Медальон

*** Утро принесло новые заботы и хлопоты. В сопровождении нескольких молодых офицеров, один из которых оказался ее старинным поклонником, графом Безуховым, в Польшу отправлялась Ольга Калиновская. Прощаясь, цесаревич многозначительно намекнул, что граф все еще может подумать над предложением Его Величества о должности в Варшаве, «Кто знает, Безухов, быть может, тамошнее общество придется Вам по вкусу.» Сам Александр намеревался провести несколько дней в Двугорском со своими друзьями. По просьбе Его Высочества, Анна снова музицировала, потом слушала восхищенные комплименты и пыталась не замечать настороженного выражения лица Владимира. Однако, приятное времяпровождение было прервано прибытием встревоженного князя Репнина, сообщившего, что этой ночью Лиза пропала. Владимир моментально вызвался помочь в поисках княжны, не удалось отказаться и от подмоги заинтересованного новым развлечением Александра, и вскоре Анна осталась одна, чему только обрадовалась: легкое женское недомогание с утра причиняло ей небольшие неудобства, и перспектива расслабиться в своей комнате показалась девушке весьма привлекательной. Мужчины вернулись в поместье под вечер, Александр немедленно ушел к себе, а Владимира Анна нашла в кабинете. Барон сидел за столом, уронив голову на руки, его пальцы сжимали растрепанные темные волосы. Девушка вдруг осознала, что никогда еще не видела его таким, беспомощныи и уязвимым, даже возле гроба отца он был сдержан, хотя ей удалось тогда заставить его сбросить холодную маску, заглянуть в его душу. Хотелось подойти к нему, поддержать, как тогда, в церкви. Правда, в тот раз он не позволил себе принять ее невинную ласку, подпустит ли к себе теперь? Однако, как же хочется тихонько сбежать, спрятаться, но она знает, каким-то шестым чувством знает, она нужна ему сейчас. И прежде чем Анна могла остановить себя, губы уже произносили: - Владимир, что случилось? Что-то с Лизой? – он поднял голову, встретил ее взгляд, усилием воли заставил себя улыбнуться: - Нет, с Лизой все хорошо, она уже дома. Ее похитила Марфа, у нее был пистолет, он выстрелил. Пострадала другая женщина, Сычиха. - Ваша тетушка? – Анна бросилась к нему, присела у его ног, заглядывая в глаза, даже не замечая, что делает, сжала его руки в своих. - Вам известно, что она – моя тетя? Хотя, конечно Вам это известно, – Владимир встряхнул головой, словно собираясь с мыслями. – Я всю жизнь так ненавидел ее, так хотел ее смерти, но теперь, когда это может случиться, я так не хочу, чтобы она умирала! - Владимир, я никогда не понимала причины Вашей неприязни к ней, но и спросить не могла. - Хорошо, - он прямо посмотрел ей в глаза. – Я расскажу... Его речь лилась тихим ручейком, и девушка вдруг осознавала, что в душе этот для всех жесткий и несгибаемый человек – все еще тот самый маленький мальчик, винящий себя в смерти матери, потому что когда-то позволил себе всего на мгновение любить окружившую его заботой тетушку больше, и убедивший себя, что каким-то образом стал причиной кончины матери. - Почему так всегда, Анна, мы не ценим тех, кого любим, пока вдруг не осознаем, что их может больше не стать? А потом вдруг понимаем, что обижали их так долго, что не знаем, как и прощение просить. Анна отстранилась, ей вдруг почудилось, что Владимир говорит уже не о Сычихе. Наверное, ее лицо отразило это, потому как барон печально улыбнулся: - Я ведь не только ее любил и обижал все эти годы. Я также очень любил Вас. Любил и люблю. И знаю, что никогда и никто не сможет завладеть моим сердцем, оно навеки Ваше. Вот только сможете ли Вы простить меня, Анна? - Владимир, не нужно. Мне не за что Вас прощать. Я все понимаю, теперь понимаю, – Анна незаметно отошла на несколько шагов. - Понимаете? Что Вы понимаете? Как Вы можете понимать, каково это, быть рядом с Вами, иметь право на все, и не сметь даже прикоснуться? – он вскочил на ноги, преодолел небольшое расстояние между ними. - Владимир, - Анна призвала все свое мужество и встретила его горящий взгляд. – Я знаю, что не пара Вам. Признаюсь честно, раньше я даже не задумывалась над этим, но теперь я знаю все, и про театр тоже. Я на самом деле ничего не прошу от Вас, я Ваша крепостная, и если... - Что это значит? – Корф перебил ее, предупреждающе сводя брови. – Я люблю Вас и не могу так с Вами поступить! Анна, Вы должны знать, кое-что случилось между нами за этот месяц, и как результат, у нас может быть ребенок... - Владимир, я уверяю Вас, я не в тягости, - перебила его девушка. – Если Вы волновались из-за этого, то не стоит. Его глаза блеснули – неужели это возможно!? – разочарованием, но молодой человек отрицательно покачал головой. - Жаль, но это ровным счетом ничего не меняет. Я слишком давно люблю Вас, и я хочу, чтобы мы были вместе. Я знаю, что Вы меня не любите, но я готов сделать все, чтобы заслужить ответное чувство. – он вдруг опустился перед ней на колено, взял ее руки в свои, и, нежно глядя в ее глаза, произнес. – Я прошу Вас, станьте моей женой! Клянусь, я никогда не обижу Вас, Вы будете счастливы! - Но это невозможно, ведь кто я, и кто Вы? - Вы – та, кого я люблю. Анна, я не прошу Вас ответить мне сразу, если Вам нужно время, я не стану торопить, но я не отступлюсь. Я буду ждать столько, сколько нужно. - Владимир, Вы все это говорите сгоряча, это Вам нужно подумать! – пылко возразила девушка. Он печально, но мягко, улыбнулся: - Поверьте мне, ни о чем другом я уже давно не думаю. - А как же тогда Лиза, Ольга? - Все очень просто. Я пытался забыть Вас, доказать себе, что могу полюбить другую. Увы, самые яркие красавицы Петербурга меркнут в сравнении с Вами, моя дорогая, – он снова улыбнулся. – Как же я мечтал, что Вы мне скажете «да»... Анна взглянула в его такие родные глаза, и вдруг как в омут бросилась: - Я согласна... - Согласны? Это правда? И Вы сможете простить мне все обиды? Анна, я сделаю все, чтобы Вы ответили на мои чувства! Девушка вдруг усмехнулась своим мыслям: - Господи, я ведь всегда запрещала себе даже думать о Вас, не то что мечтать! Неужели это все правда? Владимир счастливо засмеялся, обнимая и целуя свою невесту, подхватил на руки, закружил, прижимая к себе... Уже много позже, они сидели, обнявшись, шепча друг другу нежности и промежая их робкими поцелуями. - Владимир, - Анна хитро взглянула на своего жениха. – А что Вы вчера сказали про меня Александру ? Корф прищурился: - Наследник спросил, кто Вы мне, и я честно признался, моя возлюбленная и будущая баронесса Корф. - Значит, Вы просто все за меня решили, господин барон? – ее глаза светились задорным блеском. – Хотя, Вы ведь мой хозяин, и я должна выполнять все Ваши желания, не так ли? - Именно так, дорогая, именно так! – он самодовольно ухмыльнулся. – Вы принадлежите мне, и это никогда не изменится. Правда, - он чмокнул ее в нос, - Когда Вы станете моей женой, я буду тоже принадлежать Вам. Как Вам такая сделка, Анна? В ответ девушка лишь легко и счастливо рассмеялась, прижимаясь к своему господину, и пряча сияющее лицо у него на груди...