Я не педофил!

Чон сидит в классе, облокотившись на спинку стула и закинув ноги на парту, смотря что-то в телефоне. В кабинет заходит Юнги и сразу направляется к Чонгуку, садиться напротив и просто смотрит, ждёт, пока тот его заметит. — О, хён, привет, — брюнет улыбается, вытаскивая один наушник из правого уха, снова переведя взгляд в телефон. — Ты всё ещё пытаешься затащить в постель Тэхёна? — он смотрит, слегка улыбается, а сам думает о том, что младший не добьется этого омегу. В ответ старший получает только кивок, давая немой ответ «да». — Может ты всё-таки бросишь его и найдешь нового? Того, который сам по тебе слюни пускает. Это же гораздо лучше, чем он. Представь, секс, когда только тебе вздумается, — Чон не пропустил ни одного слова, его поразили слова хёна и то, почему он решил так отговорить его от идеи завоевать юношу. — Ты сам в него втюхался? — Гук улыбается и переводит взгляд на Мина, смотря прямо ему в глаза. — Ты ебанутый? Просто мне тебя жалко, ты зациклился на этой сопле, которая шарахается от тебя, обходит за километр, лишь бы не встретиться с тобой. К тому же, у меня есть Чимин, который, к слову, не плох в постели. Горячий малыш, — он улыбается, после того, как вспомнил Пака. Они не находятся в отношениях, но занимаются любовью. «Секс по дружбе» — если проще говоря. — Юнги-щи, — младший снова смотрит на старшего, который в свою очередь стал залипать в телефоне сам. — Я хочу именно его. Ты бы знал, как меня возбуждает вся эта невинность. Каждый раз, когда я начинаю трогать его, лапать хрупкое тело, мне нравится, как он вздрагивает, его тело покрывается мурашками, а сердце пропускает глухие удары. Он начинает жадно глотать ртом воздух, словно задыхается, — Чон убрал ноги с парты и сел, слегка раздвинув ноги, поддавшись вперёд к лицу Мина. Мятноволосый сидит с распахнутыми глазами от удивления. Он впервые слышит подобные слова от младшего и удивляется его реакции. Обычно он бросал тех, кто не обращает на него внимания, и начинает уделять внимания другим. Но в этот раз что-то поменялось. Если он влюбился, то Юнги бы спросил его на прямую, что он, в принципе, и сделал. — А-ха-х, нет, и не собирался. Я не создан для отношений и быть верным кому-то, я не собираюсь. Я испытываю только сексуальное влечение к омегам, — Чонгук заканчивает говорить, принимает снова то сидячее положение, в котором сидел до разговора с другом. — И всё же я в этом сомневаюсь, — Юнги встает и выходит из класса. — Блять, — Чон скидывает книги со стола, после поставив локти на колени, ладонями держась за голову и просто сидя в тишине. Он не понимал, что на самом деле испытывает к Тэхёну, но пока это было то, что он хочет его. До мозга костей хочет. Он не может переступить через себя, взяв его насильно, он понимает, что это неправильно. Тэ ещё довольно юный, а Чонгук уже достиг совершеннолетия. Он не знает, что ему делать. Он разделился на два лагеря: взять грубо и где ему вздумается, или же оставить его в покое и найти нового омегу.

***

День вышел паршивым, у Тэ, неожиданно для него началась течка, поэтому, не предупредив никого, он быстро ушел домой, сказав Чимину, чтобы тот, если что, сказал, что Ким заболел. Чонгуку просто было не по себе, после разговора с Юнги, поэтому он все оставшиеся уроки ходил раздраженным, злился и бесился на всех, кого можно было. Мин понял, что его разговор с младшим как-то повлиял на него, он задумчив и часто витал в своих мыслях. По приходу домой, Чон поднялся на второй этаж, где располагалась его комната, и сквозь слегка приоткрытые шторы, посмотрел в окно напротив, зная, что там находится комната Тэхёна. Он застыл на одном месте, разглядывая бледноватое и худощавое тело младшего, который переодевался, его волосы были слегка мокрыми, что означало, что парень вышел с душа. Парень сушил их полотенцем, после вытирая шею, ключицы, которые сильно выпирали, и на которых Чон хотел оставить ярко-бордовые засосы.