Пробуждение

У привыкшего жить сначала в тесной комнатушке, а потом в маленькой квартирке Гарри перехватило дыхание. — Откуда у тебя столько денег на такое великолепие? — Я копил. Подросток ошарашено вертел головой, не зная на что обратить внимание в первую очередь. Они оказались на песчаном морском берегу. Веранда виллы стояла прямо у кромки воды, стеклянные стены этой стороны жилища словно стирали границы, давая ощущение органичности и связи с природой. В остальной части дома были огромные окна, позволяющие проникать свету в любое время суток. В оформлении интерьера преобладали кремовые и молочный цвета, простая деревянная мебель и воздушные занавески, разделяющие дом на жилые пространства. Все это давало ощущение легкости и свободы. — Задняя дверь здесь выходит в сад, пойдем, прогуляемся, чемоданы закинем по дороге — потянул мальчика за руку Северус. Гарри утонул в терпком аромате цветов. Растительный мир поражал своим великолепием: кругом росли розы, орхидеи, пионы — и это только те цветы, которые узнал мальчик. Остальные были ему незнакомы. — Встань на четвереньки, — мужчина в один взмах палочки избавил партнера от одежды и застегнул на шее мягкий ошейник с поводком. — Это еще зачем? — Ты должен доверять мне. Северус призвал из пакета с ранее совершенными покупками анальный крюк. Конец, оканчивающийся шаром, он заставил облизывать мальчика: Увлажняй, как следует, иначе будешь сам виноват, что тебе больно. Гарри старательно погрузил его в рот. Решив, что достаточно, Северус пристегнул игрушку к ошейнику, направив мокрую от слюны сторону в нежную дырочку. — А теперь пойдем, — Гарри застонал, при каждом шаге шар растягивал его анус и двигался туда-сюда, массируя простату. С болезненно твердого члена подростка, капала предсеменная жидкость, но мужчина не разрешал себя касаться, заставляя прогуливаться по садовым дорожкам. Мужчина наслаждался видом, как нежные стеночки раздвигаются, поддаваясь напору металла, и снова пытаются сомкнуться, ему доставляло удовольствие, как Гарри непроизвольно виляет попкой, пытается сжать ягодицы или уменьшить шаг, но в то же время, ему хочется насадиться на игрушку как можно глубже. Вдруг перед ними возник патронус в виде змеи: Северус, позволь перенестись к тебе. Это очень важно! Потом можешь стереть мне память. Пара мгновений на раздумья: Гарри, наклонись и расставь широко ноги, я должен видеть шарик в тебе. Не бойся, тебя буду видеть только я. Не произноси ни звука, что бы ни происходило, если справишься, тебе будет награда. Мальчик кивнул и едва успел принять приказанную позу, как в саду возник холеный блондин. Впрочем, сейчас он был слишком напуган и бледен. Его пальцы судорожно сжимали маленькую статуэтку змейки. — Что произошло Люциус? На тебе лица нет. — Драко. Этот монстр покусился на моего сына. Он хочет сделать его своим наложником. Хочет, чтобы мой мальчик выполнял его прихоти и прихоти внутреннего круга. Малфой никогда не будет подстилкой! — Блондина трясло от едва сдерживаемой ярости, — это портключ в Малфой мэнор. Не за себя прошу, за сына, прикончи нашего повелителя! — Бывший некогда сиятельный лорд, а теперь просто любящий отец, на все готовый ради собственного чада, бухнулся перед Северусом на колени. — Встань, Люциус, я сделаю все, что в моих силах. Будь рядом с Драко, ты ему нужен, — мужчина забрал статуэтку, наложил на друга «Обливиэйт» и отправил его домой. — А теперь пойдем мыться, — избавив растерянного и испуганного, но все еще возбужденного подростка от сексуальных аксессуаров, Северус отнес его в ванную.