Мой любимый учитель

Я осознал твою любовь, Её согрею в своем сердце. И я откроюсь тебе вновь, Ты только приоткрой мне дверцу. - О чем ты хотел поговорить? - О нас… - О нас? - тут же переспросил Юнги, он просто не мог поверить своим ушам. Чимин бегал от него столько времени, уходя от этого разговора, а сейчас он сам пришел для того же? Что-то явно пошло не так, Юнги, ты точно не спишь? - Да, прости, что так долго бегал от тебя и не дал объяснить ни слова. Недавно я встретил Джин-хёна, и он мне всё объяснил. Мне жутко стыдно перед тобой, и я пойму, если ты не захочешь меня видеть… - Чимин, - альфа резко перебил его. - Не говори ерунды, я никогда не смогу перестать хотеть видеть тебя. - Но, что всё это значит, твои слова, забота, и… ты же мой истинный, почему ты сразу не сказал мне этого? - с ноткой грусти проговорил омега, вспоминая недавние события. - Я скажу честно, о нашей истинности я узнал с первого моего дня появления здесь. Но когда мы с тобой говорили первый раз, и ты рассказывал про свою любовь и веру в истинного, и как ты его ждешь. Ты представлял, что он явится к тебе, чуть ли не на белом коне, под лучами уходящего солнца и заберет в мир сказок и снов, а появился я, никакой не принц, а всего лишь Мин Юнги, - он горько усмехнулся. - Чимин, я просто испугался, как последний трус, испугался одиночества. После твоих слов, я боялся, что таким, какой я есть, ты меня не примешь, и поэтому ничего тебе не сказал. Я решил поближе узнать тебя, и хотел, чтобы ты поближе узнал меня, и понял, что не такой уж я и плохой, и, возможно, тогда бы, ты не отвернулся от меня. - Я не собирался отворачиваться от тебя никогда, но когда ты собирался сказать мне об этом? - Скоро, потому что я сам не мог уже держать это всё в себе… Но страх быть отвергнутым сдерживал меня от этого важного разговора. Всё случилось так неожиданно. Я совсем не хотел, чтобы именно при таких обстоятельствах ты узнал о нашей истинности. Всё это время я пытался как-то подготовить тебя. - Ты такой дурачок, но, может, в чем-то ты и прав. Я не злюсь на тебя, Юнги, правда, не злюсь. Я очень благодарен тебе за то, что ты помог мне тогда, мне действительно было очень плохо, но тебе каким-то чудом удалось облегчить мою боль. Даже потом, когда ты ушел, мне было намного легче, чем в предыдущие разы. - Чимин, что мы будем делать дальше? - Это трудно Юнги. Правда, трудно. - Но ты… ты чувствуешь что-то ко мне? - с ноткой надежды спросил это альфа. Казалось, что от ответа Чимина будет зависеть всё его будущее. - Юнги, не пойми меня неправильно, я просто не знаю сейчас ничего, не понимаю, что я чувствую. Мне очень хорошо с тобой, спокойно и безопасно, но я сейчас я не готов что-то изменить. Я даже не уверен, что между нами есть какие-то чувства. - Но я могу тебе показать, ведь я чувствую что-то. И это что-то заполняет меня и греет мне душу, когда мне плохо. Когда я почти готов сдаться и бросить всё, твой голос в моём сердце говорит, что нельзя бросать, говорит не сдаваться. Я не знаю, откуда берется этот голос и куда уходит, но я бы не справился без него. Я бы не справился без тебя, Чимин. А Чимин… Он просто не знал, как реагировать на это. Это ведь можно назвать признанием, верно? То есть, он правда нужен Юнги? Тот сейчас, правда, подтвердил эти слова? Чимину никто и никогда не признавался в таком, это было так красиво, так нежно и так искренне, Чимин сейчас был просто счастлив. Но он не мог обнадежить Юнги, ведь он ещё не до конца уверен в своих чувствах. Он слишком любит Юнги, чтобы разбить ему сердце своей неуверенностью. Просто не мог позволить, чтобы потом, он разрушил Юнги, когда сказал бы, что тогда поспешил с ответом и с решением, и что на самом деле он не чувствовал ничего. Но Чимин и не подумал тогда, что своим отказом, он бы разбил сердце Юнги ещё сильнее. - Юнги, прости… я…я не могу. Не сейчас, мне нужно подумать, мне нужно время, извини. И он убежал. Как самый последний и самый слабый человек. Он просто испугался. Испугался того, что жизнь изменится, что изменятся отношения с Юнги. Да, в конце концов, он испугался своих чувств. Юнги был просто в шоке. Он не знал, что ему дальше делать и как жить. Кажется, сейчас, именно в этот момент, вся его жизнь просто рухнула, и он даже не знает, что ему делать дальше с этими обломками, посреди которых он сейчас и оказался. Но ведь, жизнь не заканчивается, верно? Или… С того момента прошло уже около месяца. Юнги и Чимин почти не общались. Юнги перестал ходить к Чимину домой, сказав, что Чимин догнал учеников, и знаний, которые Юнги дает на уроках, теперь будет вполне достаточно, чтобы не отставать от программы и хорошо сдать экзамены. Они общались только когда Юнги спрашивал задания на уроках, или вызывал к доске для решения задачи или пересказа домашнего задания. Юнги было очень тяжело видеть Чимина. Ему было больно, он никогда такого не ощущал. Все заметили перемены в альфе. Хоть его и считали холодным, но то, что с ним случилось, и каким он стал за последний месяц было слишком. Именно сейчас он стал по-настоящему холодным и неприступным. До этого шутливый и оптимистичный учитель стал настоящим занудой, который приходил и рассказывал темы, спрашивал домашнее задание и уходил. Никаких шуток на уроках, никаких приколов. Как будто альфу подменили. Многие ученики, смотря на него, думали: «кто ты такой, и что ты сделал с нашим любимым Мин Юнги?». И на самом деле сделал, только не он, а Пак Чимин. К слову сказать, и тому было не лучше. Когда Юнги отменил дополнительные занятия, Чимин был просто в шоке, но не мог ничего изменить. Альфа стал холоден с ним, раньше такого никогда не было. Теперь, он, наконец, понял тех людей, что обвиняли альфу в бесчувственности, но Чимин знал, что это лишь маска, просто щит, которым он отгораживал себя от окружающих его людей, да и самого Чимина. Но именно тогда Чимин понял, что начал скучать по альфе, по его шуткам, по их разговорам по душам, по советам Юнги. По его глазам, по его рукам… По его объятиям… Ему был нужен Мин. Весь и целиком. Он, наконец-то, понял то, что альфа важен ему и дорог, что вряд ли эти чувства и правда, можно назвать дружескими, совсем они на те не похожи. Но Чимин просто не знал, как ему вернуть альфу. Ему хотелось просто подойти к нему, взять за руку, отвести туда, где больше не будет никого, кроме них, обнять его крепко-крепко, и больше никогда и никуда не отпускать. Но он боялся, боялся быть отвергнутым, как когда-то этого боялся сам Юнги. Омега скучал, просто словами даже не передать, насколько он скучал. Каждый раз, когда Чимин видел Юнги в коридоре, он хотел подбежать, спросить как у того дела, как он всегда это делал раньше. Ему хотелось видеть улыбку на лице старшего, вызванную им самим, Пак Чимином. Чим видел, как страдал его альфа, видел, как тому было больно, и он понимал, что причиной всего этого является он собственной персоной, и никто другой. Сейчас Чимин идет по коридору и как раз навстречу ему идет Юнги. - Здравствуйте, учитель Мин… - Здравствуй, Чимин. - А… Но Юнги уже ушел, он даже не остановился. Шёл, читал какой-то журнал, и даже взгляд не поднял на омегу, как будто, он и правда просто ученик, и не было между ними никогда и ничего. Но Чимин не злился, нет, он понимал, что сам виноват в этом. Но всё же он был немного раздражен. Ему нужен Юнги, и он решил, что с этим надо что-то делать. Дождавшись конца уроков, Чимин направился в ставший за короткое время таким родным кабинет. - Можно? - Конечно, Чимин, входи, ты что-то хотел, что-то смутило в домашнем задании? Или какие-то вопросы по параграфу? - Нет, я хотел сказать, что мы… - Когда-то ты мне сказал, что мы - учитель и ученик, и по-другому и быть не может. Только сейчас я понял эту фразу, только сейчас посмотрел на неё по-другому. - Простите меня за неё, я, правда, тогда не хотел ею вас обидеть. - Чимин, если ты волнуешься из-за своей оценки, поверь мне на слово, я не такой человек, и не буду занижать оценки только из-за каких-то личных проблем. - Это здесь совсем не при чем, и я пришел не поэтому, но своими словами про оценки вы сделали мне очень больно. Выставили меня как последнюю шлюху, которая готова на всё, лишь бы получить пятерку. Это так мерзко. - Чимин… - альфа глубоко вдохнул, а затем выдохнул. - Прости… Прости, слышишь? Я не хотел так говорить, это как-то само получилось, я не хотел тебя обидеть, честно. Не злись, ладно? - омега кивнул. - Я пришел, потому что хочу сказать вам что-то важное, по-настоящему важное, как минимум, для меня. - Я слушаю тебя, Чимин. - Месяц назад, когда я ушел тогда, я правда был очень запутан в себе, и мне было очень трудно. За последние несколько месяцев моя жизнь сильно изменилась. Для меня было полным шоком то, что я встретил своего истинного, я просто и поверить в это не мог. - Я заметил уже, - на слова альфы омега нахмурился, но всё же продолжил. - Но, когда вы исчезли из моей жизни, и всё вернулось в прежнее русло, я понял, что мне совсем уже не нравится такая жизнь, и я совсем не хочу, чтобы она была такой. Мне стало пусто без вас, стало не хватать наших разговор, наших переписок, нашего общения. Ты так отдалился от меня, и мне стало жутко одиноко. Как будто я опять остался один, и опять остался никому не нужным, - по щекам Чимина начали течь слёзы. Юнги тут же подошел к нему и обнял, начал успокаивать его. Пытался шептать что-то на ушко, чтобы Чимин перестал плакать. Ну не мог он просто напросто выносить слёз этого омеги. Внутри всё как будто сжималось и разрывалось от его слёз. - Чимин, хватит плакать, прошу, я же рядом, вот, я стою прямо тут. Но омега не слышал, он продолжал бить альфу, сжимающего его в своих объятиях, по груди и кричать. - Как ты мог уйти, ты обещал, что всегда будешь рядом, обещал, что не бросишь никогда… - Но я же никуда не уходил, просто подумал, что не нужен тебе и решил не навязываться. Я не хотел быть лишним в твоей жизни и мешать твоим планам. - Йа, Мин Юнги, я говорил тебе, что ты никогда не будешь лишним в моей жизни, я просил лишь время, я не просил тебя уйти из моей жизни. Знаешь что, ты очень плохо тогда подумал. Как ты мог так поступить со мной, я же так тебя люблю, чёртов ты придурок!