Hurricane

Холодно. Холодно и серо, мертво. Он не мог подобрать других слов, чтобы описать это место. Он бы хотел быть не здесь, хоть где-нибудь. Главное, что не здесь. Но как раз выбора-то у него и не было. Он не мог позволить тому единственному, кому доверял, кто сам рвался сюда ради него, потому что обещал, просто прийти сюда прямо в руки Таноса. Ведь он мог сделать что-то сам. Даже если придется умереть ради этого. Ты так далеко от дома, маленький волшебник. Он обернулся, заозиравшись по сторонам, но ничего не увидел. Рядом была лишь пустота и голос, что раздавался над самым ухом, нашептывая слова. Он задрожал, сжав пальцами мантию, надеясь, что она укроет его хоть чуточку дольше. Но понимал, что все было тщетно. Неужели ты пришел, чтобы опять встретиться с Судьбой, маленький волшебник? Готов снова умереть? Или ту думал, что, поработив мою Возлюбленную, ты избежишь этой участи? — Я не порабощал ее! Я не просил этой силы, я ничего не сделал! — он крикнул в холодную пустоту, надеясь, что его услышат. И нужно ли ему было вообще говорить, чтобы быть услышанным в этом жутком месте. НЕ ЛГИ МНЕ, жалкий мелкий вредитель! Ты посмел пленить того, кого даже понять не в состоянии со своими дешевыми фокусами и ограниченной магией. Я избавлю Смерть от тебя и преподнесу ей все мироздание в качестве дара. — Ей это не нужно! Она нам сказала, что ей не нужен такой дар! ДАЖЕ НЕ ДУМАЙ, ЧТО ЗНАЕШЬ, ЧЕГО ХОЧЕТ СМЕРТЬ, ничтожный человечишка! Ты не обманешь меня своими трюками. Считаешь, эта мантия сможет тебя спрятать? Уверен, что я поверю той лжи, которую ты рассказываешь о Смерти? На последних словах его подкинуло в воздух и кинуло о скалу. От сильного удара тут же поплыло зрение, а мантия сползла с плеч, упав на землю. Громадный, больше, чем себе можно было представить, и ужаснее всего, с чем ему доводилось встречаться, перед ним появился Танос. Вытянув вперед руку, Титан легко подхватил его, сжав пальцы поперек туловища. В этот самый момент он уже готов был попрощаться с жизнью. Он не смог. Он собирался умереть. Однако сейчас он думал не о смерти, а о том, что не сделал все возможное, чтобы спасти свою любовь, спасти дорогое сердцу. Из-под закрытых век по щеке скатилась одинокая слеза. Отпусти его. Мягкий голос был подобен легкому бризу в летний день. Лишь от одного его звучания улыбка сама просилась на губы. Ладонь на талии сжалась крепче. Отпусти мое дитя. Танос заколебался, помимо приказа услышав в голосе четкое предупреждение. Хватка чуть ослабла, и он смог вздохнуть. Сейчас же. Слово шепотом прозвучало в ушах, и вот уже Титана нет рядом. Танос ушел. Он закрыл глаза, рвано и тяжело дыша, надрываясь от страха и неопределенности. Но где-то в отдалении он мог слышать все тот же шепот и крики, и он был уверен, абсолютно уверен, что Танос попал в ловушку. Смерть поймала Титана — он больше не будет проблемой. Однако, возможно, Смерть будет. *** По правде говоря, будучи Сущностью, она редко что-то действительно чувствовала, поэтому ярость показалась ей такой незнакомой. Прямо до того момента, как она осознала, что именно это было. Как посмел он? Как посмел он трусливо спрятаться за ее ребенком, сочтя себя важнее Гарри и послав его вместо себя на противостояние с Таносом? Ну конечно, она поможет своему Повелителю, убедится, что этот глупый Титан больше никогда не побеспокоит ее дитя. Но как он мог не прийти и хотя бы попытаться? Позволил себе спрятаться за человеком? Идя сквозь серые холодные земли навстречу своему волшебнику, она уже строила планы, как бы избавиться от трикстера, чтобы не сделать Гарри только хуже. Она подошла ближе, смотря на темные волосы, что скрывали лицо, и опустилась перед ним на колени. Протянув руку и стащив остатки мантии, которую она дала ему уже так давно, Смерть грустно улыбнулась. Пойдем, дитя. Я заберу тебя домой. Он медленно поднял голову. Милая улыбка стала шире, превратившись в ухмылку, а потом и в довольную усмешку. Волосы волной зачесаны назад, а вместо простой одежды теперь золотом и зеленью сверкала броня. — Благодарю, моя Леди, — подмигнув, Локи исчез у нее прямо из-под носа. Ошеломленная, Смерть замерла на мгновение, а потом мягко рассмеялась. Все-таки он будет ее ребенку прекрасным партнером. *** 24 часа назад. — Слушай, ты тут так просто рассуждаешь об обмане Титана, будто это какая-то ерунда. Вот что я скажу — это не так, — заявил Тони. Гарри перевел взгляд с Локи на Гермиону, которая явно что-то обдумывала. — Ну, это не то чтобы невозможно… просто немного трудновато, — Грейнджер пожала плечами и посмотрела на Гарри. Кажется, она для себя уже все решила. — Это… круто, — замялся Рон, уткнувшись лбом в стол. — Последний раз, когда наш план был не невозможным, а всего лишь чуточку сложным, все кончилось диким полетом на хребте драконе. Просто хотел напомнить, пока вы двое окончательно не решили, что сможете справиться с задуманным. — О, вы только посмотрите, кто тут у нас повзрослел. Я так тобой горжусь, Рон, правда, — передразнил Гарри, и Рон сделал вид что собирается его ударить, но, вздохнув, лишь сел на стуле прямее. — Просто давайте убедимся, что, независимо от основного плана, у нас будет план Б, хорошо? — предложил Рон. — Мы уже слишком старые, чтобы бить наугад. — Почему вы рассуждаете так, будто собираетесь все делать в одиночку? — нахмурился Стив. — Мы можем помочь. — Не думаю, Капитан, — Тор говорил вполне серьезно. — Я сражался вместе с Локи много раз. Да, его уловки и обман не раз помогали нам в боях, но они не всегда были безопасными. Какой бы план мы ни разработали, мы не станем вмешивать в это смертных. — Но вам все равно понадобится помощь, — заметила Наташа. — Не в обиду вашим способностям будет сказано, но вряд ли три человека хоть как-то повлияют на исход битвы с Таносом. Я даже не уверена, что мы сможем хоть что-то сделать, а ведь наши тренировки и возможности намного превосходят таковые у Поттера и его друзей. — Локи… — начал было Тор. Трикстер, скосив на брата взгляд, покачал головой, будто уже знал, что тот собирался ему сказать. — Я знаю, Тор. И мне… — тяжело сглотнув, он сжал ладони в кулаки, — мне может понадобится его помощь. — Чья? — любопытству Тони никогда не будет предела. — Нам нужно идти к нему прямо сейчас, и неважно, что мы в итоге предпримем. Он сможет обезопасить Гарри. Он тебя сможет уберечь. — Кто? — не сдавался Тони. Однако его опять проигнорировали. — Меня не нужно держать в безопасности! — Локи зашипел на брата и отвернулся. Через секунду он почувствовал на плече успокаивающее касание Гарри. Глубоко вздохнув, он продолжил: — Мне нужно, чтобы он спрятал Ветра. — Я не собираюсь где-то отсиживаться, пока ты рискуешь собой, разыгрывая Титана! — крайне недовольно запротестовал Поттер. — Да к кому, черт побери, вы собрались за помощью? — Тони уже кричал. — К Всеотцу. Он сможет спрятать Гарри. — Я уже сказал тебе, что не собираюсь прятаться, пока вы сражаетесь. Ты не сможешь просто так взять и обмануть Титана, Локи. Только посмотри, к чему это привело в прошлый раз! — А я и не собирался обманывать Титана. Именно поэтому мне нужна помощь Одина. Нужно, чтобы он укрыл тебя от всех и обезопасил. — Так кого тогда ты собрался обмануть? — спросил за всех Рон. — Смерть. Оу. Что же, а ведь это может сработать. *** Когда он в последний раз был в тронном зале, трон, вообще-то, принадлежал ему. Как ни странно, Асгард ему был больше не нужен. Ему не нужно было целое царство, чтобы знать, что его ценят, или что у него была цель. У него был его Ветр, его Гарри. Магия, запятнанная смертью, взгляд зеленых глаз, в которых напополам плескались любовь и печаль. Он знал, что ему больше никогда не понадобится никто и ничто до тех пор, пока Гарри будет рядом с ним и в безопасности. Но чтобы все было именно так, ему потребуется помощь Всеотца. Иногда приходится глотать горькие лекарства. Он сделает это — ради Гарри и их будущего. Он сможет, потому что знает, что останется с ним до конца их существования, которое будет очень долгим, учитывая, кем именно является Гарри. Тор шел с ним рядом. Не спешил вперед и не выталкивал перед собой, а именно рядом, будто они были равные. Возможно, именно сейчас так и было. Когда Тор наконец-то выучил свой урок, смог увидеть своего брата таким, какой он был на самом деле, не завидовал ему, они стали действительно равны друг другу. Хотя бы в глазах Тора. Что же до Одина… Тут он даже надеяться не смел. Всеотец восседал на своем царском троне и сверлил вошедших твердым непреклонным взглядом. Локи вдруг подумалось, что самым сложным в плане будет не обмануть Таноса и Смерть, а убедить того, кто его вырастил, что он не собирался всех поубивать ему назло. Он закрыл глаза, чувствуя, что просто не может находиться в одном комнате с тем, кто лгал ему всю его жизнь, порушил все планы, никогда не видел его истинного лица, того, кем он мог бы быть. Почувствовав на руке мимолетное прикосновение, Локи взял свои чувства под контроль. Он был здесь по делу, которое значило куда больше, чем личная неприязнь к Одину. — Тор. Вижу, что тебе без труда удалось привести Локи, — Один, встав с трона, обратился к Тору, смотря лишь на него одного. Впервые за свою очень долгую жизнь Локи увидел то, о чем и подумать не мог. Тор злился из-за него. — Нет, отец. Локи вернулся домой по собственной воле. Один, явно не ожидавший подобного, наконец-то повернулся к Локи, которого когда-то назвал своим сыном. — Это правда, Локи? Ты вернулся домой? Он вдруг не захотел отвечать. Он хочет повернуться спиной к этому лживому обманщику и уйти. Уйти, оставив все позади, и спрятаться так надолго, как потребуется. Но он не мог. И не из-за себя. Из-за Гарри. Они не смогут жить, находясь под постоянной угрозой Таноса. К тому же он даже не сомневался, что в таком случае их обязательно найдет Смерть и потребует вернуть ей Ветра, потому что Локи не доказал, что достоин его. Он не мог этого допустить. — Я не вернулся домой, — контролируя себя, спокойно ответил Локи. — Я нашел дом. И мне нужна твоя помощь, что его защитить. Лицо Одина одеревенело. Спустившись по ступеням, что вели от трона вниз, он остановился прямо напротив своих сыновей. — Ты пришел просить о помощи после всего, что сделал? После того, как чуть не развязал войну с Мидгардом, лгал брату, чтобы забрать у него трон? После всей той боли и страданий, что ты сотворил в Асгарде? — Локи никогда не хотел забрать у меня трон, — Тор сверкнул взглядом, посмотрев на отца. — Ему бы не пришлось, не будь я дураком и избалованным ребенком, когда ты передавал Асгард под мое командование. Он видел меня, когда ты не смотрел. Он знал, насколько я был не подготовлен, и остановил все, — он долго не отводил взгляд, собираясь с силами продолжить. — Ты говоришь об охватившем его безумии и хаосе, что он сотворил здесь и в Мидгарде. Если бы ты не лгал ему, отец, то ничего бы из этого не произошло. Ты утаил истину его происхождения и правду, почему на самом деле вырастил его именно ты. Всю нашу жизнь ты твердил, что один из нас станет царем, а потом вмиг отобрал у Локи такую надежду, отдав власть и силу тому, кто не знал, насколько ценен мир. Я не буду отрицать, что он делал ошибки, и он не станет этого делать. Но и ты, Всеотец, не безупречен. Я не хочу и не буду просто стоять и смотреть, как ты обвиняешь Локи во всех бедах. Это неправда. Прежде чем Один успел ответить — а Локи был уверен, что тому было, что сказать, если судить по покрасневшему лицу, — сзади раздался тихий голос, вернувший Локи надежду. — Мы поможем тебе, сын мой. Он не хотел этого. Не хотел вновь почувствовать это тепло и чувство успокоения, потому что эта женщина тоже лгала ему, помогая Одину обманывать его всю его жизнь. Но это было сильнее его. Фригга олицетворяла собой все, чего не было в Одине. Всеотец всегда был скор на похвалу за воинских заслуги Тора, а Фригга поощряла Локи следовать собственному пути. Именно она учила его сражаться — быстро и грациозно, как умела сама. Она убедила его не бояться собственной магии, призывала изучать новое и всегда тренировать способности, чтобы быть лучшим. Она всегда была ему матерью настолько, насколько же Один не был ему отцом. — Мама, — поприветствовал Локи, не удержавшись от легкой улыбки. Фригге не было никакого дела до зло уставившегося на них Одина, и на Тора, который, вообще-то, тоже вернулся домой, ведь первым в свои крепкие объятия она заключила именно Локи. Запах лилий мгновенно окутал все вокруг, успокаивая и расслабляя. Все будет хорошо. — Вижу, твоему брату удалось тебя образумить, — мягко улыбнувшись, прошептала она ему на ухо, прежде чем разорвать объятия. Локи покачал головой, отступив, когда Фригга обняла Тора. — Нет, не ему, — ответил он, зная, как ей будет приятно от того, что он признавал Тора братом. — И кому же тогда? — Ребенку Смерти, — лукаво улыбнувшись, Локи стянул мантию-невидимку с Гарри, который взглянул на стоящих перед ним богов. — Вот ведь королева драмы. Пока Один и Фригга в ступоре смотрели на Поттера, Локи размышлял над тем, что, видимо, у их плана действительно появился шанс. Возможно, даже будет весело. *** — Я просто хочу убедиться, что все знают, насколько я не согласен с этим планом. Это полная глупость, и пойти должен был именно я. Вся идея состоит в том, что Смерть спасает меня, так почему я не мог пойти? — Мы уже столько раз это обсуждали, Гарри. Если бы пошел ты, то она не признала бы Локи достойным тебя, — терпеливо объяснил Тор, стоя рядом с Поттером на балконе, с которого открывался великолепный вид на Асгард. — Ведь это всего лишь первый тест. Только представь, что будет, если он провалится? Гарри замолчал на какое-то время, а Тор едва сдержался, чтобы не рассмеяться — уж больно человек забавно выглядел в своем гневе. — Я все равно считаю, что это глупый план. А если Танос распознает подмену? Вдруг Смерть поймет, что это не я, а Локи, и позволит Титану его убить? Я не смогу вернуть его! Если она позволит ему умереть, то точно не даст мне вернуть его назад! — Они ничего не поймут. Магия Локи невероятно сильна, и ты лишь усилил ее, скрыв его. При нем есть Дары Смерти, так что она не распознает подмены. Она будет уверена, что это ты вплоть до того, как она позаботится о Таносе. Гарри посверлил Тора недоверчивым взглядом, а потом на его губах появилась такая знакомая ехидная улыбка, которую раньше Тор видел только у своего брата. Бог грома едва заметно поежился — с двумя Локи он не справится. — Тебе этот план тоже не нравится, — начал Гарри, все еще улыбаясь. — Ты бы лучше пошел на Таноса сам и сразился с ним до смерти, да? Твой молот и парочка мечей твоих друзей, которых ты бы обязательно позвал с собой. Тебя бесит, что все в итоге решится при помощи обмана и хитрости. Тор пожал плечами, не скрывая собственную улыбку. — Да, я не силен в хитрости. Я больше предпочитаю открытый бой, когда ты знаешь своих врагов и можешь победить их ударом меча или молота. Так ведь намного проще. — Я был таким же, — тихо сказал Гарри, отведя взгляд и посмотрев на далекие горы, что возвышались на востоке, — пока все не изменилось, пока Смерть не выбрала меня, полагаясь на какие-то свои причины. Мне нравилось смотреть своим врагам в лицо и знать, с кем я сражаюсь. — А сейчас? — спросил Тор, когда Гарри замолчал. — А сейчас я не уверен, что мы можем назвать всех наших врагов. Кто-то из твоих союзников может через мгновение стать твоим врагом. Посмотри на Фьюри или на Мстителей, — фыркнув, Поттер покачал головой. — Да взять хотя бы твоего брата! Ведь он был врагом Асгарда всего несколько часов назад, а теперь вы ему помогаете. Все меняется. Твой взгляд на вещи меняет их. Перед лицом вечности нельзя все делить на черное и белое. Тор молчал долгое время, прежде чем наконец-то сказать: — Знай, что ты никогда не будешь один. Я понимаю, почему ты не захотел взять сюда твоих друзей, и догадываюсь, что вы с Локи собрались сделать, когда все закончится. Знай — ты никогда не будешь один. Мы не бессмертны в том смысле, что не можем умереть. Пока мы внимательны и осторожны — мы не умрем. Локи всегда будет с тобой, как и я. Ты мой друг, Гарри Поттер. Возможно, единственный, кто понимает, что это такое — потерять Джейн. Единственный, кто понимает мою боль. — Мне очень жаль, что она сейчас не с тобой. — Мне тоже. На балконе повисла тишина. Они ждали возвращения Локи, ждали и надеялись, что сила Одина смогла скрыть Гарри от чувств Смерти хотя бы на несколько мгновений, которых хватило бы Локи притвориться им. Ведь Даров и их общей магии могло быть недостаточно. Локи пообещал Одину, что останется и примет суд, как только с Таносом будет покончено, и Тор поручился за него. Тор поручился за него, зная, что это была неправда. Гарри очень надеялся, что их братские отношения наладятся, хоть Локи и не верил в это. Поттер видел, как старался Тор. Он знал его всего два дня, но чувствовал с ним какую-то связь и не хотел ее игнорировать. И не мог. За эти несколько дней он понял для себя так много, сколько за всю жизнь в маггловском мире не узнал. А еще он просто устал бегать. Точнее, бегать в одиночестве. Вот оно. Быстро и безумно, но он собирался принять все до капли, потому что ему нравилась такая жизнь. В чем он был точно уверен, так это в том, что жизнь с Локи скучной не будет. Когда трикстер наконец-то появился прямо посреди балкона, Гарри сразу же взял его за руку, больше не желая ее отпускать. — Готово, — Локи довольно улыбнулся. — Отлично сработано, брат, — Тор склонил голову набок, тоже улыбнувшись. Поколебавшись, Локи кивнул, принимая комплимент. Локи и Гарри переглянулись, зная, что ничто больше могло их остановить или заставить подождать. Гарри всегда был довольно нетерпелив. — Отец идет, — сказал Тор, посмотрев в конец коридора. — Куда мы? — улыбнулся Гарри, посмотрев на трикстера. Локи ухмыльнулся. — Я знаю одно местечко. И они исчезли в мерцании магии. Все так, как и должно было быть.