Всё благодаря Лаки!

Николас вышел из дома за выходные лишь раз, и то в супермаркет за продуктами. Папа плешь проел нотациями о правильном, а главное, регулярном питании. Ну, в его понимании правильно — это салатик из брокколи и несколько кусочков твердого сыра. Пареная рыба или вареное мясо. Никаких жиров и углеводов. Конечно, Николас согласно покивал по скайпу, а сам пошел и затарился нормально. Мясо, которое с радостью и знанием дела пожарил на сковороде с большим количеством масла. Рыбой, колбасами и сыром. Овощи тоже купил, а так же фрукты. Не забыл и про крупы. Короче, затарился всем на несколько недель, чтобы больше не ходить по вечерам по магазинам и не остаться голодным после работы. Готовить любил, но, увы, для себя не всегда было желание, с учетом того, что постоянно приходилось выбрасывать почти все, что приготовил. Есть некому, а оно пропадает. Жалко, поэтому кулинар внутри умирал от того, что он ел, а иногда и готовил. Радовало, только когда брат заваливался в гости со своим парнем, с которым они уже полгода вместе, и Николас знал, что скоро тот решится наконец-то связать свою жизнь именно с этим омегой. Они истинные, можно было и не тянуть так долго, но Олег же не он, и решил просто познакомиться и узнать друг друга. Видя, как Олег смотрит на своего Женьку, Ник по-белому им завидовал и хотел того же. Но на горизонте нормальным альфой и не пахло. Правду говорят, лучших забрали матеря или папы-омеги. И они стали нашими отцами. Ник был копией своего деда. А вот Олег пошел в отца. Золотоволосый, с пышной гривой. Высокий, как шкаф, и с такими же плечами. Но радостная улыбка никогда не сходила с его лица. Только из-за Олега Ник и переехал в этот город два года назад. Чтобы присмотреть за старшим братом и хоть кормить, когда тот особенно заработается или загуляет. Сейчас-то этим озабочен Женька, и Ник смог вздохнуть спокойно. Женька был черноволосым и мелким парнем. Даже Ника на полголовы ниже, и хрупкий, каким и должен быть омега, но серьезным и ответственным. То, чего балагуру брату не хватало. Они прекрасно смотрелись вместе, гармонично дополняя по жизни друг друга. Олегу не хватало серьезности, а вот Женька совсем не умел расслабляться и отдыхать. Но на неделю эта парочка свалила отдыхать на турбазу. Там какой-то фест у Олега, вся его компания собирается. И Нику пришлось прозябать все выходные в одиночестве, чувствуя неловкость от произошедшего в пятницу. А вот в понедельник началась веселуха. Генеральный рвал и метал еще до того, как отчет попал к нему на стол. Ник опоздал. Да, его вина, но всего-то на полчаса, из-за поломки автобуса. Да, заслужил штрафа. Но никак не увольнения без даже того, чтобы его выслушали и приняли объяснительную! Видно сильно штормит коронованное начальство, раз так просто уволил. Девчонки из отдела кадров быстро все организовали, но зло тихо материли начальство за такой поступок. Все любили яркого и солнечного парня, который всегда умел поднять настроение или утешить, когда это было нужно. Выслушать и дать дельный совет. А вот Ник даже не расстроился. Он два года не отдыхал, работая сверх меры, отказываясь от отпусков. Накопил достаточно, чтобы месяц побездельничать. Рекомендации Ирина Петровна, его непосредственный начальник, дала такие, что Ник сам восхитился своими талантами. Так что он потом быстро найдет работу. Да и расстраиваться не умел. Зачем? Пустая трата сил и эмоций. От этого ничего не изменится. Так что, улыбнувшись и попрощавшись с девчонками, отправился в свой отдел собирать немногочисленные вещи и прощаться с дорогими и родными коллегами. *** Кирилл злился. Два дня он не может найти парня. Бесило все! Абсолютно! И уволил того, кто не смог вовремя принести отчет. Смысл держать кого-то, если они не соблаговоляют вовремя явиться на рабочее место и просто принести отчет. Уволил, даже не дав доработать положенные две недели. Внутри все корежило. Он и так не отличался терпением, а тут столь желанного омегу не могут найти долгие два дня. Да и на работе за полчаса случилось два ЧП. И один объект не могут вовремя сдать. Поставщики перепутали заказ и не то привезли на стройплощадку. Слишком много за час рабочего времени. Так что никто не мог винить его в плохом настроении и резких выпадах на все обращения. — Нашли! — радостно оповестил Ваня, входя в кабинет без стука, игнорируя причитания секретарши. — И ты не поверишь, где он работает! — заметил тот, падая на стул и радостно лыбясь так, словно знает разгадку на все тайны мира. — Где? — сразу оживился Кирилл, услышав долгожданные новости, выхватывая папку из рук безопасника. — У нас! Представляешь, в бухгалтерии уже два года! — выдал тот, шокируя Кирилла, но больший шок он испытал, когда прочитал фамилию своего истинного, и столько благого русского из его уст не слышал никто, даже Ванька, который смог пополнить свой личный запас несколькими новенькими словечками. — Первый пост, — ответила по телефону охрана на входе. — Лисовский Николас уже ушел? — сразу спросил Кирилл, от нервов покусывая губу, чувствуя себя дураком и идиотом. Он сам уволил свою истинную пару за опоздание. Даже не дав ему шанса, и надеялся, что парень не столь резкий, как он, и даст ему шанс в возможных отношениях. Хотя Кирилл сомневался. Его только что уволили за простое опоздание. — Как раз проходит, — ответил охранник. — Ник, стой! — крикнул он, видимо, проходящему парню. — Чего? — издалека послышался спокойный и какой-то радостный голос. Странно для только что уволенного! — Ко мне его, — проговорил Кирилл, затаив дыхание. — Главный зовет, — проговорил тот и явно улыбался, чем взбесил Кирилла, ведь тот охранник скалится на его омегу. Его! — И что? Меня уволили, и я плевать на это хотел, — радостно ответил издалека парень. — Привести! — зарычал Кирилл, боясь упустить его из виду, ведь тот мог исчезнуть. Его вряд ли что-то держит теперь. — Прости, Ник, но придется, — заметил извиняюще охранник. — Только если на ручках, — послышался игривый ответ, а затем тихий вскрик. — А понежнее?! Я же не мешок с картошкой, чтобы вниз головой таскать! — смеясь, заметил парень, вызывая еще более тихий, но протяжный рык из уст Кирилла. — Идет, — сдерживая смех, ответил охранник, на что Кирилл с силой опустил телефон обратно на место, тем самым ломая его. В итоге от гнева тот оказался летящим в стену и разбитым вдребезги. — Что? — не понимал Ванька, смотря на него, как на сумасшедшего. Хотя он и прежде не сильно отличался спокойствием. — Я уволил его за опоздание, — признался Кирилл, думая, как теперь задержать парня и успокоить того. Ведь Кир не сомневался, что тот зол. А кто бы не злился? — И? — Он просто опоздал, — уводя взгляд, заметил Кир, чувствуя вину под осуждающим взглядом друга. — А если это был единственный заработок? А если он бы с голоду умирал? Если бы заботился о больных родителях? — спрашивал тот, добивая и так виноватого мужчину. — Ник хороший сотрудник. Я его хорошо знаю, и если бы не поручил задание новому помощнику, узнал бы сразу. Но у меня и так работы по горло из-за того, что нашу информацию кто-то сливает! — Бор! — послышался долгожданный голос из-за двери, и Кирилл пристально на нее смотрел, нетерпеливо ожидая, когда та откроется. — Это не спина! — заметил тот игриво. — Слазь, обезьянка. Приехали! — легкий бас в ответ и тихий смех. — Следующий раз будешь на плече болтаться. — Мне и обезьянкой нравится, — заметил тот с тихим смешком, а затем послышался стук от того, что парень спрыгнул на паркет. — У меня бедра болят от твоих ног. — Привычка крепко держаться, — смеясь, заметил он, прежде чем послышались шаги и тихое бормотание охранника, что доставил его. — Ник, не стоит кататься на охраннике в компании, тем более, в такой провокационной позе, — заметила осуждающе секретарша, но даже в ее голосе слышалась улыбка. Парня, видимо, все знают, и хорошо, а Кирилл даже не догадывался о его существовании. И потерял много времени. — Натусь, когда еще выпадет шанс на нем так покататься? — заметил тот вопросительно. — Ты же сама видела, какой он. И, думаю, сама бы не отказалась пару раз повеселиться, — добавил он, прежде чем постучать в дверь и медленно отворить после грубого рыка с позволением войти. А Кирилл ревновал! Его сжигало бешенство! Он уже готов был выйти и сделать нереально больно тому, кто касался его парня. И того, о ком тот говорит с таким придыханием. Ревность — страшное чувство. Оно убивает то немногое, что осталось в нем от человека.