Girl or Boy?

      Чонгук не задавал лишних вопросов. После ужина, они посмотрели комедийный фильм, потом поиграли в карты и уже поздней ночью, Чон начал расстилать диван.       Девушка задумчиво наблюдала за ним. Весь вечер казался очень странным, от Чона не было слышно ни капли сарказма или подколов. Они, как старые друзья, проводили беззаботно время, но будто чего-то не хватало. Будто Чонгук нарочно отвлекает девушку от тяжёлых мыслей, что было не в стиле такого задиристого парня и вызывало некое опасение. Чиму казалось, что вот-вот он развернётся и сделает какую-нибудь пакость, пока наивный Пак, расслабил свои булки. Но Чонгук по-прежнему молча расстилал простынь. — О чём задумался? — начала блондинка. — Думаю, как поступить с ключом от квартиры, у меня только один, — тихий голос успокаивал и будто твердил «доверься мне». — Тебе завтра куда-то надо? — девушка больше удивилась не занятости парня, а то, как он просто готов довериться случайной знакомой, оставив ей ключи. — А тебе нет? — Гук усмехнулся. — Не учишься, не работаешь. Чем же ты на хлеб зарабатываешь?       Парень закончил с кроватью и жестом пригласил Мини на свободную половину. — Сложно объяснить, — не стал вникать в подробности Чимин. Сейчас он с помощью Джина числился на больничном, но если Пак останется девушкой навсегда, то ему придётся и вовсе забрать документы. — Тогда, — задумался Чонгук, — оставлю ключ тебе, в надежде, что ты не обдерёшь меня до нитки, — он хихикнул, представляя, как хрупкая особа тащит на своём горбу этот диван. — Да тут и воровать нечего, — фыркнула блондинка, залезая под плед. — Но…возьми ключи с собой.       Твёрдо решил Пак, смотря на белый потолок. Чем больше Чонгук доверяет ему, чем больше мило с ним общается, чем больше помогает, тем больше Чимину он нравится. Но этому не бывать.       Чонгук ничего не ответил, лишь пожелав спокойной ночи.       День получился слишком насыщенным, от чего оба моментально уснули. Утром Чимин оказался в постели уже один, а на столе одиноко лежали оставленные ключи.

***

      Днём Чонгук закончил все свои дела и сел на автобус в другую часть города. Он устало смотрел в городской пейзаж за окном, в уме подсчитывая цену продуктов, которые надо закупить к вечеру. Потом встряхнул головой, сбрасывая из неё осточертевшие мысли.       «Как старая бабка, ей богу» — он усмехнулся и остаток поездки попытался думать о чём-то более приятном.       Вскоре приметив знакомую улицу, он сошёл на остановке, вспоминая, в каком направлении ему дальше идти. С памятью у Гука всё было прекрасно, и уже через минут 10 он стоял у двухэтажного дома и жал на кнопку звонка.       Дверь перед парнем резко распахнулась, и на пороге нарисовался растрёпанный, с огромными синяками под глазами Джин. Он мельком обвёл взглядом парня и поник. — А…это ты… — шаркающей походкой, он зашёл обратно в дом и со спины махнул рукой. — Если ищешь Мини, то её здесь нет. — Знаю, — он зашёл следом, прикрывая дверь. — Потому что она сейчас у меня.       Джин замер, затем медленно повернулся к Чонгуку. — Не шутишь? С ней всё в порядке? — во взгляде напротив читалась неприкрытая надежда. — Да, жива, здорова, жрёт, как конь, — Чонгук усмехнулся.       Ким с огромным облегчением упал в рядом стоящее кресло, шумно выдохнув. Подрагивающей рукой он прикрыл глаза, потирая уставшие веки. — Мы искали весь день и всю ночь, — он убрал руку, опустив её на подлокотник кресла. — Слава богу, всё обошлось, — Джин всё также устало посмотрел на гостя. — Спасибо, конечно, что сообщил, но ты мне всё равно не нравишься. — Взаимно, — Гук склонился в шутливом поклоне. — Но я пришёл не только ради этого. Мне нужны ответы.       Он удобно устроился на диване рядом, пока Джин задумчиво его разглядывал. — Даже не дашь мне поспать? — он с надеждой заглянул в тёмные глаза. — В гробу выспишься, — Чонгук поправил непослушную чёлку. — Итак…

***

      Всё утро Чимин провёл валяясь в постели и лениво зевая. В квартире Чонгука было совершенно скучно, хотя и очень уютно проводить время. Огромный диван в разложенном состоянии занимал больше половины комнаты, оставляя место лишь для рабочего стола и узкого прохода к кухне. На этом самом диване и валялась пузом кверху девица, раскинув руки и ноги в стороны. — Скууууучнооооо, — протянул Чимин, сверля взглядом потолок.       Потом он лениво перекатился на живот, обводя взглядом комнату. Письменный стол он уже проверил, ничего интересного, книги, да бумажки какие-то. На кухне тоже пусто, в обед девушка доела то, что вчера готовил Чонгук. В душ она уже ходила утром. Телефон лежит на столе в её комнате.       Только тупорылый человек мог забыть дома телефон, считал Чимин. Но себя обзывать тупорылым тоже неприятно. Поэтому он решил спихнуть всю вину на старшего брата, который итак был не святым, а значит и обзывать его не зазорно.       Гулять в одиночку тоже не хотелось, тем более в такую жарищу. После дождя солнце решило, что можно испепелить всё, куда попадёт. В итоге Пак Чимин занялся тем, чем он никогда не занимался. Он затеял уборку.

***

      Заходя в свою квартиру, Чонгук первым делом уловил запах гари. Без задней мысли он побросал пакеты с продуктами на пол и ломанулся на кухню, по пути спотыкаясь обо что-то большое и тяжёлое. — Ёп твою ж мать! — он крутанулся, в полёте схватившись за декоративную шторку и отрывая её к херам с законного места. Голова пролетела в сантиметре от острого угла письменного стола, зато хорошенько лбом встретилась с полом. Шторка плавно легла на парня сверху, накрывая его, словно одеяло. — Блиаааа…       Он хмуро глянул на бедную штору, затем на то, обо что он споткнулся. Это оказался разобранный пылесос, пыль из которого теперь летала по всей комнате. Чонгук пару раз чихнул, ещё раз шёпотом смачно выругался и тут же вспомнил про горелый запах. Он вновь подорвался и выбежал на кухню, где под потолком клубился чёрный дым.       Чон в панике схватился за ручки старой плиты, в попытке отключить её, но они были раскалены до предела, от чего он тут же отдёрнул руки, чуть обжигая ладони. — БЛ№»%! #^@#; %!!!? ЧТОБ ВАС ВСЕХ… — поток уличной брани просто фонтаном полился из его уст, — МИНИ, МАТЬ ТВОЮ! — А? Что? — тут же показалась белобрысая голова, выглядывавшая из ванной комнаты. — Ой, а что это ты тут делаешь? — девушка наивно похлопала глазами. — Плиту выключи, дура! — Чонгук зло зашипел на девицу, которая не сразу увидела дымящуюся на плите кастрюлю. — Мои макароны! — она в панике ломанулась к плите. — Только остор… — но было поздно. Теперь уже Мини проклинала на чём свет стоит, размахивая обожжёнными руками. Чонгук выхватил полотенце с полки и, наконец, выключил конфорки, тут же разгоняя дым этим самым полотенцем, размахивая им под потолком. — Ты мозги в жопе посеяла?! — Я хотел тебя порадовать, — обиженно надулся Чимин, подставляя ладони под холодную воду. — Радости полные штаны, — уже более спокойно произнёс Гук. — Иди лучше окно открой, чтоб дым вышел.       Девушка молча прошла мимо Чонгука, скрывшись в проёме. Из соседней комнаты тут же послышался грохот, затем ругань, вместе с которой клубы пыли мирно проплыли по полу кухни. — Я цел! — бодрым голосом крикнула девушка, тут же заходясь в диком кашле. — Кто б сомневался. Идиотов ничего не берёт, — закатил глаза Чонгук и принялся за глобальную уборку своей квартиры.       Уже через пару часов, они оба сидели за столом, в полной тишине поглощая ужин, который тоже приготовил Гук. Квартира была идеально убрана, чуть ли не блистая. Чимин понуро ковырял вилкой котлету, чувствуя себя невероятно виноватым. — Так… — начал Чонгук, прерывая неловкое молчание. — Почему ты решила разгромить мою хату? — Я думал убраться, но пылесос не хотел работать, — начал вспоминать свой неудачный день Пак. — Потому что ты неправильно его собрала, — вклинился Гук, невозмутимо пережёвывая еду. — Потом, — с неким упором продолжал Чим, раздражённый тем, что его перебивают. — Я поставил вариться макароны… — За которыми, оказывается, надо следить, — ещё один укоризненный взгляд, как копьё, вонзился в грудь девушки. — Так вот. — раздражение дошло до предела. — Я пошла стирать, пока варились макароны. — Стирать? — Чонгук опустил вилку и немного непонимающе уставился на девицу. — У меня стиралка сломана, как ты…? — Вручную, — буркнула девушка, всё ещё ковыряя пюре вилкой.       Чон накрыл свой рот ладонью, прикрывая широкую улыбку. — Ты чего? — удивлённо смотрел на парня Чим, замечая как того чуть ли не трясёт от сдерживаемого смеха. — Надо мной смеёшься, да? Ну смейся, смейся! — обиженно завопил Чимин. — Пхахаха, — не выдержал Чонгук, откровенно смеясь. — Нет-нет, это не над тобой, — на глазах парня выступили слёзы, которые он легко смахивал. — Ой не могу...хаха...       Он встал из-за стола и ушёл на кухню, но тут же зашёл обратно и положил на стол плитку шоколадки. — Это тебе, — он довольно улыбался, как мартовский кот, опираясь подбородком на свою руку и наблюдая за восторгом в глазах напротив. — Но…за что? — Чимин и правда сиял от счастья, после такого ужасного дня, ему невероятно хотелось шоколада. Тем более его любимого, с клубничным йогуртом. — Просто так, — пожал плечами Чон. — Кушай, кушай.       Пока Чимин радостно разворачивал шоколадку, Чонгук продолжал наблюдать. За тонкими пальцами, за искоркой в серых глазах, за светлыми кудрями, небрежно убранными в пучок на макушке. За тем, как Мини отламывает кусочек шоколадки и кладёт в рот, причмокивая сочными губами.       Он смотрел и не мог перестать улыбаться. Впервые кто-то попытался о нём заботиться. Это было очень неловко, неумело и практически разрушило его квартиру. Но эта девушка и правда старалась изо всех сил, хотя по ней видно, что она и тряпки в руки никогда не брала.       Невольно залюбовавшись и с головой окунувшись в свои размышления, Гук не заметил, как протянул руку к девушке и начал накручивать на пальцы золотой локон, выпавший из причёски. Чимин засунул ещё один квадратик шоколадки себе в рот и поднял на Чонгука вопросительный взгляд.       Но вместо того, чтобы ответить, Гук привстал со стула и наклонился к Чимину, касаясь своими губами его (её) губ.