Почему ты молчишь, Билли?

Звук собственных шагов было непривычно слышать в такой тишине. То, как подошва чавкает в лужах помоев. Разве здесь всегда было так тихо? Пеннивайз задавал себе этот вопрос вот уже несколько дней напролет. Никто не отвечал ему. Это так обидно. — Билли, поговори со мной. Клоун ласково обратился к Денбро. Тот сидел на грязном бетонном полу словно тряпичная кукла и упорно молчал, глядя в никуда. — Играть в молчанку не так уж и весело. Может попробуем что-то другое? Вновь тишина. Пеннивайз медленно улыбнулся, оценивающе поглядывая на собственное логово. Искал любую зацепку, которая сможет расшевелить его мальчика, заставит говорить. — Ты же любишь цирк? Ооо, Джорджи рассказал мне о том, как он любит смотреть на фокусы, представления… Есть попкорн… Не хочешь рассказать мне, Билли? Глаза Билла были затянуты маревом, словно он находился в ином измерении. Парень никоим образом не хотел реагировать. — Какая жалость… Мой мальчик видимо очень скромный и такой прелестный, что не хочет делиться этим. Но я не обижен! Ещё придет время. Он одним рывком закинул Уильяма на свое плечо и потащил к середине логова. Денбро будто было окончательно плевать на ситуацию. Он безвольной тушей повис в руках монстра, позволяя нести себя куда угодно и как угодно. Однако, Пеннивайз не собирался учитывать возможности человеческого тела и пренебрег аккуратностью, скинув Билла на ближайшую кучу хлама. До чувствительных ушей донёсся неприятный хруст.

***

— Ты такой неряшливый, — с укором произнес Пеннивайз, покачал головой и принялся вытирать кровь с лица своего мальчика. — Вновь разбил себе лицо. Оно ведь такое красивое. Не делай так больше. Клоун проводил пальцами по скулам, очерчивал подбородок, возвращался к виску. Испачкал перчатку в крови, но это ничуть его не смутило. Важнее было то, что его мальчик вновь прекрасен. Рука опустилась ниже, сжав пальцами тонкую шею. В надежде вызвать естественную реакцию, Пеннивайз надавил на трахею, лишая тело возможности вдыхать. Подержал некоторое время. Ничего. — Ты так меня расстраиваешь, — рука разжалась. Пеннивайз задумался. Прижал ладонь к щеке Билла, заглянул в его глаза. — Но я не злюсь, мой хороший. Правда. Я же все понимаю.

***

— Какие цветы ты любишь? Пеннивайз любовно скользил взглядом по чертам Денбро и заботливо спрашивал о том, что может сделать его мальчика счастливее. — Мне жаль, что я не спросил этого раньше. Но думаю тебе понравится то, что я сделал, правда, Билли? Клоун вытянул руки. Над ладонями парил венок из лаванды*. Сплетен так аккуратно, нежно. Пеннивайз подошел к Биллу и надел венок, словно корону. Любовался тем, как красиво он обрамляет голову Денбро. Заметил, что он немного съехал в бок и потянулся поправить. Как только пальцы коснулись цветов, они тут же утратили яркость и потускнели, превращаясь в труху и она, крошась и осыпаясь, окутывала Билла. Рука была отдернута. Пеннивайз проследил за разрушением с непонятной эмоцией на лице. — Ничего страшного. Всего лишь небольшая ошибка. Я сделаю тебе еще один. Сколько угодно. Только попроси.

***

Ему пришлось прижать Билла к себе, чтобы тот ненароком не свалился на пол. Он тяжело вздохнул и медленно начал ходить по логову. — Билли такой грустный. Мой мальчик совсем не хочет со мной дружить. Почему ты молчишь, Билли? Он развернулся вокруг себя и голова Денбро безвольно откинулась назад. — Я понимаю, мой хороший. Я все понимаю. Он притиснул парня еще ближе к себе в пародии на объятие и вдохнул его запах. Радужка его глаз налилась золотом. — Если бы ты был осторожнее, возможно не сломал бы себе шею. Так печально, мой милый Билли. Но я тоже не могу играть с тобой вечно. Пеннивайз потерся о него щекой, прикоснулся губами к неестественному изгибу шеи, оставляя едва заметный след грима. В попытках запечатлеть его красоту в своей памяти. — Я могу помочь тебе. Ты сможешь парить, как и все они. Будешь счастливым, свободным. Неужели ты не хочешь? Не расстраивай меня. Я так не люблю этого. Развернувшись на одних каблуках, Пеннивайз остановился и взглянул на укус, который сам же и оставил на теле Билла. — Твоя мертвая красота меня восхищает. Пообещай, что ты будешь со мной. Всегда со мной. Мой милый, мой хороший, мой самый замечательный Билли. Почему же ты молчишь? Пеннивайз заглянул в его глаза. Они были неживыми, стеклянными. Клоун улыбнулся. Приподнял его тело и наделил силой, что позволила ему воспарить. И Пеннивайз любовался им все время, как Билл медленно поднимался к верху горы, вокруг которой так же безмолвно парили другие дети. Но Билли не как они. Он совершенно особенный. Самый желанный трофей.