Бесконтрольно

Эмма ошарашенно замирает на последней ступеньке лестницы. Она отказывается верить своим глазам. Но видит широкую улыбку и понимает, что земля под ее ногами расходится, вот-вот норовя поглотить ее. — Серьезно? — приподнимает она брови. — Что даже не обнимешь меня? — раздается насмешливый голос женщины. — И, может быть, извинишься за свое внезапное исчезновение? — Это твоя мама? — устремляя растерянный взгляд на Реджину, спрашивает Свон. — Да ради всего святого, я не для того восемь часов ехала сюда, чтобы лицезреть твое удивленное лицо! — вскрикивает мать Королевы. — Иди уже и обними меня! — требовательным голосом произносит она. — Поверить не могу, — нервно вздрагивает Эмма. — Ух, и напугала же ты меня. Ведьма. — Думаешь, я не была удивлена, когда Малефисента позвонила мне? — смеется хрипло женщина. — Я ушам собственным не поверила, даже записалась на прием к отоларингологу. Годы — то не те, сама понимаешь. — Господи, когда ты сватала мне свою дочь, то почему не сказала, что их у тебя две? — засмеялась Свон, отпуская ладонь Реджины. Она порывисто обняла маму Миллс, не обращая никакого внимания на удивленные взгляды присутствующих. — Старая чертовка! — Осторожнее со словами, дорогуша, — сквозь смех, ответила женщина. — Я еще дам тебе прикурить. — Без сомнений, — прошептала Эмма, чуть крепче сжимая в своих объятиях Кору. — Если ты так сильно хотела со мной породниться, то тебе стоило сосватать мне Реджину, а не присылать ко мне целый конвой во главе с Зеленой. — У судьбы коварное чувство юмора, — хихикает женщина. — Но я так рада, что именно тебя она свела с моей младшей дочерью. — Какого черта здесь вообще происходит? — раздался изумленный возглас Урсулы, которая пришла в себя самой первой. Остальные же продолжали стоять с открытыми ртами и растерянными лицами. — В любом случае, ты же понимаешь, что уже получила мое благословение? — спросила Кора блондинку. — Надо было сразу отправить тебя сюда, а не пытаться привести тебя в чувство экстравагантными методами. — У Пита чуть инфаркт не случился, когда ты предложила мне руку и сердце, — расхохоталась Свон. — Ей Богу, он даже в церковь пошел, молиться. — Ты делала ей предложение? — воскликнула Реджина, наконец-то отмерев. Она грузно опустилась на диван, пытаясь вникнуть в суть происходящего. — О, дорогая, я была в отчаянии, — сетует матушка, продолжая обнимать Эмму. — В конечном итоге, какая разница, что было до, если мы все смотрим в будущее? — Это я одна вижу или мы все под чем-то? — шепотом спрашивает Малефисента Круэллу. — Мал, я не употребляю наркотики, но вижу то, что и ты, — отвечает Де Виль. — Если уж Кора приняла Свон, то почему бы и нам не поступить также? — Ох, пресвятые бабулины пончики, — крестится Руби, — я так счастлива, что убийство миновало этот дом. — Я безусловно рада, что вы обнимаетесь, но может уже кто-то из вас двоих прольет свет на то, что сейчас происходит? — недоумевает Реджина. — Дорогая, ты помнишь, я рассказывала тебе про девушку, которую сватала Зелене… — Мама, ближе к делу, — перебивает ее Миллс. — Когда же Эмма отказалась жениться на ней, я сама сделала ей предложение, — прокашлявшись, пояснила миссис Херши.  — Меня больше интересует, как вы двое познакомились, — складывая руки на груди, отвечает Королева. — На приеме, — говорит Эмма. — Это еще было до знакомства с Лилит. В общем, Галлахер привел меня на вечеринку и пытался хоть с кем-то познакомить… — Она была такой букой, — прерывает ее Кора. — Нагрубила мне и ушла, но ты ведь знаешь меня… — Ага, ты буквально преследовала меня… — смеется Свон. — Я хотела поставить ее на место, но пригласила на ужин, — хохочет Херши. — То ли сказалась на мне атмосфера библиотеки… — Скорее мое обаяние, — усмехается девушка. — В общем, твоя мать оказалась очень настойчивой и через пару таких вечеров мы выяснили, что вполне способны поладить. — Не просто поладить, моя дорогая, но и подружиться, — со смехом возражает ей Кора. — Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы пробить твою броню и познакомиться с тобой настоящей. — Хорошо, что ты орудовала лишь словами, а не ножом, — фыркает насмешливо Свон. — Твоя мама, — обращается она к Реджине, — стала самой первой, кто пытался отговорить меня от брака с Лилит. — И, как всегда, оказалась права, дорогуша, — подхватывает Херши. — Никогда не могла понять, что ты увидела в этой Драконихе. У нее на лице было жирным шрифтом выведено, что она та еще сука. — Мама! — изумленно ахает Миллс, которая как никто другой знала, что Кора никогда не позволяет себе употреблять нецензурную лексику. — Что? — небрежно пожимает плечами женщина, как будто ничего ужасного не произошло. — Я всего лишь озвучила правду. — Милая, не хочу тебя расстраивать, но «сука» — это не самое оскорбительное, что произнесла твоя мама, когда узнала, что Пейдж подала на развод, — усмехается Эмма, присаживаясь рядом с Реджиной. — Она выражалась не хуже заправского сапожника, — смеется блондинка. — А от ее идей с вариантами якобы случайной смерти Лилит у Питера чуть не случился второй инфаркт. Хотя, в общем и целом, он впервые был солидарен с Корой. — И если бы не твои уговоры, то мы непременно… — встревает Херши. — Пощади наши уши и фантазии, — тут же останавливает ее Свон. — И, должна тебе признаться, я рада, что Реджине удалось отговорить меня от побега через окно. — Так ты собиралась сбежать? — удивленно замирает Кора. — Снова? От меня? — Но, как оказалось, от тебя невозможно скрыться, — невозмутимо продолжила девушка. — Я все еще пытаюсь принять тот факт, что ты здесь, и при том, что я ни сном, ни духом не знала о том, что у тебя две дочери. Почему ты не сказала? — Ну… — замялась вдруг нерешительно женщина. — Реджина никогда не навещала нас, и мы не всегда с ней ладили. — А если быть точнее, то после того, как я уехала из Нью-Йорка, мы просто свели наше общение до минимума, — жестко заявила Миллс. — Я взяла твою девичью фамилию, чтобы никто не мог распознать наше с тобой родство. — Ты — Херши, — голос Коры становится ледяным. — Но ты просто наплевала на все это и решила, что лучше носить фамилию из моей прошлой жизни, нежели уважать наши ценности и свое наследие. — О, буря грядет, — хмурится Малефисента, которой вот совсем никак не улыбалось становиться свидетельницей битвы титанов. Она прекрасно знала, что упрямство Реджины, равно как и Коры, не знало пределов. И это означало лишь одно, что они в скором времени снова начнут обмениваться короткими письма, со вложенными фотографиями Генри. — Думаю, что вам пора сбавить обороты, — тихо говорит Эмма, она просто ненавидела выяснение отношений и прочие скандалы. — У каждого свои мысли и причины, чтобы идти поперек желаний другого человека. Да и не хочется заканчивать столь неожиданную встречу на самой отвратительной ноте. Мир, дамы? И Реджина, секунду спустя, утвердительно качает головой, выжидающе глядя на мать. Кора делает глубокий вдох и также соглашается, заставляя всех остальных присутствующих облегченно выдохнуть и улыбнуться. — Как долго ты собираешься ухаживать за моей дочерью, прежде чем сделать ей предложение? — интересуется Херши, когда они все усаживаются обратно на свои места и продолжают завтракать. — Что? — Свон подавилась омлетом. — Дорогая, я уже не так молода, как год назад, — спокойно говорит Кора. — Поэтому все еще лелею надежду понянчить своих внуков и погулять на свадьбе. Мал и Круэлла сдавленно хихикают, к ним с небольшим запозданием присоединяются Руби и Эндрю. Урсула поглощает завтрак, не обращая никакого внимания на других. — Тебе не кажется, что это предложение тебе стоит озвучить своей старшей дочери? — вскидывает вопросительно брови Эмма. — Ей уже тридцать восемь, а она просто помешана на своем бизнесе. — К слову, о ней, — усмехается широко женщина. — Зелена приедет в Сторибрук через… — делая короткую паузу, она бросает взгляд на часы, словно подсчитывая время. — Через пятнадцать минут. — Ты, верно, шутишь? — вздрагивает Реджина, крепко сжимая в своих руках столовые приборы. Она бросает нервный взгляд на Эмму, словно пытаясь удостовериться, что та раскусила прикол матери. — Отнюдь, — допивая кофе, отвечает спокойно Кора. — Она была так же взбудоражена новостью Малефисенты, как и я сама. Зелена вылетела первым же рейсом из Ванкувера в Бостон. Я не нашла в себе силы дождаться ее прилета и поехала сюда без нее. — Голд, беги, — обращается к Энди блондинка, всем своим видом выражая неописуемый ужас. — Эта женщина купит твою антикварную лавку и даже скворечники Бланшар. — Я так заинтригован, мисс Свон, — ухмыляется мужчина, расстёгивая пуговицы на своем пиджаке, — что, пожалуй, воздержусь от вашей манеры сбегать от всего того, что мне незнакомо, — поясняет он, придерживаясь официального обращения к девушке. На самом деле, он просто не хочет бросать ее в одиночку с амбразурами по фамилии Херши. Тем более, когда представлялась такая прекрасная возможность воочию увидеть старшую дочь Коры, чье имя вызвало панику на лице Эммы. — Я открою, — подрывается с места Малефисента, когда дверной звонок особняка издает протяжную трель. — Здравствуй, дорогая, — Зелена воздушно обменивается со Стратен приветственными поцелуями и спешит в гостиную, чтобы увидеть всех остальных. — Какой шикарный букет, — вскидывает она левую бровь, оценивающим взглядом пробегаясь по присутствующим. — Мама, — произносит рыжеволосая дьяволица. Кора поднимается и чинно целует свою старшую дочь. — Реджина, — кивком головы здоровается с сестрой женщина. — Эмма Свон, — теперь уже улыбка Зелены становится ослепительной и искренней. — Кто бы мог подумать, что тебе удастся очаровать мою неприступную младшую сестренку? — Все еще не можешь простить мне отказа? — коротко смеется блондинка, сжимая в своих объятиях прибывшую гостью. — Милая, мне никто никогда не отказывает, — отвечает немного обиженно Зелена, — но ты, как всегда, сумела стать исключением из правил. Мой мирок немного потрепало, но я все еще в строю. — Охренеть, — вырывается у Руби, прежде чем девушка успевает полностью прийти в себя. Она в полной мере оценила красоту старшей дочери Коры и теперь пребывала в неком экстазе от увиденного. — Спасибо, милочка, ты тоже ничего, — усмехается самодовольно Зелена. — Я сейчас закончу здороваться со всеми остальными, а после мы с тобой можем познакомиться поближе. — Господи, — закатывает глаза Эмма, — ты можешь хоть немного быть приличной и перестать совращать каждую симпатичную девушку на своем пути? — Дорогая, если бы ты не встречалась с Реджиной, то я бы решила, что ты опасаешься конкуренции, — звучно смеется рыжеволосая. — И потом, как мне еще выдержать целых две недели в этом гадюш… — она бросает короткий взгляд на Лукас и тут же исправляется, очаровательно улыбаясь, — В этом милом городке. Ты же не против будешь составить мне компанию? — игриво подмигивает Зелена девушке. — Две недели? — вскрикивает удивленно Миллс, обмениваясь вопросительными взглядами со Свон. — Не волнуйся, Реджина, когда моя Бабуля достанет с чердака свой арбалет, чье-то пребывание закончится куда стремительнее, чем начиналось, — скалится со знанием дела Руби, которой, ну вот вообще, не пришелся по душе развязный подкат Зелены. — Меня только что грубо отшили или у меня просто галлюцинации? — замирает ошарашенно женщина. — Боюсь, что вас, мисс Херши, настигла суровая реальность, — во весь голос хохочет Голд. Он долгое время находился в статусе молчаливого наблюдателя, наслаждаясь происходящим. Однако, после заявления Лукас, Эндрю просто не выдержал и засмеялся. — А это еще кто? — окидывая антиквара презрительным взглядом, спрашивает у Малефисенты Зелена. — Эндрю Голд к вашим услугам, — делая шутливый поклон, самостоятельно представляется мужчина. — И, должен вам сразу сказать, что не стоит недооценивать наших местных красавиц, а особенно — мисс Лукас, которая не только умеет угрожающе клацать зубами, но и очень болезненно кусать… — Можно подумать, что я какой-то маньяк-волчок, — ворчит недовольно Руби, перебивая его. — Маньяк-волчок? — вопросительно вскидывают брови присутствующие, кроме Свон и Лукас. — Ну, маньяк-волчок звучит не так странно, как маньяк-глазок, — заливается хохотом Эмма. — Ох, ладно, — говорит она, замечая, что все теперь смотрят на нее. — У Руби, как оказалось, есть привычка давать всем прозвища, исходя из того, в чем они были уличены. Ну, вот, например мне досталось маньяк-глазок за то, что я смотрела на Реджину… — Пялилась, дорогая, — автоматически поправляет ее Миллс. — Любовалась, — возражает блондинка. — А волчком она себя назвала, потому что Энди сказал, что она зубастая и кусачая. — Исходя из логики, — задумчиво прикладывает указательный палец к своим губам Херши-младшая, — я должна получить что-то наподобие маньяк-подкат? — она устремляет заинтересованный взгляд на Руби, которая хмуро кивает ей головой. — А Реджина маньяк-недокат, — звонко хохочет Зелена над своей собственной шуткой. — Сама ты недокат, — огрызается раздраженно Миллс, которой шутка сестры пришлась не по нраву. — Особенно после того, как тебя прилюдно отшили, — теперь она язвительно улыбается Зелене, словно говоря: «На-ка, выкуси!». — Ладно-ладно, — поспешно встревает Эмма. — Закончим эту дискуссию и вернемся к тому, что вы собрались тут делать целых две недели и зачем? — Как что, дорогая? — фальшиво изумляется рыжеволосая женщина. — Готовиться к свадьбе. Неужто ты думала, что, совратив Херши, ты отделаешься скоротечным романом, а потом концы в воду и поминай, как звали? — затыкает она Свон, что пытается что-то возразить. — Какая еще, к черту, свадьба? — вспыхивает Реджина, вставая с дивана. — А нашим мнением вы поинтересоваться не хотите? — А что им интересоваться? — небрежно передергивает плечами старшая сестра. — Ты любишь ее, а она — тебя. По-моему, тут и так все ясно. — Мама, — вперивается яростным взглядом в Кору брюнетка. — Совет вам да любовь, — невозмутимо отвечает женщина, подливая себе в чашку остывший кофе. — Кто-нибудь желает еще кофе? — Эмма, — буквально рычит Миллс. — Да, милая? — подрывается тут же Свон, она выглядит бледной и растерянной. — Теперь-то я могу пойти к Дэвиду и получить оружие? — Да, — рявкает Королева, — мы идем вместе, — она практически силком утаскивает девушку в сторону выхода из дома. — Заодно заглянем к доктору Хопперу, кажется, нам понадобится психиатр. — Упс, видимо я слишком поторопилась, заявив, что Сторибрук миновало убийство, — сдавленно хихикает Руби. — Еще кофе, миссис Херши? — невинно хлопая ресницами, интересуется она у Коры. — Эмма, подожди, — кричит им вслед Зелена, — мы же просто пошутили. Мама, это была плохая идея! — Успокойся, дорогая, — невозмутимости женщины можно только позавидовать. — Когда пройдет первый шок, то… Собирай чемоданы, — вскакивает опрометью с дивана Кора, — мы возвращаемся в Нью-Йорк! — Что за нах? — орет истошно Урсула, у которой уже в течение пяти минут нервно дергается правое веко. От ее вопля вздрагивают все и начинают суетиться, никому не видится чудной перспективой быть пристреленными двумя разъяренными женщинами. — Меня ждет Белль, она вот-вот родит, — пищит визгливо Эндрю, почему-то засовывая фарфоровую чашку из-под кофе себе в карман. — Голд, ей еще семь месяцев вынашивать ребенка, — едва удерживается от мата Руби. — И поставь чашку обратно на поднос! — Я скоро стану отцом, какая, к черту, чашка? — орет на нее в ответ антиквар. — Ах, да подавитесь вы своей гребанной посудой! — он в спешке швыряет ее на ковер, лежащий перед диваном, прямо перед ногами Лукас. — Я еще так молод, чтобы умирать от руки помощника шерифа… — Я к Бабуле, у нее есть арбалет, — подхватывая упавшую чашку, говорит официантка. — Я с тобой, — Зелена уже стоит у выхода, крепко сжимая пальцами ручку своего зеленого чемодана на колесиках. — Что? — спрашивает она, ловя на себя недоуменный взгляд матери. — Если мне предстоит умереть, то, по крайней мере, сделаю это рядом с прекрасной незнакомкой. — Нам тоже пора сваливать или подождем, пока весь этот перепихон найдет свою кульминацию? — спокойно спрашивает Малефисента Круэллу. — Ты, наверное, хотела сказать переполох? — уточняет не менее спокойно Де Виль. — Ага, — кивает с равнодушным лицом Стратен. — По шкале от одного до десяти, какова вероятность того, что мы не попадем под отстрел? — Обстрел, — тут же поправляет ее Кру. — Откуда тебе знать, что Реджина не станет по нам палить? — интересуется Мал, аккуратно подливая себе кофе в чашку. — По мне точно не станет, это же не я позвонила ее матери, — с убийственным хладнокровием сообщает Де Виль. — Вот же сучка, — рука Стратен вздрагивает и черный напиток проливается прямо на персидский ковер Миллс. — Теперь она тебя точно прикончит, — хмыкает Круэлла. — Я пришлю за своими вещами посыльного, — бормочет себе под нос Малефисента, моментально напрягаясь. — Тебе машина не нужна, а мне очень даже пригодится, — вытаскивая из кармана пиджака Стервеллы ключи от роскошного автомобиля Panther De Ville, заявляет она. — Даже не вздумай, — угрожающе шипит в ее сторону Кру. — Это компенсация за мои убиенные нервные клетки, — хохочет злобно Стратен. — Да снимите вы уже себе наконец комнату, — визжит на них Урсула, которой надоело смотреть, как эта парочка все время препирается и обменивается неоднозначными взглядами. — Достали уже! Вот, ей Богу, со старших классов только и делаете, что поедаете друг друга глазами! — Кстати, — Голд замирает, держась за дверную ручку, — мэрия недавно достроила бомбоубежище. — Где? — хором спрашивают все, кроме Руби и Зелены, что уже успели смыться под шумок из особняка на Миффлин-Стрит. — Но там места хватит только для двоих, — усмехается ехидно Энди. — Что это за бомбоубежище, где место есть только для двух человек? — хмурится с досадой Кора. — О, это склеп мистера Флинна, — смеется антиквар. — Вас, миссис Херши, я могу укрыть в своем доме. — А нам что делать? — вскрикивает возмущенно Урсула. — Полагаю, что вам, мисс Данги, опасаться нечего, — ухмыляется Эндрю. — Вы спокойно можете переждать бурю в комнате Генри, а я пока укажу дорогу вашим дражайшим подругам до склепа. — Как будто я собираюсь прятаться, — фыркает презрительно Круэлла. — И бросишь меня одну в каком-то могильнике? — возмущается раздраженная Малефисента. — Можно подумать, что кладбища — не твой фетиш, — бормочет себе под нос Де Виль, послушно покидая особняк Миллс следом за ней. Гостьи надежно спрятаны, ну, надежнее всех скрыта Урсула, которая даже не подозревает, что Реджине не хватит смекалки, чтобы заглянуть в комнату собственного сына. Ну, скажите на милость, какая мать будет искать жертву в спальне своего ребенка? — Как думаешь, мы их сильно напугали? — с ярко выраженным любопытством спрашивает Миллс свою девушку. — Бьюсь об заклад, что даже Лилит наделала меньше кирпичей себе в штаны, когда Пит пригрозил ей публичным разбирательством, — хихикает Эмма. — Как насчет этого? — указывает она пальцем в угол витрины Джефферсона. — Идеально, — обнимает ее Миллс. — Но все же, кольцо для помолвки выбирают без невесты. — Тут исключение из правил, — напоминает ей Свон. — Две невесты. — Кого позовешь… — Пита, Кору, Зелену, Голда, — произносит блондинка, — Берта, а Джон будет нести подол моего платья. В общем, я думаю, что на нашей свадьбе будет гулять весь Сторибрук. — Можно подумать, что Флинн даст нам провести ее тихо и немноголюдно, — рассмеялась Реджина. — Но мы еще даже не назначили дату, — внезапно осеняет Миллс. — Вот же расстроится Альберт, когда мы подадим заявление, — насмешливо хмыкает Эмма. — Мы берем вот это и это, — показывает в сторону коробочек с кольцами она Шляпнику. — Превосходный выбор, мисс Свон, — подмечает Джефферсон. — Я сделаю вам скидку… — Вот видишь, — улыбается широко блондинка. — В Сторибруке нас любят. — Тебя, — вырывается у Миллс. — Нас, только нас, — заверяет ее Эмма, нежно целуя возлюбленную. — Больше никаких ты или я…. — Ладно, но я все равно думаю, что… — ворчит Реджина. — Кора сойдет с ума, когда узнает, что мы их обманули, — разражается заражающим смехом Свон. — Поэтому думаю, что заглянуть к Дэвиду нам все же стоит… О, Боже, я шучу, — усмехается она, подмечая встревоженный взгляд Королевы Сердец. — Я вообще с трудом понимаю, почему согласилась на твой план, — бормочет Миллс. — Потому что он сработал, — с радостной ухмылкой сообщает ей блондинка. — И, потому что я — очаровашка. — Как думаешь, когда нам стоит сообщить им о том, что все это была шутка? — хмурится женщина. — Не раньше, чем побегут по дорогам Сторибрука маленькие Стартен-Де Виль и Лукас-Херши, — смеется Эмма. — Отличный план, — соглашается с ней Реджина. — Надеюсь, что к тому времени Миллс-Свон тоже смогут уже ходить…