Bark (бессвязные драбблы)

      Девятисотка любил кусаться. До крови, до синяков. Чтобы потом место укуса ныло от малейшего прикосновения. Гэвин не знал, вымещает он так злобу или жажду доминировать. Или же он был просто ебнутым андроидом. Один из тех психопатов, которые упиваются страданиями. Как они пришли к таким отношениям — особый анекдот.       Первый раз произошёл в участке. Перед взглядами всех сотрудников отдела. Гэвин довел андроида до девиации, и тот его тяпнул за руку. Точнее, было так, что он полез кулаками махать и въехал ладонью прямо в рот андроиду. Забавное, наверно, вышло зрелище. Еще круче была рожа Фаулера. И патлатого Хэнка. А Коннор в тот момент промахнулся и вместо стула сел прямо на коленки к своему папику.       По подбородку ублюдка потекла кровь Гэвина. Брызнула и замарала его белоснежный пиджак. А в глазах андроида впервые читались эмоции. Дикое удовлетворение и злорадство. И в итоге, от того, что сам же детектив вырвал руку — остались шрамы. Что интересно, обмазанный человеческой кровью робот выглядел будоражаще. Для Гэвина. А для остальных зловеще. Это только Гэвин Рид поехал крышей. Какая-то из шестеренок в его мозгу повернулась на все сто восемьдесят. И в новорожденном девианте тоже.       Второй раз был более неожиданным. Но уже без свидетелей. На ночном дежурстве. Умный принтер на ножках подкрался сзади. И вонзил свои зубы аки ебучий вампир в шею обосравшемуся от такого детективу. Он бы построил кирпичный завод, если бы смог. Гэвин в ту ночь обматерил весь Киберлайф с его ебанутым создателем и их предков до десятого колена. Потому что какого хуя эта навороченная модель себе позволяет. Детектив тогда разбил свои костяшки руки о нос андроида. И тому пришлось ехать в сервис и делать ремонт. Хоть на один день он был свободен от общества этого ненормального. Выкурил целую пачку, пытаясь понять, что происходит. И с ним, и с андроидом. Надеясь, что тому сотрут всю девиантность в сервисе. Но надежда умирает последней. Она умерла после третьего раза.       В машине этот уебок просто взял руку Гэвина и прямо на его глазах укусил. Они долго смотрели друг другу в глаза, пока девятка смыкал челюсть. Пока сжимал их все сильней. Как говорится — искра, буря, удар промеж глаз этому дефектному. Очередной поход в сервис.       А четвертый, вместе с пятым и шестым, произошел спустя месяц. Они были до того изобретательными, что Гэвин пару минут сидел в прострации. Хотя, насколько укусы могут быть изобретательными? Разве что пятый в нос. Лёгкий. Последний в холку, кстати. А четвертый так-то в губы. Верхнюю. И все они были не кровавыми. Девятка не лез целоваться, не делал намеков. Нет. Не-е-ет. Этот долбанутый не испытывал никаких чувств более удовлетворения. От шокированного лица своего напарника.       На десятом Гэвин понял, что считает их и ждёт очередного. Чтобы как дебил отметить галочкой пункт в воображаемом списке в голове. И, похоже, после этого открытия он полетел на дно окончательно. Но для начала надо было узнать, что это за хуйня. И спросить об этом андроида было легче всего.  — Я этого хочу. Очень хочу, — как-то кровожадно сказал тот.       Вот и все. Вот и эта ебаная причина всей его боли. В тот же момент, а это произошло в квартире Гэвина, пластиковый урод сорвал с детектива рубашку. Та порвалась в нескольких местах. И пуговицы разлетелись по комнате. Он вонзился, как сучий клещ в ребра, потом в ключицу, шею, бока. Держал руки Гэвина за запястья над головой и не соизмерял силу. Потом там остались жуткие синяки. Это было нихуя не весело. Это было адски больно. Уебок заткнул ему рот, чтобы не орал. Подаст жалобу потом, подумал Гэвин. Будет наслаждаться, когда его увезут в ремнях в киберлайфовскую психушку. И похуй, что такой нет. Злорадствовал в мыслях детектив до того, как андроид прикусил низ живота. Он захватил зубами кожу, оттягивая. Гэвин видел, как беж наливается цветом. Он тяжко сглотнул, понимая, что это пиздец. И тогда в подбородок его напарника уткнулся стояк. Дышать стало тяжелее, будто воздух кто-то накалил. Андроид позволил себе лизнуть место укуса. О, он хорошенько проехал языком, приминая тёмные волоски, уходящие дорожкой под джинсы. И все это время они бодались взглядами.       На мгновение девятка приподнялся, устраиваясь между ног детектива. Он перестал держать руки Гэвина и закрывать тому рот. Медленно начал снимать ремень, ожидая негативной реакции. Проверяя. Детектив Рид уже давно бы съел собственное удостоверение в порыве гнева. Плевался бы ядом и кислотой. В очередной раз разбил бы напарнику нос. Если бы хотел, он бы все это сделал. Как он, объяснял себе позже — это были последствия долгого воздержания. А не ебаный андроид со своими ебаными укусами.       Но, блять, как он снял с него боксеры — отдельная песня. Прихватил зубами, приподнимая, чтобы обойти болезненно стоявший член. Но немного задел тканью и подбородком, размазывая выступившую из головки каплю. Чего бы там ни было, размазывая. Гэвин соображал плохо, чтобы грамотно оценивать детали. И его боксеры со сверхзвуковой отправились в угол комнаты.       Андроид приподнял и согнул в колене его левую ногу. Он укусил внутреннюю сторону бедра. Кожа тут же надорвалась и капли крови потекли вниз, пачкая обивку дивана. От боли Гэвин заскулил, запрокинув голову. Боль волнами растекалась по всему телу. Это были настолько новые и необычные чувства, что Гэвин в них терялся. Возбуждение от боли? Или скорее возбуждение от осознания того, кто эту боль причинял? Странно и загадочно, блять. Но когда он получит разрядку, то въебет девятке.       Когда член Гэвина обхватила прохладная ладонь, тот задохнулся и теперь уже потерялся в пространстве. Будто все сконцентрировалось только на этой руке. Но ебанутый андроид не был бы настолько ебанутым, если бы не перевернул Гэвина на живот и вцепился бы ему в задницу. А точнее, в левую её часть. Гэвин обматерил весь мир. И, может, даже больше. И, похоже, во рту девятки стало настолько много крови, что он оставлял влажный след от языка на коже. Стоило Гэвину представить это зрелище, как он не смог сдержать стона. Это было неожиданно. Вот и не смог сдержаться. А потом этот кровавый язык прошелся по заднему проходу. Гэвин охуел. Ему стало смешно от ситуации. Рука андроида стала двигаться. И язык тоже. Прямо внутрь. С кровью. Охуевший Гэвин не может сдерживать стоны, вот и комната ими наполнилась. Это оказалось до одури приятно. Ощущения снизу раскатывались волнами по телу, поднимая температуру. Дыхание сбивалось, он давился вздохами. Долгожданная разрядка наконец настигла детектива. Обивка дивана стала ещё грязнее. Его снова перевернули. Теперь поясница будет запачкана в сперме. Перед глазами маячила рожа андроида с окровавленными губами. Девятка подался вперёд и поцеловал Гэвина. С этим ебучим языком и укусами. А потом андроид поехал в сервис. Чинить ебальник.