Особенный праздник

- Доброе утро!-с радостной улыбкой в небольшую комнату влетает молодая девушка с короткими, вьющимися волосами оттенка меди, на вид примерно 23 – 24 лет, предварительно постучав в дверь. - Здравствуй, дитя,-пожилая леди, сидящая на кровати, медленно переводит взгляд на вошедшую девочку и приподнимает уголки губ в мягкой улыбке. - Ах, вы уже встали, мадемуазель Мирей! Ну, сколько же я вам раз говорила, что в вашем возрасте людям следует отдыхать больше!-ахнув, девушка упирает руки, сжатые в кулачки, в бока и принимается уже в энное количество раз отчитывать свою непослушную подопечную. - Я не могу долго спать в такой день! Сегодня же Хэллоуин!-в ответ леди преклонного возраста только смеется. В эти самые мгновения она снова становиться похожей на ту юную девочку с заливистым смехом и веселой улыбкой, которой когда-то была. И все же неважно, сколько пройдет лет, она навсегда останется мадемуазель и никогда уже не будет мадам. - Мадемуазель Мирей, вы просто невозможны! Какая же вы упрямая, а ведь я все-таки отвечаю за вас,-медноволосая тяжело вздыхает, не понимая, зачем же она продолжает читать нотации, ведь она уже знает, что ее мадемуазель совсем не измениться. Людям уже поздно меняться в таком-то возрасте. - Это ты меня еще в молодости не знала! Тогда я была гораздо упрямее, чем сейчас,-бабуля еще раз смеется, а потом ее радостный взгляд неожиданно становится серьезным,-Но что гораздо важнее, почему у тебя такой расстроенный вид, дитя? Что случилось? После этих слов уголки губ удивленной Сары, а именно так звали девушку, будто в замедленной съемке плавно опускаются вниз.Вся ее показная радость мгновенно исчезает с девичьего лица. - Простите. Это… ничего особенного. Просто я вчера поругалась со своим другом. Кажется, он меня бросил,-девушка с растерянным и немного плаксивым видом начинает оправдываться, сама не понимая за что, и уж тем более не понимая, зачем пыталась это скрыть, ведь прекрасно знала о необыкновенной проницательности ее подопечной,-Я не хотела портить вам настроение, вы ведь так любите Хэллоуин… - Ох, и это все… Ты меня так напугала, дитя мое,-старушка с облегчением вздыхает и с улыбкой указывает рукой на место на кровати рядом с ней,-Иди сюда.       Расстроенная Сара, повинуясь указаниям, садиться рядом и кладет голову на колени своей пожилой мадемуазель, которая всегда имела привычку так успокаивать людей. Ее уже старые руки начинают бережно гладить девушку по мягким волосам, перебирая их дряблыми пальцами.Ее добрые глаза разного цвета: левый – голубой, и правый – зеленый, давно уже побледневшие с течением неумолимого времени, видели и понимали все, что творилось вокруг, замечая даже самые крохотные изменения в поведении своей юной, но такой замечательной сиделки. И сейчас она опять смотрит ими на опечаленное личико молодого создания, стараясь, будто родная мать, оградить девочку от невзгод и приласкать, как умеет. - Не стоит так беспокоиться, мое дитя. Ты еще очень молода и обязательно встретишь прекрасного человека, который будет тебя любить больше своей жизни,-тихие и ласковые слова, неторопливо струящиеся из уст старушки, казалось, пробирались в самые потаенные уголки девичьего сердца. От этих, пускай и таких простых фраз, на душе невольно становилось светлей и спокойней,-И ты его тоже полюбишь. Хотя должна признаться, я прекрасно понимаю, каково тебе. Когда я училась в школе, так же переживала из-за любой мелочи, касающейся мальчиков. Дитя, ты знаешь, почему я люблю Хэллоуин? - Да, Вы уже рассказывали мне,-кротко кивнула головой девушка, чуть нахмурив брови и при этом поежившись. В голосе Сары вновь слышалась меланхоличная печаль. -Правда? Извини меня. Совсем я старая стала, уже и не помню,-виновато улыбнулась старушка, словно молодая неопытная леди, извиняясь за свое неподобающее поведение на официальном приеме. - Ничего. Я с удовольствием послушаю еще раз,-стараясь как можно естественней приподнять уголки губ в мягкой улыбке, сиделка пыталась смотреть в лицо своей подопечной без тени грусти в карих глазах, но прекрасно знала, что у нее это плохо получается. Улыбка Сары отражала лишь сожаление. - Спасибо за то, что слушаешь бред старой старухи,-в почти выцветших пожилых глазах заиграли отблески неподдельной благодарности. - Неправда. Это совсем не бред,-с болью и неким уверенным недовольством в голосе отозвалась Сара, вновь уткнувшись лицом в колени своей мадемуазель. - Я люблю Хэллоуин, потому что именно в этот день мой муж признался мне в любви в школьные годы,-после небольшой паузы пожилая леди продолжила свой старый, уже известный всем немногим знакомым, рассказ под тихие всхлипы девушки,-Знаешь я ведь тоже очень часто ссорилась с ним. Кастиэль был настоящим раздолбаем. Вспыльчивый, упрямый и свободолюбивый, он часто прогуливал уроки и дрался. Учителя его не любили, а многие ученики боялись. Но он был и в правду хорошим человеком. Я видела это. Хотя и я тоже пала жертвой его насмешек. Не было ни дня, когда бы он не старался задеть меня своими пошлыми, порой даже обидными шутками. Я всегда старалась ему ответить в его же манере, но Кастиэль всегда побеждал. В результате мы постоянно ругались. Со стороны над нами все смеялись. Но, несмотря на это, Кастиэль всегда помогал мне, спасал меня, когда кто-то хотел ко мне пристать, выполнял мои пускай и редкие просьбы, иногда неожиданно меня удивлял. Думаю, я полюбила его с самого начала. Неудивительно, что у нас родилось двое таких прекрасных детей! Помню, все тогда очень удивились, когда я сообщила о моей беременности. Ведь мы всегда думали, что первой будет Роза, она же так долго встречалась с Леем, а в итоге оказалась я. Все со мной носились, буквально проходу не давали! Виолетт и Ирис заваливали меня всякими детскими костюмчиками, Розалия постоянно давала различные советы из пособий для молодых мам, Пегги часто сбегала с работы, чтобы выведать у меня что-нибудь новенькое, одна только Ким с мальчиками у них были на побегушках. Постоянно исполняли все их указания. Особенно усердно старался Кентин, хотя ему было больно меня видеть. Я помню, как он погрустнел, когда узнал, что мы с Кастиэлем встречаемся. А вот Мелоди на меня всю беременность злилась. Должно быть, потому что Натаниэль никак не мог меня забыть. Я ведь ему тоже тогда нравилась, поэтому он старался быть ко мне поближе. Кастиэля это злило, и они продолжали ругаться. Думали, я ничего не знаю. Как же тогда весело было. Знаешь, дитя, я ведь и мужа и своих деток успокаивала точно так же как и тебя сейчас! Моя дочка по характеру вылитый Кастиэль. Все мальчики во дворе от нее страдали. А сама потом приходила и плакалась мне, что у нее мало друзей, но признаться остальным ей гордость не позволяла. Вся в отца пошла! Хорошо, что наш сын не его копия, а то было бы в нашей семье еще больше гордецов. Видимо в нем перемешались наши характеры, но так как мы оба жутко твердолобые, тоже очень тяжело приходилось. Однако теперь все в порядке, у них уже своя семья и хорошая работа. Но, несмотря на годы, мои детки всегда друг друга поддерживают. Они у меня самые замечательные на свете. Мы все настоящая семья. Я так люблю их! А ты, кстати, очень похожа на мою дочку. Ты очень добрая, дитя мое, и такая красивая. Дитя? Ты не спишь? - Нет! Извините…,-вздрогнув, девушка быстро вскочила с колен старушки, вытирая слезы со своих раскрасневшихся щек,-Я уже успокоилась… - Я рада. Главное помни, Хэллоуин – особенный праздник. В этот день ты можешь не только что-то потерять, но и найти нечто действительно важное для тебя,-закончив рассказ, пожилая леди теплой рукой ласково погладила девушку по голове, чуть взъерошив волосы, мягко и ненавязчиво укутывая своей заботой. А потом, чуть прокашлявшись, весело добавила,-Ну, хватит рассиживаться! Мне пора готовить разные угощения и печь праздничный пирог. Вечером должны прийти мои друзья. Ким, Лизандр, Кентин, Розалия, Лей, Натаниэль, Ирис, Армин, Алекси, все! Мы ведь каждый Хэллоуин собираемся вместе! - Тогда я пойду на кухню, приготовлю все необходимое! А вы пока подождите здесь!-встав с кровати, девушка с волосами цвета меди весело развернулась на пятках тапочек лицом к своей пожилой мадемуазель, отряхивая подол своего нежно-персикового платья. - Хорошо. Дитя, ты когда-нибудь слышала, как некоторые говорят, что желания, загаданные в ночь перед Хэллоуином, могут сбыться? Я бы очень хотела всего один раз снова стать молодой, и вернуться в школьные годы к друзьям и любимому…,-леди преклонных лет,поправив выбившиеся из-за уха, аккуратно уложенные седые прядки, с загадочной грустью перевела меланхоличный взгляд на легкую шторку окна, за пределами которого слышался веселый смех детей. - Я уверена, Ваше желание, мадемуазель Мирей, обязательно сбудется. У такого хорошего человека как Вы, оно просто не может не сбыться,-тонкие брови Сары на миг снова были чуть сведены к переносице, но это длилось всего лишь секунду. В ее глубоких карих глазах все еще блуждала печаль, но на ее лице сияла уже совершенно искренняя добрая улыбка. Она и в правду всем сердцем верила в то, что сейчас произнесла. - Спасибо, мое дорогое дитя,-такой ласковый и благодарный взгляд пожилой леди стал настоящей наградой для Сары.       В ответ девушка с доброй улыбкой и блестящими от слез глазами кивнула головой и вышла из комнаты. Спустя пару минут как дверь захлопнулась пожилая женщина встала с постели и, взглянув в окно, за которым весело бегали соседские дети, уже с самого утра хвастаясь своими страшными костюмами, улыбнувшись, села в кресло-качалку. Не спеша покачиваясь, старая леди вздохнула и прикрыла глаза. -…рей! -…ей! -Мирей!       Наконец-то услышав громкий раздраженный голос, девушка мгновенно распахнула глаза и приняла сидячее положение. Хлопая разноцветными глазами, блондинка непонимающе стала озираться по сторонам, постепенно вспоминая до боли знакомый ей пейзаж. - Наконец! Сколько мне еще тебя будить?! Не спи, где попало!-грозный, недовольный мужской тембр, не дожидаясь пока школьница придет в себя, раздался за нее спиной. В тоже мгновение по коже девушки побежали мурашки, и холодом охватило все ее тело. Медленно повернувшись в сторону звука, Мирей задрожала, увидев знакомое любимое лицо. - К-кастиэль…,-из ее зелено-синих глаз хлынули слезы, и девушка кинулась на шею парню, обвивая ее руками и прижимаясь как можно ближе. - Н-ну, ты чего? Успокойся. Не реви, хорошо?-от неожиданности подобных действий парень чуть покраснел и даже приобнял Мирей за плечи,-Я не знал, что тебе снился плохой сон. Просто… не спи больше на автобусных остановках. На тебя могут напасть, и простудиться тоже можешь. Договорились?       Отпрянув от парня, утирая слезы рукавами, девушка кивнула головой в знак согласия. - Ладно. Тогда пошли в школу,-потрепав Мирей по русым волосам, Кастиэль аккуратно взял ее за запястье и повел, еще не пришедшую в себя, девушку к воротам заведения.       Едва они вошли во двор, парочку тут же окружила толпа любопытных лиц. Ким, толкая локтем в бок покрасневшую Виолетт, присвистывала. Армин недовольно что-то бурчал себе под нос, пока Алекси, повиснув на разгневанном Кентине, пытался его оттащить от рокера. Амбер и мысленно, и взглядом посылала проклятья в сторону Мирей, дергая за плечо потрясенного брата, рядом с которым была довольная Мелоди, ведь теперь у Натаниэля больше не было шансов с блондинкой. Удивленный Лизандр и весело лопочущая Ирис стояли в стороне, наблюдая за происходящим. Роза с ехидством рассматривала злое и тоже время смущенное лицо Кастиэля, высказывая всякие недвусмысленные намеки, тогда, как Пегги всюду лезла со своим микрофоном. А Кастиэль все отрицал, пока зелено-синеглазая блондинка крутила головой по сторонам, стараясь поверить в происходящее. В конце – концов, Кастиэль принял решение ретироваться, увлекая за собой и девушку. И они побежали. В этот момент, пробираясь сквозь толпу, Мирей весело смеялась, улыбаясь от всего сердца…       Тихую дождливую улицу оглушал вой сирен, окрашивая вечернюю темноту в красно-синие цвета мигалок. Из дома двое мужчин выносили тело пожилой женщины. Проходя мимо, носилки остановились перед молодой девушкой, стоявшей чуть поодаль от каменной дорожки, на мокрой грязной лужайке. Ее ноги были в земле, как и мягкие домашние тапочки. Они остановились лишь на миг, чтобы она навсегда смогла запечатлеть у себя в памяти навечно застывшую на холодном, мертвом лице ее мадемуазель счастливую, искреннюю улыбку. Слезы из глаз девушки хлынули с новой невиданной силой, еще сильнее, чем прежде. Секунда и ее любимая мадемуазель скрывается за белой простыней. И это уже навсегда. Под громкие всхлипы боли двери скорой захлопываются и машина неспешно начинает свой бег в последнем направлении. К юному созданию в промокшем насквозь платье, которое, убитое горем, казалось, совсем не собиралось никуда более идти, подходит высокий мужчина примерно 28 лет. - Простите, вы узнаете меня, мадемуазель Сара?-брюнет снимает куртку и поднимает ее над головой сиделки, пытаясь спрятать девушку от дождя. В ответ она не произносит ни звука, продолжая надрывно рыдать, закрыв лицо руками.       Спустя несколько минут мокрый до нитки мужчина снова повторяет свой вопрос, не надеясь уже получить ответ. Однако Сара неожиданно замолкает и, не отнимая рук от лица, переводит взгляд своих карих глаз из пустоты на стоящего рядом, глядя на него сквозь крошечные промежутки между собственными пальцами. С ее бледных губ с трудом срывается лишь одно слово: «В-врач…», которое практически теряется в шуме не на шутку разошедшегося дождя. - Да, вы правы,-с легкой, немного кривой улыбкой произносит мужчина и следом осторожно, стараясь подбирать слова, добавляет,-Я соболезную. Простите, что беспокою Вас в такое время, но мы должны сообщить ее семье…       Несмотря на свое состояние, Сара сразу же осознает смысл каждой его фразы. Она молча отнимает руки от лица, по замерзшим щекам которого продолжают бежать горькие никак не останавливающиеся слезы, хорошо различимые даже в вечерней темноте. - У мадемуазель Мирей нет семьи, и никогда не было. Я единственный близкий ей человек,-ее матовые, почти белые губы трясутся, а дыхание сбивается на каждом слове. - Что?! А как же все эти истории про ее детей и мужа, которые она так любила рассказывать на каждом приеме в больнице?-от удивления сероглазый мужчина чуть вздрагивает. - Это все не правда, не реальность. Мадемуазель Мирей всегда жила в своем собственном придуманном мире. На самом деле все эти люди, о которых она говорила, погибли более пятидесяти лет назад во время пожара на вечеринке в честь Хэллоуина в школе Свит Аморис. Тогда школа выгорела почти дотла. Когда пожарные приехали, спасать было уже некого. Мадемуазель Мирей была единственной выжившей. Кажется, ее тогда спас человек, которого она любила. После пожара многие родители стали обвинять ее. Ей очень трудно пришлось. Все ее друзья погибли у нее на глазах. Она не смогла с этим справиться и постепенно стала придумывать мир, в котором все еще были живы, все были вместе с ней. Она была так счастлива, когда рассказывала о них. Но ведь это хорошо, да? Она ведь никому не причиняла вреда…,-продрогшее тело девушки исходило дрожью.       Мужчина ничего не ответил. Его чуть теплые руки аккуратно спустились на женские плечи и заботливо прижали сиделку к себе. Сара никак не реагировала на происходящее, она просто продолжала безвольно стоять в мужских объятьях. - Мадемуазель Сара, давайте потом вместе сходим на могилу мадам Мирей и к школе Свит Аморис тоже, принесем цветы. Много цветов,-его спокойный и такой уверенный мягкий голос почти заглушал въедливые звуки разрывающего барабанные перепонки дождя. Услышав это, девушка невольно содрогнулась. - «Главное помни, Хэллоуин – особенный праздник. В этот день ты можешь не только что-то потерять, но и найти нечто действительно важное для тебя…»-подобно бледной, угасающей вспышке света, в памяти юного создания мгновенно воскресли такие ласковые и, казалось, еще совсем недавние слова пожилой леди.       Из карих глаз девушки снова потекли слезы. Ослабевшими пальцами Сара вцепилась в промокшую рубашку бывшего врача ее мадемуазель, изо всех сил пытаясь кивнуть головой, всхлипывая навзрыд. А серый холодный дождь все продолжал невозмутимо идти, укрывая собой дома, в которых в этот момент весело играли соседские дети со своими родителями, доставая из мешков праздничные сладости…