Я не педофил!

Прошло часа два, как Чонгук спал. В первые минут тридцать Тэхён писал и писал в личку своему другу, который всячески успокаивал паникующего тонсена. Он говорил о том, что вдруг он притворяется, вдруг он сейчас проснётся и изнасилует бедного омежку. Чимин же говорил, что всё будет нормально и если что, то он всего может ему написать, если будет не занят. Последние слова он написал с ноткой шутки и издёвки, друзья как никак, пошутить-то надо. Тэ сидел в своей комнате, когда услышал какое-то копошение внизу. Он понял, что альфа проснулся и что-то ищет, поэтому поспешил на первый этаж. Спустившись и зайдя на кухню, откуда шел звук, он увидел, что Чон заваривает себе чай. — Тебе уже лучше? — Ким стоит в дверном проеме, оперевшись на косяк, смотрит на то, как старший макает пакетик зелёного чая в кружку с кипятком. — Вполне, но всё-таки температура, скорее всего, ещё есть, — он садиться на стул, что стоял возле стола, и слегка отпивает горячий напиток. — Сейчас градусник принесу, смеришь. Если её нет, то пойдешь домой, — говорит он, развернувшись и собираясь уходить, как Чонгук его спрашивает: — А если есть, то я останусь у тебя? — по интонации голоса можно было догадаться, что он улыбается, даже ухмыляется. — Посмотрим, — с этими словами он покидает кухню. Вернувшись уже с градусником, он подходит к альфе и вручает его ему. Тот забирает прибор для измерения температуры и суёт его под подмышку. Проходит три минут, после чего Чонгук достает градусник, смотрит на него, и уголки его губ поползли вверх, после чего вручает его омеги. Тот смотрит где остановилась ртуть и тяжко выдыхает, видя «37.8». — Ладно, можешь остаться, но спишь ты на диване, — отвечает он, после чего слышит возмущенный голос альфы, который явно был недоволен, что спит на такой неудобной мебели. — Я буду спать с тобой, и ты мне ничего не сделаешь, — он пошёл с козырей, ведь Тэ был очень слаб физически, он бы его даже сильно не ударил. Омега смотрит на время, где было полдвенадцатого, говорит альфе, чтобы тот шёл за ним, и начинает уходить к себе в комнату. Чонгук идёт довольный, улыбается чуть ли не во все тридцать два, осознавая, что сегодня проведёт ночь рядом с тем, кого так усердно пытается соблазнить. Тэхён расстилает кровать и ложиться на одну половину, двигаясь ближе к краю, на вторую половину ложиться Чон, но он не собираться спать, обнимая одеяло, рукой он обвивает талию омеги и вплотную пододвигает его к себе, зарываясь носом в его волосы, вдыхая аромат вишни. — Я… Я кое-что забыл сделать, — Тэ вспоминает, что перед сном ему необходимо надо выпить таблетки, которые успокоют обильные выделения при течке, ведь сейчас он рядом с альфой, а для младшего это может закончиться не очень хорошо. — И что же? — омега пытается вырваться из объятий старшего, но у него это плохо получается. — Надо, — он почти вылез, но альфа снова прижимает его к себе. — Мне надо выпить таблетки, — говорит он, после чего старший ослабляет хватку. — Какие? — он смотрит на младшего, закинув руки под голову. — Аллергия на альф, — после этих слов он уходит из комнаты, но не собираясь возвращаться. Решил, что сможет поспать и на диване, но не в одной кровати с ним. Он помнил то утро, когда Чонгук начал приставать к нему, и когда лишил его нежную кожу на шеи девственности. Вот только он не знал, что когда уснёт, Чонгук перенесёт его обратно, нежно положит на кровать, ляжет к нему, крепко обнимая со спины и прижимая к горячему телу.