История одного Хэллоуина

-Эм... Э-эм... Эмерсон! Утро начинается не с кофе, утро начинается с леща. Живительного пробудительного леща. -Блядина! Кто посмел?! Я открыла глаза, но яркий солнечный свет послал меня куда подальше. -Господи, Эм. Слава богу, ты очнулся. Кто-то крепко обнял меня. Кто-то полуголый. Женич? Да не, вряд ли у нее за ночь так голос сел. -А почему «Эм»? Я тебе, что, Мария? Или Максим какой-нибудь? Запоминай по слогам: А-нас-та… Черт... Я вспомнила -Блять… Через силу я открыла глаза. Да. Все верно. Это были не мои похмельные бредни. Меня обнимал тот самый охуенный паренек, Рем, который, на беду, оказался моим братом. Ну... Инцест - дело семейное, да? -Забудь все, что я только что сказал. Все нормально? Он усмехнулся. -Это ты мне скажи, ты тут в обмороки падаешь. Что с тобой? Я МУЖИК! -не знаю, может давление низкое… Или сахар упал в крови… Или встал резко… В смысле поднялся. Я. С кровати. Рем странно посмотрел на меня, но улыбнулся. -Странный ты у меня… -Что значит у меня? Про меня все забыли? Думаете, я не волновался за мою сладкую булочку? Ооо, узнаю этот голосок. -За свои булки переживай, педофил несчастный. Вот тока я встану, я тебе их надеру. Себа наигранно схватился за грудь. -Но за что? -За тупые подкаты! На мое удивление он ничего не ответил и, молча, вышел из комнаты. -Я сказал что-то не то… Рем утвердительно покачал головой. -Ну, блин, меня не особо прикалывает, что он ко мне под… -Даже не пытался,- перебил меня брат. -Ох, Эми, пора уже привыкнуть к его, порой чрезмерной, любвеобильности. Он же всегда такой… Он поднялся с кровати и начал вальяжно расхаживать по комнате, то и дело мацая что-нибудь. -… Милый, слегка манерный, не без периодических заходов в голове, но заботливый и любящий, кажется, всех. Меня ща на слезу проберёт. -Не обижай его, Эм. Господи, мать вашу, как это все по-семейному. Ладно, утираем сопли. Я же мужиик… Ладно, я молодой 22-летний парниша, но сути это не меняет. Я поднялась с кровати, снова чувствуя под собой твердую землю, а точнее ламинат. Он больше не похож на манящую дорогу – не кружит голову, как в детстве карусель, и я могу твердо стоять на ногах. Даже, как оказалось, идти. Я подошла к окну, лицом к которому стоял мой прекрасный брат. Не удержавшись, я обняла его со спины. -Прости, Рем. Я не знаю, что на меня нашло. Я… Немного не в себе. «Какая ирония», - подумала я. -Просто понимаешь… Нет, я же не расскажу ему просто так все сразу? Нет, я не могу! Он заинтересованно хмыкнул. -Ничего. Просто я очень голоден. Ты, кажется, что-то готовил? Я буквально почувствовала, как он начал улыбаться. -Даа, тыквенные оладьи,- гордо произнес он и даже немного выпрямился. -Тогда пойдем завтракать. Я позову Себастьяна.

***

Когда я пришла в комнату к этому высокому полосатому засранцу, он кинул в меня подушкой, обозвав меня говнюком, а потом закидал меня горой шмоток, крича, что ему нечего надеть. Мой совет «Так не надевай ничего» он воспринял слишком прямо, и я его вовремя остановила, попросив хотя бы нацепить какие-нибудь брюки или, на крайняк, остаться в трусах. Последнее он и выбрал. Итого: я самый одетый человек в доме. -Знаешь что, Рем?,- пробубнил Себа. Тот вопросительно кивнул. Первый выпрямился, дожёвывая, театрально, будто перед началом долгой пламенной речи, откашлялся. -Ремингтон Кропп… -Ого, как официально. -Заткнись и не перебивай. Итак. Ремингтон Кропп… -Вообще-то Лейт,- хихикая, сказал он. -Вообще-то Кропп, а Лейт – псевдоним, заткнёшься ты блять или нет?! -Ладно, ладно, молчу. Только не бей,- звонко засмеялся Рем. Боже, как он смеётся… -Ремингтон Лейт Кропп, смею заявить вам, что вы… Он вытер салфеткой уголки своих тонких губ. -… хуёвая кухарка, так как насыпали просто хуеву гору соли и для какого-то хера сыпанули в тыквенные оладьи, я повторю, молодой человек, В ТЫКВЕННЫЕ оладьи, примерно столько же, прости Господи, корицы. Я взглянула на Ремингтона, ожидая увидеть его грустненькое личико, но он лишь смотрел на свое творение с высоко поднятой бровью. Честно говоря, Себа прав. Не то чтобы я разъебать какой шикарный кулинар, но это реально хуйня. Плюс ко всему – я не особо люблю тыкву. -А я думал, мне одному не нравится. Эх, ладно. Нет, так нет. Он стал собирать довольно симпатичные на вид, но ужасные на вкус, оладушки, собираясь отправить все это на постоянное место жительства. На помойку. -Ну, кто вызовется готовить завтрак, ибо меня сегодня к плите не подпустит как минимум один человек в этой комнате. Рем посмотрел на Себастьяна, тот лишь хитро улыбался. Ну, пора проявлять свои хоть какие-то способности. -Так, есть в этом доме мука, сухие дрожжи, приправа для супца и пара яиц и сосисок?,- хлопнув в ладоши и начиная потирать руки, провозгласила я. На меня удивленно таращились две пары глаз, по очереди моргая. Бля… Сказанула, конечно, красноречиво, ничё не скажешь. -Ну… Отдельных от вас… Кухню заполнил заливистый смех братьев. -Окей, с яйцами-сосисками это ладно. Но с каких пор ты умеешь готовить? -Так, вот не надо меня тут унижать, кулинар великий,- я ткнула Рема в бок, засмеявшись. -Даже без корицы? -Ну, Себастьян! Я рассмеялась еще сильнее. -Да, Себочка, даже без корицы.