовали их обвенчать. В церемонии приняли участие все желающие, то есть практически вся празднующая площадь.       Давно он так не веселился. Если точнее — никогда.       А брачная ночь… Воспаленный мозг оживился, проецируя одно провокационное вспоминание о прошедшей ночи за другим. Чон укоризненно глянул вниз, ещё раз пожалев, что «жена» сбежала, не пожелав встретить рассвет с новоиспечённым «мужем» и выполнить супружеский долг…ещё пару раз…       Дверь с грохотом распахнулась, являя новоиспечённому «мужу» разъярённого Намджуна с газетой наперевес. — Когда я, блять, сказал тебе развлекаться, — заорал тот. — Я не имел в виду, что надо пускаться во все тяжкие. Что мы скажем Хранителю? И, что самое важное — что мы, блять, скажем твоим родителям?! Они же меня на куски порубят, и ты прекрасно знаешь, что это — не метафора!       Чонгук растерянно хлопал глазами, не понимая, что именно стало причиной столь эмоционального всплеска у обычно невозмутимого Намджуна, который со стойкостью матёрой матери семерых детей выносил закидоны всех членов их отряда охотников.       Намджун швырнул газету: — Читай. «Вчера кульминацией Карнавала стало знаменательное и порадовавшее публику событие — импровизированная инсценировка свадьбы. Молодожёны Чимин и Чонгук под громкие аплодисменты всех присутствующих и с помощью липового священника заключили фиктивный брак. И это развлечение так бы и осталось воспоминанием о вчерашнем празднике, если бы не одно «но». Протрезвев, «священник» объявил, что он на самом деле священник, обряд был проведён по всем правилам, а значит — «молодожёны» Чимин и Чонгук действительно молодожёны, с чем наша редакция их сердечно поздравляет!»

***