Out of your league

— А это далеко? — спрашивает Тэхен, надевая кардиган. — Не далеко и не близко, — загадочно ухмыляется Чонгук, пугая Кима. Куда тот его повести собрался? — Ты уверен, что мы не потеряемся? — У меня хорошая память, Тэхенни, — подмигивает Чон. Он выглядит счастливым, и это не может не радовать Тэхена. — Я так рад, что мне выдалась возможность показать тебе то место. О нем ходят столько легенд… — Каких? — На месте расскажу. Пойдем. Отбой начался, нужно поскорее выскользнуть. Парни максимально бесшумно закрывают входную дверь своей комнаты и осматриваются по сторонам. К счастью, на четвертом и третьем этажах никого нет и им удается спокойно пройти. Но на втором стоит строгая вожатая, которая несколько дней назад еще ругала Чонгука за то, что тот просто решил постоять на ступеньках. Чон с Тэ переглядываются, решая, как поступить. Просто пробежать мимо? Или же кому-то стоит отвлечь ее? Но решать ничего не приходится — все решилось само. Кто-то из детишек начал кричать из дальней комнаты. По звукам можно догадаться, что там началась драка. Вожатая побежала туда и парни быстро пробежали вниз по лестнице на первый этаж, а дальше сразу к выходу из корпуса, пока никто не запалил. — Фух, думал, что придется позориться и завтра получить от вожатых, — облегченно вздыхает Тэхен, пока Чонгук уверенно, даже не оглядываясь, идёт к воротам. — Нас не поймают камеры наблюдения? А что если там кто-то есть на ресепшене? — Никого не бывает после отбоя. В прошлом году мы спокойно прошли, — пожимает плечами Чон и дёргает ворота, но те оказываются закрытыми. — Я знал, что они закрыты, но попробовать стоило. — Думал они магическим способом откроются? — Надеялся, что повезет как и с той вожатой. Не прокатило. Придется нам перелезать, — выдает Чонгук и кладет одну ногу на выступ в каменном ограждении, а другую на решетку ворот. Медленно и аккуратно добирается до самого верха и спрыгивает с другой стороны. Тэхен повторяет за Чоном, но, потеряв равновесие, чуть не падает обратно на землю с двухметровой высоты. Чонгук говорит ему спрыгнуть, но тот отказывается и слезает как нормальный человек, а не паркурист. Дождавшись Тэхена, Чонгук берет того за руку и ведёт за собой. — Ты хоть что-то видишь? — спрашивает Тэ. — Нет. — А фонарик у тебя есть? — Нет, — отвечает Чон и даже в этой темноте он может видеть раздраженный взгляд Тэхена. — Но есть телефон! Чонгук включает фонарик на телефоне и тычет им в лицо Киму, от чего тот жмурится и закрывает лицо руками, прося того остановиться. Парни идут какое-то время молча, а это Кима каждый раз раздражает и тот начинает разговор, чтобы совсем от скуки не умереть, пока те дойдут до нужного места. — Ты тут всего второй год, да? — Ага, а ты восемь лет и, мне кажется, ни разу не выходил за его пределы без разрешения? — Ну… Да, — неловко потирает шею Ким. — Как ты скучно жил. — Ага, спасибо, — закатывает глаза Тэхен. — Я только сейчас понял, что просто так просрал восемь лет здесь и практически не веселился. — А теперь постарайся не просрать, — отвечает Чонгук. — Если в следующем году приедешь вожатым, то тебе точно будет весело. — Почему ты так думаешь? — Потому что у тебя уже есть друзья-вожатые, — глаза уже привыкают к темноте и Чонгук видит лёгкую улыбку на лице Кима. — Тебе не будет одиноко. И они веселые, точно не соскучишься. Дальше они болтают обо всем, что только взбредёт в голову. Тэхену очень комфортно с Чонгуком. Хотя иногда тот выбешивает его, но в ту же секунду успокаивает. Наконец, они добираются до нужного места. Здесь лишь одни руины и только одна скамейка, которая была в неплохом состоянии по сравнению со всем остальным здесь. — Мы точно на месте? — Да, — кивает Чонгук и садиться на скамейку. — Это — то особенное место? Я думал, что оно в лагере, а не за его пределами. — Садись, — похлопывает по месту возле себя Чон. Тэхен присаживается и Чонгук притягивает его к себе. Запах клубники от Чонгука просто дурманит голову и хочется никогда не отрываться от него, лишь бы чувствовать этот ароматный запах. Ким открывает глаза и приглядывается получше. На небе тысячи звёзд и полная луна, светящая на озеро, которое виднелось впереди. Скамейка находилась на холме, а вокруг множество деревьев. Вид завораживающий и даже можно забыть, что сзади множество обломков и мусора. Тэхен понимает, что это то озеро, возле которого они ночевали во время похода. С такого ракурса оно выглядит ещё лучше. Луна, отражающаяся на поверхности воды, звуки леса и тихо завывающий ветерок — все это безумно нравится Тэхену и он взгляда оторвать не может. Вытаскивает телефон и делает несколько снимков. — Красиво? — спрашивает Чонгук. — Очень… — не отрываясь от своего занятия, отвечает Ким. — Знал, что тебе понравится, — улыбается Чон. — Эту скамейку специально сюда поставили? — интересуется Тэхен, обратно забираясь в объятья Чонгука. — Она здесь давно. Никто не знает об этом месте. Практически. Мне его показали в прошлом году пару ребят. Эта скамейка называется «Куполом Любви». Знаешь, почему? — на вопрос Чонгука Тэхен отрицательно мотает головой. — Есть легенда об этом месте. Мне об этом одна девочка рассказала, когда здесь были в прошлый раз, — начинает Чонгук. — Двадцать лет назад, когда наш лагерь ещё не был построен, здесь был очень популярный курорт. Туда съезжались многие люди. А ещё раньше тут умерли могущественные войны и были захоронены. Говорили, что те пробуждались под воздействием сильных эмоций. А именно — здесь, на этой скамейке. Потому что тут все встречали рассветы, провожали закаты, делали предложения, проводили романтические свидания. Это было «обрядным» местом. И однажды какой-то парень поджог себя и весь курорт. К удивлению, сгорело всё, кроме этой скамьи. Потому что в ней была необычная аура, аура могущественных воинов и безграничной любви. Она защитила «священное» место, — заканчивает свой рассказ Чонгук и Тэхен с изумлением раскрывает рот. — Вау… Круто. — Знаю, — кивает Чонгук. — Но это всего лишь легенда. Возможно, эту скамейку поставили после разрушения, просто потому что вид отсюда был очень красивым… — Я верю в эту легенду. Точнее, хочу верить. После таких рассказов кажется, что чудеса и вправду существуют… — говорит Тэхен, кладя голову на колени Чонгука. — А ты веришь в чудеса? — Я верю, как не странно, — отвечает Чонгук и гладит Тэхена по голове, как своего котенка. — Одно из чудес прямо сейчас рядом со мной. Как не верить после этого? — О, боги, Чонгук! Айщ! — хватается за сердце Тэхен и приподнимается с места, тяжело дыша. — Что такое? — обеспокоенно спрашивает Чонгук. — Это слишком мило! Мое сердце не выдерживает! — изображает страдающего Ким. — Тэ! — ударяет его Чонгук. — Ты меня напугал! Ким заливается смехом, а Чонгук грозно смотрит на него.

***

Парни просыпаются от бесчисленных звонков на телефон Чонгука и его громкого рингтона. Они не сразу понимают где они, кто они и что происходит. Но, увидев на экране имя «Юнги-хен», понимают, что им кранты. Встав с места, они идут, нет, бегут в сторону лагеря. К счастью врата открыты и те вбегают туда, не останавливаясь даже на крики охранника. — Куда бежать? — спрашивает на бегу Тэхен. — Я не знаю?! — Возьми трубку и спроси где они. — Не хочу я слушать оры Юнги. — Окей, хорошо, — закатывает глаза Ким. — Сколько время? Может они в столовой? — Десять утра… — Тогда может быть… В беседке? — Точно! — Чонгук останавливается и бежит в другую сторону. Парни прибегают к беседке и видят знакомые лица; облегченно вздыхают, когда не замечают ни куратора, ни вожатых. Тогда почему те звонили? — Минхек, а где Юнги-хен? — спрашивает Чонгук у шатена. — Они помогают готовить праздничный стол, — задумчиво отвечает Минхек. — Он искал вас. Все искали вас. Где вы были? — А, да так… — призадумывается Чон, не зная, что сказать. — А что за игру вы играете? — во время влезает в разговор Тэхен, за что Чон его мысленно благодарит. — Бутылочку на желание. Хотите? — Конечно! — с энтузиазмом отвечает Ким. — Но чуть позже, лады? — говорит Чонгук и утаскивает Тэхена. — Почему? — обиженно смотрит на него парень. — Давай пойдем к вожатым, чтобы не убили. Поможем им, может забудут, что мы не ночевали в лагере, — говорит Чон и Тэхен кивает тому, соглашаясь.

***

Вожатых Тэ с Чоном находят в столовой, помогающим работникам украшать стол. Джин замечает их первым и машет. Юнги поворачивается и, увидев их, злобно смотрит на парней. — Где вы были? — А мы помочь пришли, — улыбается Чонгук, переводя тему. — О, круто! Спасибо, парни! — радуется Джин и идет за шариками, чтобы те повесили их. — Подожди, Джин, — останавливает его Намджун. — Не отклоняйтесь от темы. — Мы… были в особенном месте… — опустив голову, отвечает Чонгук. — Оно в лагере? — Нет. — То есть вы нарушили правила? — прожигает взглядом парней куратор. — Да… — отвечают оба. — Простите. Нависает тишина. Вожатые переглядываются и, скрестив руки, осуждающе смотрят на Чонгука с Тэхеном. Парням крайне неловко и стыдно. После Джун с Юнги перешептываются и, кажется, хихикают. Может Чону послышалось? — Парни, нам придется вас наказать, — серьезно говорит Юнги. Наверное, все-таки послышалось. — На праздничном обеде вы присутствовать не будете. — Сказали бы мы, если бы не были собой! — восклицает Джин спустя время и смеется от перемены настроения в лицах парней от полного отчаяния до полного непонимания происходящего. — Что? — Мы пошутили, придурки. — закатывает глаза Юнги, но после улыбается. — Это что за шутки еще такие? — возмущается Тэхен. — Поблагодарите, что это шутки. А так бы серьезно вас наказал, — отвечает Юнги и Тэ затыкается. Не наговорить бы лишнего и потом жалеть об этом. — Мы поняли, что вы ушли куда-то на свидание, — ухмыляется Намджун и слышит жалобные стоны младших «Ну, хен!». — Потому решили вас простить. Тем более, вы помогли нам выиграть во многих конкурсах. Идите отдыхайте. Мы сами справимся. — Нет, хен. Мы вам поможем, — настаивает Тэхен. — Пусть это будет нашим наказанием. Ведь из-за нас у вас могли быть проблемы… — Я же сказал ид… — начинает Джун, но его перебивают. — Видишь же, что ребята хотят. Пусть делают, — говорит Юнги, раскладывающий тарелки. — Ох, хорошо. Так уж и быть, — соглашается Намджун. Тэхен с Чонгуком приступают к работе.

***

Обед проходит шикарно. На столе множество деликатесов, фаст-фуда и национальной еды. Бери и кушай что хочешь. На стене висел плакат, нарисованный Чонгуком. " Отряд Хан — семья! Поздравляем с первым местом!» написано там большим шрифтом в стиле граффити. А также парни нарисовали множество милых рисунков. После плотного обеда и поедания большого торта, специально испеченного для их отряда, все встают перед плакатом и делают фотографии на память, которые позже раздают всем. Отряд дружно убирает за собой и каждый идет к себе в комнату, чтобы собрать вещи: вечером все должны уехать, а от этого грустно на душе. Тэхен заходит в комнату и сразу принимается собирать вещи. Когда тот берет черную книгу с тумбочки и собирается класть в чемодан, но он призадумывается и крутит ее в руках. — Гуки, — зовет того Ким. — Мм? — отзывается Чонгук, лежащий на кровати. — Можешь отдать ее Чимину? — Тэхен показывает книгу. — Он не дочитал ее. — Хорошо, — берет довольно тяжелую книгу Чонгук и, встав с места, кладет в рюкзак, чтобы не забыть. Чон призадумывается и открывает свой черный чемодан, вытаскивая оттуда парфюм и свою любимую футболку. — Это тебе. — А? — не понимает Тэхен, задумавшийся о своем. — Это тебе, говорю. Ты же говорил, что тебе нравится мой запах. Держи, — протягивает их парню. — Они же тебе самому нужны… — неловко кусает губы Тэ. — Куплю себе еще. Бери. — Хорошо, я возьму, — соглашается Тэхен. — Но, я не знаю, что тебе дать. Мне неловко. Скажи, что ты хочешь? — Не нужно ничего. Я возьму твою книгу после того, как Чимин ее дочитает, — улыбается своей кроличьей улыбкой Чон. Сердце Тэхена бешено бьется и приятное тепло разливается по всему телу. Его парень — прекрасный человек. Как он может заставлять Кима влюбляться в него снова и снова?

***

Больно. По щекам Тэхена стекают слезинки, когда тот обнимает Чонгука на прощание. Неужели уже вечер и им надо уезжать? Он же так привык к этому месту. К Чонгуку, к вожатым, к атмосфере, к соревнованиям… Намджун, Джин и Юнги тоже обнимают Кима. — Обещай, что приедешь, — говорит Джин Тэхену, отстраняясь. — Обещаю, хен, — Тэ пару раз всхлипывает. — Ты чего плачешь? — умиляется Джин и тискает Тэ за щеку. — Я всех вас так люблю… Хочу, чтобы лето длилось вечно. Эти десять дней длились вечно… — Это невозможно. Но зато мы навечно в сердцах друг друга. — похлопывает парня по плечу Намджун. Тэхен улыбается. Джун — лучший вожатый. Парень это понял сразу, как только его увидел. Но его способность словами лечить и успокаивать людей — поражает. — С нетерпением будем ждать следующего лета. — Юнги-хен, ты со мной не поедешь? — расстраивается Тэ. — Прости, я тут остаюсь еще на месяц. — И даже не обнимешь? — вскидывает руки Тэхен. Юнги закатывает глаза и бормочет что-то себе под нос, но все же обнимает парня. — Так-то лучше. — Тэ, тебе пора на поезд, — говорит Джун. — Да, сейчас… — Тэхен еще раз обнимает Чонгука. Тот целует макушку Тэхена и шепчет: — Надеюсь, что смогу приехать в Тэгу. Чимина тоже привезу. Погуляем все вместе. Как приедешь — напиши. — Хорошо. А когда твой поезд? — Через час, — отвечает Чонгук. Голос его дрожит, а оленьи темные глаза блестят. Видно, что тот хочет заплакать, но держится. — Ладно… Иди. Поезд скоро тронется. — Пока, Гуки, — улыбается Тэ. — Пока, ребята. Если что, давайте созваниваться. Окей? Все кивают. Тэ машет им в последний раз и растворяется в толпе. И единственная мысль, что посещает его в тот момент: «Лучшие десять дней в моей жизни».