Досадные мелочи

Ванитас пьян и чертовски влюблен. Или чертовки пьян и влюблен — тут сложно понять, особенно когда в тебе уже бутылка вина и ни одной закуски. Вино было свое и самое дешевое, потому Ванитас смутно помнит, навскидку, первые часа полтора от корпоратива, а вот дальше — туман и поток собственных мыслей. Сначала были долгие уговоры пойти, потом пробежка до ближайшего магазина за вином, а теперь вот это. Ванитас всего пару месяцев на этой работе, и не хотелось бы показать себя с не лучшей стороны, будучи пьяным. После пары бокалов он начинает творить странные вещи. Но сейчас он отвратительно пьян и чертовски влюблен. Весь его мир сузился до одного лица напротив. Он видит его впервые в жизни, но готов смотреть вечность, может две, а может и три. Ванитас упустил из виду момент, когда парень напротив из простого случайного собеседника и собутыльника превратился в любовь всей жизни. Было это прямо сейчас или нет? После третьего бокала или после пятого? Ванитас напрягает все остатки своей трезвости, но не может вспомнить. Он хмурится, гипнотизирует бокал и совсем не слышит, что ему говорят. Где-то на фоне Амелия кричит, что самолично оторвет руки тому ублюдку, что вылил вино на её белое платье. Это был Ванитас еще в начале вечера. Ванитас хмурится и опрокидывает остатки вина в бокале залпом. Прямо сейчас ему бы выпить так бокала три, потому что он точно пожалеет о происходящем утром, но… — Мы должны пожениться. Парень напротив мгновенно меняется в лице, и Ванитас может видеть, как сначала он считает все тупой шуткой, потом понимает, что это правда, и делает выводы. — Нет. Ванитас шумно сглатывает. Оттягивает воротник, который натирает. Нужно по-новой. — Я говорю, что делаю тебе предложение. Мы обязаны пожениться, мы идеально друг другу подходим, я люблю тебя. — Все еще нет, — парень напротив допивает из своего бокала и наливает еще. Ванитас всматривается в его лицо, пытаясь понять, что не так. — Но почему нет?! Ванитас никогда еще не чувствовал себя настолько влюбленным и счастливым. С этим человеком ему легко и пусть они знакомы всего пару часов, Ванитас уверен — это чувство не закончится и через много лет. Нужно только быть вместе и все, неужели так сложно? — Мы даже имени друг друга не знаем. А еще мы оба — мужчины. Пьяные. Хоть ты и пьян намного сильнее. Ванитас умом понимает, что это правильно. Эти аргументы верны. Они толком не знакомы, они не виделись до этого, и, чёрт возьми, он действительно не помнит имени парня рядом, но… Он точно почувствовал, как сердце забилось в горле, когда они оказались рядом. И как вспотели ладони, когда чужая рука оказалась на его колене, а бокал еще даже не был допит. Ванитас не уверен, что этот парень не хотел просто легкого флирта и ненавязчивого общения на вечер, но его парфюм был слишком хорош, а Ванитас к тому моменту уже достаточно пьян, чтобы уткнуться носом в чужую шею, когда они вместе стояли в коридоре. — Это все условности, — Ванитас отмахивается от всех сомнений, — кому это и когда мешало? — М, не знаю, — парень вертит ножку бокала и смешливо улыбается, — всем? Ванитасу хочется пропустить сквозь пальцы эти белые пряди волос, чуть колышущиеся при каждом движении головой. — Но я хорош собой! У меня приличная работа, хорошая зарплата и я очень обходительный. Я люблю животных! — И это много меняет? — парень усмехается, и Ванитас чувствует, что влюбляется еще сильнее в этот взгляд поверх бокала. — Но я… — у Ванитаса кончаются аргументы, — я красивый. Я хороший. Я люблю тебя. — Поговорим утром, — парень встает из-за стола, поставив пустой бокал. Ванитас провожает его взглядом, точно уверенный, что утром найдет его и скажет все еще раз, потому что… потому что это оно. Он сожмет чужую ладонь, поцелует скулу и будет счастлив и влюблен. А этот парень точно ответит взаимностью. Утро начинается отвратно и Ванитас материт себя прошлого, называя последней мразью и человеком, который вечно портит ему жизнь. Во рту ужасно сухо, голова раскалывается и уже есть сомнения, стоило ли вообще вчера пить. Ванитас буквально скидывает себя с постели и плетется в душ. У него минут двадцать на все сборы, потому что он еще и проспал, а на работу лучше не опаздывать. Голову помоет потом. Галстук можно повязать в метро, а позавтракать по пути, схватив кофе в местной кофейне. Там никогда нет очередей и готовят быстро. Ванитас быстро вбегает в офис, со стаканчиком кофе в руке. У него минуты две, чтобы подняться на лифте и успеть занять свое место до того, как придет начальник. Работать на де Сада стоило дорогого, Ванитас действительно приложил много усилий, чтобы получить эту должность секретаря, и не намерен терять ее из-за пьянок. Он влетает в приемную буквально за минуту до начала рабочего дня, быстро поправляет на себе одежду, и садится за стол. Вот он, красивый и умный секретарь, никогда не опаздывает, держит рабочий стол в полном порядке и мило улыбается, говоря: «подождите несколько минут, де Сад примет вас как только освободится». За дверью слышатся голоса и Ванитас готовится приветливо улыбаться вошедшим. — …и тогда он сделал мне предложение, — этот голос кажется смутно знакомым. Ванитас словно что-то забыл, что-то важное. Он явно вчера натворил дел. — Но я сказал ему «нет». — Это потому что он парень? — это точно начальник и он смеется. — Нет, потому что мы друг друга не знаем. Двое входят в кабинет и Ванитас сожалеет, что не забыл даже свое имя. Нужно было вчера отказаться и не идти пить со всеми, потому что прямо сейчас… — Это мой сын, — де Сад кивает Ванитасу и проходит в свой кабинет. Ванитас определенно узнает этого человека. — Ной де Сад, — парень улыбается ему, когда проходит мимо. Ванитас стонет, как только за этими двумя закрывается дверь кабинета. Только не это. Только не, блять, это. Это даже хуже, чем работать с бывшим. Тут не то что бывший, а сын начальника, которому он вчера делал предложение, будучи ужасно пьяным и влюбленным. В дверь приемной стучится Амелия, стоя на пороге. Ванитас выдыхает. Он слишком много трудился для этой работы, чтобы подобные вещи могли ему помешать. Хотя Амелии он все выскажет.