Сигнал "АТОМ"

      Билл смотрел пустым взглядом в потолок, пока шатен помешивал в жестяной тарелке суп из консервированных бобов. В голове вертелось всякое… К примеру, он думал о том, что ничего не изменилось в их отношениях. Диппер стал ещё более молчаливым, почти ничего не рассказывал. Бред потихоньку проходил, и Сайфер понимал, насколько они отдалились друг от друга. Он перевёл взгляд на Пайнса, закусил нижнюю губу… — Приподнимись, — коротко произнёс шатен, поставив тарелку на тумбочку рядом с собой.       Билл с особым усилием оперся на локоть здоровой руки, зажмурился от боли в больном плече. Диппер подхватил его под спину, подложил под неё подушку и убрал светлые пряди со лба. Блондин стиснул зубы, тяжело выдохнул через нос. Пайнс взял тарелку в одну руку, а пальцами другой перехватил железную ложку. Сайфер заглянул ему в глаза, а после снова отвёл взгляд. Кошмары мучили его уже вторую ночь подряд, и он никак не мог справиться с ними. Каждый раз одно и то же. — Я доставляю тебе слишком много проблем, верно? — тихо спросил он, усмехнувшись. Пайнс молчал. Он поднёс ложку с супом ко рту Билла, прикрыв налитые свинцом веки. — Ты мне ничего не скажешь?       Шатен с грохотом поставил тарелку назад на деревянную поверхность, перекинул ногу через Билла и сел на его бёдра, сверля того недовольным взглядом. Блондин с удивлением глянул на него из-под ресниц. Диппер обхватил ладонями его скулы, склонился к горячим сухим губам и поцеловал Сайфера настолько страстно, что сердце Билла готово было просто замереть и больше не биться. Он с равной отдачей отвечал на поцелуй. Ладони скользнули под ткань водолазки, приподняли её выше и огладили нежную кожу на талии. Пальцы шатена зарылись в светлые волосы на затылке, потянули за них назад, заставив Сайфера открыть шею для новых ярких следов. Мягкие губы оставляли за собой удивительно грубые следы из сети разорванных капилляров. Билл глубоко дышал, хоть это и доставляло ему боль. Одеяло съехало, открыв новые участки для фиолетовых и алых отметин. Пайнс спускался всё ниже и ниже, пока его губы не оказались там, где должно было биться сердце. Он остановился напротив него, усмехнулся. Блондин прикрыл ресницы окончательно, отдаваясь на волю юноши. — Да, проблем и правда много, — выдохнул шатен. Билл с удивлением посмотрел на него, прищурился в непонимании. — Ты слишком сильно травишь меня, Poison. Я устал от тебя. Лучше было бы, если бы тебя никогда не было в моей жизни.       Лезвие ножа, взятого невесть откуда, блеснуло в свете свечей. Тарелка с супом упала на пол. Металл пронзил кожу, заставив её струями стекать вниз на простыни. В карих глазах был ужасный холод…

***

      Билл распахнул глаза, быстро сел в постели. Плечо заныло, но он только сжал зубы покрепче. Пайнс сонно потирал глаза, лежа на кровати рядом с ним. Сайфер тяжело дышал, прижимал ладонь к центру груди и, казалось, мелко трясся. Вероятно, это снова был озноб. Диппер перехватил его за предплечье, потянул обратно, вынуждая улечься на подушки. Каштановые пряди коснулись шеи Билла; шатен положил голову на грудь Сайфера и сонно произнёс: — Тебе снился какой-то новый кошмар, верно? — Я… Я мешаю тебе? — прямо спросил блондин, хмуря брови. — В каком смысле? — прищурился Пайнс, приподнимаясь на одном локте. — Ты заботишься обо мне всё это время, но… Ты ведь устал. Неужели ты не хочешь просто выкинуть меня отсюда подальше? — Хочу, — улыбнулся Диппер. — Но не выкину. Это я тебя подстрелил, так что я обязан вылечить тебя. Кстати, скоро опять нужно будет колоть антибиотики. — Я уйду, если хочешь. Видимо, я зря тебя искал всё это время. Я эгоист. — Блондин повернул голову набок, из уголков его глаз вытекли мелкие слезинки. — Идиот ты, а не эгоист. — Юноша сам перекинул чужую руку через собственную талию, потёрся щекой о шрамы на коже. — Оставайся со мной. Тут нет мудаков из метро, но есть мутанты. Жить веселее. — Зачем я тебе нужен? Ты ведь теперь можешь защищаться сам, а я так вовсе выступаю в роли обузы. Это ведь глупо. — Под пальцами оставалось приятное тепло, сердце медленно билось. — Спи, — фыркнул Диппер, накрыв чужой рот ладонью. — Хватит страдать фигнёй. Не оставлю я тебя.       Билл чмокнул его в центр ладони, легонько улыбнулся и прикрыл яркие глаза, проваливаясь назад в сон. Пайнс сверлил взглядом ботинки оставленные у двери и думал об антибиотиках, которые уже кончались.