"Я завоюю твою дружбу!"

Как странно. Заходя в приоткрытую дверь, Каминари уже проводил последние лучи солнца глазами. Хотя, чему тут удивляться, ведь на дворе не первые дни осени, уже пора привыкнуть к ранним сумеркам. Несмотря на то, что в окна теперь не бил солнечный свет, птицы все продолжали заливаться своим пением. Только, будто сбавили темп, теперь все чириканья походили больше на свист, протяжный и редкий. -Давай повешу,- Шинсо потянулся за кофтой Денки, но тот не решился ее отдать. -У тебя прохладно. Я, пожалуй, в ней побуду, хорошо? Шинсо пожал плечами. Свист внезапного вскипевшего чайника уберег двух неуклюжих собеседников от неловкого молчания. Хитоши устремился в кухню. Не забыв про своего гостя, он позвал его пройти дальше по коридору. -…Может…хочешь чаю? Так обычно время в гостях проводят… -А есть печенье??- если бы таким тоном это спросил кто-либо другой, Хитоши бы, вероятно, выставил того за дверь. Но ведь это был Каминари, что с него взять. Шинсо нажал на включатель, и вся комната залилась теплым светом от большого торшера, скрывающего несколько лампочек. Сказать по правде, Каминари совсем не таким представлял себе дом такого, на первый взгляд, загадочного и скрытного парня. Шинсо медленно и осторожно разливал кипяток по чашкам. Пар объемными клубнями начал струиться по направлению к открытому окну, стремясь наружу. Там его уже невозможно было разглядеть: он растворялся, смешиваясь с холодным осенним воздухом. Денки переводил взгляд с пара на стены, увешанные кашпо с цветами, со стен – на еще один чайный сервиз, аккуратно рассортированный на каждую персону и видимый сквозь стеклянную дверцу шкафчика. Его взгляд остановился на хозяине дома. Разве кто-нибудь из школы видел его таким? В большой футболке с принтом какой-то организации по защите…чего? Этого уже не было видно – печать не выдержала времени и на половину сошла с ткани. Оказывается, Хитоши не всегда ходит в таких аккуратно отглаженных школьных брюках. В этот раз на нем были штаны, больше смахивающие на пижамные. Обычно на таких бывает клетка, была она и на этих. «Интересно, а форму он сам гладит? Или его мама? Моя же постоянно говорит, что я один не глажу ничего…» - зрительно перемещаясь по Шинсо, наблюдая за его поведением, думал Каминари. «Хм, а с волосами ничего не меняется. В прочем, в этом мы схожи. И все же, кажется, я застал его врасплох…» Денки кашлянул в кулак, настраиваясь на разговор. -У тебя…э…к-классно! Нет, правда! Очень милые цветочки,- парень осознал свое неудобное положение и, задрав плечи, накрыл колени ладонями. -Это виолы. -Гм! А я подумал, что анютины глазки. -Одно и то же, на самом-то деле. Хозяин дома отвлекся от приготовления горячих напитков. Он облокотился на кухонную тумбу и навел уставший взгляд из-под прикрытых век на растения. «Я его…заинтересовал? Ну, не я, а цветы, но все же, э…Почему я волнуюсь??»- гость заметно нервничал. Хитоши слегка усмехнулся. -Ты чего? – любая реплика на чужой территории могла взволновать Денки в таком неловком положении. -Забавно… - он обвил кашпо руками и, наклонившись к нему, решил напомнить себе аромат этих цветов, - Замечал, какие у них необычные лепестки? Совершенно контрастные. -О, и правда, темно-синие и медово-желтые… Шинсо осторожно сорвал небольшой хрупкий цветок и опустил его в стеклянную бутылочку с водой на столе. Цветок, почувствовав себя в безопасности, свесил голову на бок. Так и Каминари, прислонившийся к спинке небольшой кухонной софы, опустил голову на свое же плечо. -Это все мамины цветы…- Шинсо впервые за это время взглянул на своего гостя. Его темно-синие глаза остановились на лице Денки лишь на мгновение, изучая незамеченное им ранее. Сейчас выражение его лица было не таким дерзким, как обычно в академии. Скорее, обеспокоенным. «Зачем я ему…Он нервничает?» - не понимал Хитоши. «А вдруг он уже, когда я ответил…Нет-нет, гостям голову не промывают. Обычно…» - боялся Каминари.