Не в этот раз, Судьба

      Он собирался пойти на свидание с Вайсс.       И эта мысль совсем не приносила ему радости, как наверняка бы произошло в самой первой жизни, но зато вселяла в него немалую тревогу.       Что будет, если Жон не сумеет воспользоваться выпавшим ему сейчас шансом привести чувства Вайсс в порядок, а отношения между ними станут еще более неловкими и напряженными? Что случится, если он всё испортит?       Янг стукнула его по спине.       – Сиди спокойно, – раздраженно проворчала она, проводя пальцами по его волосам и сжимая в зубах расческу. – И хватит уже паниковать. Вот уж не думала, что ты станешь так дергаться из-за простого свидания.       – Извини.       Жон сделал глубокий вдох, постаравшись успокоиться и прекратить нервно ерзать на стуле.       Находившаяся позади него Янг занималась его прической. Она сама настояла на этом, когда узнала о намечавшемся у них с Вайсс свидании, пусть даже прекрасно понимала ту причину, по которой Жон на него согласился.       А вот на вопрос, почему Вайсс столь внезапно его пригласила, никто из их команды ответить не мог. Жон был уверен в том, что хоть кто-нибудь ему обязательно об этом рассказал, если бы знал, а потому оставалось только готовиться к неизбежному свиданию.       – Где Блейк? – поинтересовался он.       – Я послала ее заняться твоим костюмом, – отозвалась Янг, задумчиво расчесывая ему челку. – Он находится в довольно неплохом состоянии – по крайней мере, ты его не испачкал. И всё же после хорошей глажки твой костюм наверняка станет выглядеть гораздо лучше.       Жон хмыкнул.       – Ха, а ты довольно неплохо со всем этим справляешься.       – Ага. Только понятия не имею почему. Никогда не приходилось самой ходить на свидания.       – Что?       – Ну, на настоящие, – пояснила Янг. – Парни несколько раз водили меня в кино, торговые центры или какие-нибудь забегаловки, но вряд ли всё это можно считать нормальными свиданиями. Никто из них не хотел прилагать достаточного количества усилий. Просто покупали мне какой-нибудь напиток, а потом лезли целоваться.       Она что-то тихо проворчала.       – Как бы то ни было, твое свидание с Вайсс должно пройти гораздо лучше.       – Потому что она желает добиться успеха везде и во всем...       – Даже в свиданиях, – рассмеялась Янг. – Ладно, пусть пока будет так. Вайсс хоть что-нибудь рассказывала тебе о том, почему так странно себя вела?       – Нет, – ответил Жон, позволяя Янг наклонить его голову под нужным ей углом. – Я надеюсь, что свидание как раз и поможет хоть что-нибудь выяснить.       – Но у тебя разве нет никаких мыслей на этот счет? Обычно ты довольно... ну, наблюдательный. До ужаса, если точнее. Как будто всех видишь насквозь.       Вряд ли предзнание стоило называть наблюдательностью. К тому же в данной ситуации помочь ему оно ничем не могло.       Честно говоря, Жон вообще понятия не имел, было ли подобное состояние Вайсс нормальным. Как бы жестоко это ни звучало, но она никогда особо не интересовала его в данный период времени, а со всеми теми нехорошими вещами, которые происходили между ней и Жаком Шни, замечательного настроения от нее ожидать и не следовало.       Если о ком Жон и знал каждую мелочь, так это о Синдер.       – Ничего не могу сказать по этому поводу, – произнес он. – Хотя и подозреваю, что ее плохое настроение как-то связано с семьей.       – Ты имеешь в виду тот банковский счет? – фыркнула Янг. – Вот уж действительно отец, который желает всё и всех контролировать. Мой папа никогда бы не стал так поступать.       – Разумеется, не стал, – согласился с ней Жон. – Зачем мне это вообще нужно?       Янг замерла, а затем расхохоталась.       – Ты – идиот, – хихикнула она. – Я говорила о моем настоящем отце.       – А, да. Точно.       Проклятье, ее шутка настолько вошла в их жизнь, что Жон начал реагировать на это обращение и считать, что под своим отцом Янг подразумевала именно его. По крайней мере, такого еще не происходило при посторонних. Он понятия не имел, что случилось бы с его и без того не самой лучшей репутацией, если бы вдруг начал откликаться на любые фразы Янг, где содержалось бы слово "папочка".       – Но какой-то смысл в этом есть, – сказала она. – Не в том, что отец Вайсс устраивает ей неприятности, разумеется, а в возможной связи всего этого с ее странным поведением. Хотя с твоей стороны было очень круто позаботиться о дополнительном счете для нее, но его твой поступок вполне мог взбесить.       Янг вздохнула.       – А на ком он решит отыграться, нам и так отлично известно.       Выражение лица Жона очень слабо передавало весь тот гнев, который в нем сейчас пылал.       Если всё это окажется правдой, то он не станет бездействовать, хотя и попытается первым делом, конечно же, успокоить Вайсс. В конце концов, она была для него очень важна, и именно его действия вполне могли привести к подобному результату.       – Это было всего лишь предположение, – напомнила Янг, угадав бродившие у него в голове мысли. – Нельзя просто пойти и убить отца Вайсс только потому, что он может оказаться ублюдком.       – Может? Эта сволочь оставила ее без средств к существованию!       – Ладно, он совершенно точно ублюдок. Но ты не знаешь, из-за кого конкретно расстроилась Вайсс, так что притуши, пожалуйста, свой гнев. На меня и так странно смотрят, когда я называю "папочкой" моего сверстника, – ухмыльнулась Янг. – Не хочу даже думать о том, во что превратятся эти взгляды, если мой "папочка" внезапно окажется в тюрьме.       – Забавно, что о ней мне говоришь именно ты.       Янг выдала ему подзатыльник.       – Грубиян. Кстати, ты мне кое о чем напомнил. Мы с Блейк чуть раньше столкнулись с некоторыми нашими знакомыми.       Судя по ее тону, это были совсем не друзья.       – И с кем же?       – Расскажу после того, как вы с Вайсс сходите на свидание, – ухмыльнулась она. – Не хочу, чтобы вас что-либо отвлекало.       Жон слегка приподнял бровь, но не стал ни о чем спрашивать.       Если бы это было действительно важно, то Янг бы ему сказала. Ну, или он сам столкнулся бы с этими ее "знакомыми" в какой-нибудь из прошлых жизней. Пока же всё шло точно так же, как и всегда: Пирру выберут девой, Синдер начнет атаку, а Бикон падет или с огромным трудом и гигантскими потерями выстоит.       И еще Меркури провернет тот трюк с Янг, что как раз и стоило попробовать предотвратить. Какой вообще окажется смысл во всей этой борьбе, если Жон не сумеет изменить даже такую мелочь? К счастью, у него уже имелись некоторые мысли насчет того, что конкретно следовало предпринять для недопущения именно этой части плана Синдер.       Дверь комнаты открылась, и внутрь вошла Блейк с большим черным пакетом в руках.       – Я всё сделала, – сказала она, положив свою ношу на кровать Жона.       Торчавший оттуда крючок вешалки, а также общие очертания не оставляли абсолютно никаких сомнений в его содержимом.       – Пришлось немного доплатить за срочность, но когда я объяснила, для чего мне это понадобилось, то занимавшаяся глажкой женщина всё очень быстро сделала.       – Это так мило, – рассмеялась Янг. – Отличная работа, Блейк.       Она похлопала Жона по плечу.       – Вот, я тоже уже закончила. А теперь облачайся в свой костюм, чтобы мы могли полюбоваться на конечный результат и убедиться в том, что тут всё в порядке.       – Хорошо, доченька... – вздохнул Жон, поднявшись со стула и взяв в руки пакет.       Оглянувшись на Янг с Блейк, он обнаружил, что те уже отвернулись к стене. Но зачем? Разве им никогда не доводилось видеть парня во всего лишь нижнем белье?       Закатив глаза, Жон избавился от верхней одежды, после чего застегнул белую рубашку и нацепил на себя остальные части костюма.       Тот был сшит практически точно по его меркам, а потому сел просто идеально. Да и выглядел он довольно неплохо... пусть даже придавал Жону вид не какого-нибудь джентльмена, а скорее его телохранителя.       Впрочем, стиль Атласа нравился ему гораздо больше всего того, что он сам сумел бы найти. Ну, по крайней мере, за отведенный Вайсс на подготовку к этому свиданию короткий промежуток времени.       – Можете поворачиваться, – произнес Жон. – Я уже прилично одет.       – А я бы сказала, что одет ты куда лучше обычного "прилично", – отозвалась Янг, внимательно осмотрев его с ног до головы. – Проклятье, если бы ты всегда так выглядел, то даже я могла бы заинтересоваться.       – Янг...       – Ну же, Блейк. Просто признай, что Жон в этом костюме отлично смотрится.       – На мой вкус, здесь слишком много заимствований у Атласа, – ответила та, улыбнувшись, чтобы показать, что вовсе не хотела никого обидеть. – А у меня чересчур большое количество связанных с ними нехороших воспоминаний. Но тебе он действительно очень идет, так что Вайсс вряд ли станет на что-либо жаловаться.       Они радовались не столько за Жона, сколько из-за самого факта его свидания с Вайсс. Впрочем, он решил не портить им настроение, поднимая эту тему, тем более что и сам желал получить какое-нибудь незабываемое воспоминание.       С такой стороной характеров Янг и Блейк ему сталкиваться еще никогда не доводилось. Руби очень повезло с командой... ну, по крайней мере, в других жизнях. У Жона всегда были Пирра, Рен и Нора, но они все-таки не воспринимались им как настоящая семья.       Или в команде RWBY дела тоже обстояли как-то иначе?       Жон уже ни в чем не был уверен.       – Когда Вайсс сказала тебе прийти? – спросила Блейк.       – В семь часов вечера, – ответил ей Жон. – И вам обеим об этом прекрасно известно.       – Между прочим, это был намек, – пояснила Блейк, кивнув на часы, которые показывали половину седьмого. – Тебе уже нужно идти, иначе опоздаешь.       – Но разве мне стоит появляться там слишком рано?       Янг с Блейк синхронно сложили руки под грудью и переглянулись. Не требовалось быть гением для того, чтобы догадаться об их полном несогласии и даже возмущении его словами, хотя Жон так и не понял, что конкретно в них оказалось неправильно.       – Ладно, уже иду... – поспешно пробормотал он, не желая провоцировать их на оскорбления его умственных способностей. – Минут десять поброжу по округе. Это ведь нормально?       – Только не заблудись, – проворчала Блейк.       Таково было их к нему доверие. Неужели его считали совсем уж идиотом?       Скорее всего, Янг с Блейк просто беспокоились о Вайсс, хотя этого и не требовалось. Жон вовсе не собирался намерено вредить ни одной из них.       Пока он шагал по коридорам Бикона, встречные люди довольно странно на него смотрели. Возможно, считали необычной столь нарядную одежду, да еще в достаточно ранний час.       Впрочем, перешептывание и хихиканье девчонок, а также раздраженные взгляды парней очень быстро дали ему понять, что именно они обо всем этом думали.       Вот зачем понадобилось выгонять его из комнаты, когда до назначенного срока оставалось столько времени? В конце концов, Вайсс всегда была крайне пунктуальной и вполне могла оказаться попросту не готовой, если Жон придет к ней прямо сейчас. И что ему тогда оставалось делать? Торчать у нее под дверью и выводить из себя как саму Вайсс, так и Винтер?       Он отыскал тихую нишу между классом Порта и туалетом, после чего устроился в ней, достал свой свиток и набрал нужный номер.       – Алло-... О, Жон! – рассмеялась Сэйбл, увидев его на экране. – Как ты там?.. Это что, костюм?       – Привет, Сэйбл.       – Не переводи разговор на другие темы и отвечай на мой вопрос. Куда это ты собрался в подобном виде? – поинтересовалась она, склонившись к самому экрану. – У тебя что, свидание?!       – Можно сказать и так, – кивнул Жон, вздрогнув от ее радостного возгласа, а затем поморщившись, когда Сэйбл прикрыла ладонью микрофон свитка и завопила что-то в сторону.       Боги, теперь об этом узнают все. С чего он вообще решил, что согласиться пойти на свидание с Вайсс было хорошей идеей? Ах да, захотел получить незабываемое воспоминание.       – Сэйбл, пожалуйста...       – Ты же идешь с этой девчонкой, да? С твоей напарницей?       – Можешь называть ее просто Вайсс.       – Ты опять не ответил на мой вопрос!       Жон вздохнул.       – Да, это она.       – Так я и думала! О, мама будет просто счастлива. Ты ведь знаешь, насколько эта девчонка ей нравится, да?       – Да, знаю.       – К тому же она довольно милая, – продолжила Сэйбл. – Ну, по большей части я разговаривала с Блейк и Янг, но они очень хорошо о ней отзывались, да и вы достаточно близки.       – Подожди, когда это ты разговаривала с Янг и Блейк?       – Неважно. Ты хотя бы представляешь себе, как пройдет ваше с ней свидание? Что-нибудь уже запланировал?       – Эм... нет, – поежился под ее взглядом Жон. – Но только потому, что Вайсс решила всё сделать сама. Я просто не стал с ней спорить.       – Хм, ладно... На этот раз я тебя прощу, братец. Наверное, тут даже имеется какой-то смысл. Я так понимаю, именно она тебя на ваше свидание и пригласила?       Жон кивнул.       – Ага. Честно говоря, никогда не думала, что ты вообще пойдешь хоть с кем-нибудь на свидание.       – Что за недоверие? – закатил он глаза. – Вообще-то, я был довольно популярен среди женщин Анселя.       – Угу, но ни одна из них не хотела показываться с тобой на людях, – хмыкнула Сэйбл. – Или вообще где-либо. Ты являлся их маленьким секретом, в котором никто не желал признаваться. Даже не любовником, а всего лишь тайной страстью. Не думаю, что ты хотя бы раз ходил с ними на свидание. Так, подожди... А тебе точно известно, как нужно вести себя во время свидания?       Жон фыркнул.       Что это вообще был за глупый вопрос? Не так уж и много времени прошло с тех пор, как он ухаживал за девушками. Последней была Пирра... или все-таки Руби? Возможно, Блейк?       Он замер.       Вот ведь дерьмо...       Когда Жон в последний раз ходил на свидание? Хотя бы сколько сотен жизней назад это было? Две? Или больше?       Так, следовало срочно прекратить панику и вспомнить о том, чем он занимался с Руби... Нет, разговоры, поцелуи под луной, а также походы по магазинам комиксов и мороженого вряд ли могли устроить Вайсс.       Ладно, а что насчет Пирры?       Ну, что-то такое случалось более пяти сотен лет назад. Вроде бы она просто обожала романтику, и они ходили в какой-то ресторан. И пусть Жон очень сильно любил свою напарницу, но боль от ее потери оказалась совершенно невыносимой, и он дал самому себе клятву больше никогда не пытаться всё это повторить.       Блейк?       Нет, их отношения никаких свиданий не предполагали. Блейк романтику со всеми этими брожениями вокруг и около искренне ненавидела, а потому они просто воспроизводили сценки из ее книг. Для Вайсс что-то подобное, пожалуй, оказалось бы уже слишком.       А воспроизведение сцен из ее собственных книг наверняка было бы чересчур скучным занятием.       – Ты понятия не имеешь о том, что нужно делать на свиданиях, – вздохнула Сэйбл. – Так я и знала.       – Н-ну, разве там может оказаться что-то сложное?       Впрочем, если бы всё было очень просто, то Жон бы сейчас не паниковал.       Проклятье, проклятье, проклятье...       Вайсс, зная о его огромном опыте, наверняка ожидала от него идеального свидания. Честно говоря, как раз опыта ему в этом деле и не хватало. Вот если бы речь шла об обычном сексе...       – Успокойся... Ты хотя бы цветы ей купил?       – Не думаю, что это хорошая идея, – покачал головой Жон. – Вайсс сейчас находится в комнате своей сестры. Если я притащу ей букет, то она не сможет его никуда поставить и будет вынуждена носить с собой весь вечер.       – Ох, как же это типично для мужчин. Вы всё и всегда чересчур сильно усложняете, даже если пытаетесь помочь. Просто достань ей цветы, – с нажимом произнесла Сэйбл. – Если она захочет сохранить их свежими, то попросит у сестры какую-нибудь вазу, а потом заберет их к себе в комнату уже после вашего свидания.       А, точно... И почему Жон сам об этом не подумал?       Итак, на полет в Вейл у него времени уже не оставалось, но вполне можно было наведаться в сад Бикона и нарвать цветы там. Вряд ли кто-то заметит слегка прореженные клумбы.       – Хорошо, я сейчас же этим займусь. Что-нибудь еще?       – Заранее прикинь, о чем вы с ней станете разговаривать во время вашего свидания. Нет ничего хуже неловкого молчания, особенно если она приложила столько усилий, чтобы тебя пригласить. И не нужно считать, будто все беседы следует начинать именно ей, раз уж это была ее инициатива. Нервничать она станет ничуть не меньше тебя.       Ага, с этим всё было в порядке. Они могли поговорить, например, о Фестивале Вайтела. Или подобная тема чересчур сильно переплеталась с их профессиональной деятельностью? И ее семью тоже упоминать было никак нельзя. Его собственную? Ну, это казалось вполне допустимой темой, но не стоило все разговоры переводить на себя.       Проклятье, ему срочно требовалось собраться. В конце концов, именно Жон и являлся тут путешественником во времени, жившим и сражавшимся тысячу лет. Неужели он не сможет справиться с одним-единственным свиданием? Перед ним ведь даже не стояла задача впечатлить Вайсс, поскольку конечный итог был не так уж и важен. Развивать их отношения Жон всё равно не собирался.       Хотя нет, конечный итог был очень даже важен для Вайсс, и ему совсем не хотелось обижать напарницу.       – Есть еще несколько вещей, – сказала Сэйбл. – Сейчас я их тебе перечислю...

***

      – Вайсс, ты уверена насчет всего этого? – наверное, уже в сотый раз спросила Винтер. – Я вовсе не ставлю под сомнение твой вкус, но-...       – Но всё в порядке, – вздохнула она. – Если ты и в самом деле не ставишь под сомнение мой вкус.       Винтер фыркнула и вновь вернулась к написанию какого-то отчета.       Решение Вайсс она явно не одобряла, хотя об этом можно было догадаться еще несколько дней назад.       Винтер просто не понимала.       Жон был совсем не из тех, о ком стоило судить по первому впечатлению. Он же и преподал Вайсс этот урок. Следовало провести рядом с ним немного времени, копнуть чуть поглубже, а также пробиться через все его попытки тебя отпугнуть, и тогда открывалась совершенно иная картина.       – Я понятия не имею, что ты в нем вообще нашла.       – Ответственность, доброту, верность, надежность и целеустремленность...       – А еще плохую репутацию, тягу спать со всеми подряд и полное неуважение к вышестоящим, – добавила Винтер, мрачно посмотрев на дверь. – Он вовсе не идеален, Вайсс. В нем полно недостатков, и я перечислила лишь те из них, что лежат на самой поверхности. Да и насчет душевного здоровья... Его даже нормальным назвать никак нельзя.       – О, – рассмеялась она. – Нормальным Жона я бы не назвала и в самом страшном сне.       – И тебя всё это устраивает?!       – А разве я не ясно выразилась? – спросила Вайсс, расчесывая свои и без того уже ухоженные волосы.       Это была привычка, призванная успокоить нервы. К тому же ей требовалось выглядеть красиво... ну, еще более красиво, чем обычно.       Всё должно было пройти просто идеально.       – Вайсс, ты слишком сильно торопишься, – сказала Винтер. – Если это из-за той встречи с генералом-...       – Я бы предпочла не поднимать эту тему, если можно.       Винтер смущенно отвела от нее взгляд и тихо пробормотала:       – Ты ведь всё равно не расскажешь мне, о чем вы с ним говорили.       Вряд ли Вайсс должна была услышать ее слова, да и поделиться с ней подробностями того разговора всё равно не могла.       – Я уже всё решила, Винтер. Знаю, что ты не одобряешь наши с ним отношения. Даже пыталась некоторое время не обращать внимания на свои чувства, но ничего не вышло. Я его люблю.       Пусть эта самая любовь и была безответной, но Вайсс она устраивала. У нее будет свидание с Жоном, и этого ей окажется вполне достаточно.       – Просто я о тебе волнуюсь, сестра. С ним тебя ждет лишь боль.       – Жон никогда не станет ее мне причинять.       – Не специально, – объяснила свою мысль Винтер. – И не нужно на меня так шокировано смотреть. Пусть я и не одобряю ваших с ним отношений, но отлично знаю, что твой партнер скорее перережет самому себе горло, чем намерено заставит тебя страдать. Меня сейчас беспокоят именно случайные последствия его прошлых и будущих действий, а также то, как всё это может отразиться на тебе.       – Жизнь – это в том числе и боль, – пожала плечами Вайсс. – Но если мы позволим страху перед ней нас остановить, то вообще ничего не сумеем добиться. Шни должны быть в состоянии выдерживать такую нагрузку во имя благополучия всей нашей семьи.       – Пожалуйста, перестань цитировать лекции отца. Ты в них никогда не верила, так что и сейчас начинать не стоит.       – Я не согласна с ним как с личностью, – покачала головой Вайсс. – Но его уроки? В них есть своя мудрость, если отбросить в сторону шелуху бесконечных упоминаний о прибыли, репутации и долгосрочной перспективе.       Ее забавляла мысль о том, что если бы она воспринимала лекции Жака Шни буквально, то наняла бы отряд головорезов, которые перебили бы всех когда-либо спавших с Жоном студенток, устроив в коридорах Бикона самую настоящую кровавую баню.       – Кое в чем отец прав, – добавила Вайсс. – Если я стану бояться того, что мне откажут, то никогда не сумею завоевать Жона.       Она взглянула на часы, после чего отложила расческу в сторону и повернулась к сестре.       – Как я выгляжу?       Винтер внимательно ее осмотрела.       – Блестяще...       Вайсс от ее похвалы ощутила вовсе не удовольствие, а всего лишь чувство облегчения.       Некоторое время пришлось поломать голову над тем, что ей надеть. Она даже подумывала немного выйти за пределы комфортного для себя стиля и выбрать платье, которое подчеркнуло бы все изгибы фигуры, сделав ее чуть более сексуально привлекательной. Но в итоге Вайсс решила от этого всё же отказаться.       Она была именно той, кем была.       Бледно-голубое платье, на котором остановилась Вайсс, доходило до колен и опускалось чуть ниже с одной из сторон. Выведенная Прахом снежинка Шни блестела даже в не слишком ярком свете, а верх наряда хоть и был похож на ее обычный, но всё же оказался несколько более замысловатым. Светло-голубые слегка прозрачные рукава и плечи переходили в белую ткань на животе, оставляя ее спину прикрытой лишь двумя перекрещивавшимися полосками.       Белые волосы Вайсс были всё так же стянуты в один свисавший сбоку хвост, но теперь к ним добавилась еще и тиара.       Она всегда выделялась.       Осознание этого факта пришло к ней достаточно рано и было довольно болезненным. Та известность, которой обладали как ее имя, так и фамилия, лишь усугубляла всю эту ситуацию. Но раз нельзя было просто раствориться в толпе, то Вайсс и не собиралась предпринимать подобные попытки.       Жон всё это знал, и его такие мелочи ничуть не волновали.       – Тебе не кажется, что наряд выглядит излишне... городским?       – Он красив и практичен, – покачала головой Винтер. – Прямо как ты.       – Да, ты права. Я – Охотница, и сражения у меня в крови.       Платье вполне позволяло Вайсс вступать в бой, хотя она и не собиралась это делать. Но всё же юбка не путалась в ногах и не замедляла движений, а с одежды не свисало ничего лишнего, что могло бы зацепиться или быть перехваченным противником.       В дверь постучали – просто, коротко, один раз.       Вайсс ощутила, как у нее едва не подкосились ноги.       Она никогда не думала, что окажется настолько напуганной, и это было совершенно неправильно. Когда Жон попал в плен, то Вайсс тоже боялась, но хотя бы не чувствовала себя настолько беспомощной.       Это... это оказалось очень плохой идеей. Жон ее не любил, что можно было понять из его слов. Так стоило ли заставлять его идти с ней на свидание? Наверняка Вайсс ждал самый неловкий вечер в ее жизни.       Но ведь у нее пока оставалась возможность всё отменить, правда?       – Я могу сказать ему, что ты заболела, – предложила Винтер.       Судя по ее тону, эта идея ей очень даже нравилась, что и помогло Вайсс наконец взять себя в руки.       – Не стоит, Винтер. Я в порядке, – сказала она, нервно сглотнув и бросив быстрый взгляд в зеркало.       Косметики на ней было крайне мало, но Вайсс в чем-то подобном никогда и не нуждалась. Лишь капелька туши для того, чтобы подчеркнуть линию глаз. Может быть, стоило сделать что-нибудь еще? Кожа казалась немного бледноватой... Или все-таки слишком бледной?       Жон еще раз постучал в дверь.       Вайсс едва не свалилась на пол от слабости в ногах, пока шла ему открывать. Когда ее ладонь уже сжала дверную ручку, она потратила пару секунд на то, чтобы морально подготовиться.       Вайсс могла это сделать и была просто обязана так и поступить, потому что никаких других шансов у нее уже не оставалось.       В очередной раз вздохнув, она открыла дверь.       – Привет, Вайсс, – произнес одетый в белый костюм Жон Арк.       Обычно его волосы пребывали в беспорядке, но сейчас оказались аккуратно уложены. Впрочем, даже всё это в сочетании с практически армейским мундиром не создавало впечатления человека, готового подчиняться чьим бы то ни было приказам.       Но в данный момент Вайсс такие наблюдения ничуть не интересовали. Она никак не могла отвести взгляд от темно-синих глаз, резко контрастировавших как с белым цветом костюма, так и с золотом волос.       – Эм... я принес их тебе.       Жон протянул ей букет цветов, который Вайсс осторожно приняла.       – Спасибо, – прошептала она.       Судя по свежести и силе запаха, Жон сорвал их совсем недавно. Да и тот факт, что Вайсс видела примерно такие же в саду Бикона, должен был ее разозлить, но ничего подобного почему-то не происходило. В конце концов, это оказалось так на него похоже.       – Зайдешь внутрь, пока я поищу для них вазу?       – Ну... – протянул Жон, заглянув ей через плечо. – Думаю, мне стоит от этого воздержаться.       Вайсс услышала раздавшийся из комнаты смешок и улыбнулась.       Проявленный Жоном страх перед ее сестрой – или как минимум опасения – успокоил ее и несколько разрядил обстановку. К тому же вряд ли Вайсс могла его за это винить.       – Подожди здесь, – сказала она. – Я сейчас вернусь.       На поиски подходящей вазы и размещение в ней цветов ушла целая минута, но судя по брошенному Винтер на них взгляду, опасаться за сохранность букета Вайсс всё же не стоило.       Вновь выйдя из комнаты, она подавила желание что-нибудь сказать или сделать, когда Жон внимательно ее осмотрел, чуть ли не раздев взглядом. Вайсс далеко не впервые сталкивалась с таким поведением со стороны мужчин, но по какой-то загадочной причине сейчас ее это ничуть не раздражало. Впрочем, даже если он ей и нравился, то разве обязательно требовалось смотреть на нее с таким интересом и заставлять испытывать подобные чувства?       – Ты прекрасна.       Это был довольно слабый комплимент – смутный, лишенный конкретики и крайне затасканный. Но Вайсс покраснела и отвела от Жона взгляд, как только его услышала. Слова любого другого оставили бы ее совершенно равнодушной, но он каким-то образом умудрялся вносить в ее мысли радостное смятение.       – Ты тоже очень симпатичен в этом костюме, – сказала Вайсс. – Готов идти?       Жон кивнул и с поклоном предложил ей руку.       Вайсс слегка приподняла бровь, но всё же вложила свою ладонь в его, отчаянно стараясь не показать, сколько удовольствия принес ей этот жест.       Ладонь Жона казалась ей огромной. Наверное, в ней вполне сумели бы уместиться обе руки Вайсс. И эти мысли заставляли ее воображение рисовать довольно интересные картины, а также задаваться весьма странными вопросами. Например, о том, как они бы могли ощущаться на ее талии.       Разумеется, это следовало выяснить еще во время их танца, но тогда Вайсс оказалась совсем не в подходящем настроении, чтобы обращать внимание на подобные детали. В тот момент у нее уже более чем хватало пищи для размышлений.       – Куда мы направляемся? – поинтересовался Жон. – Я заказал Буллхэд, который доставит нас в Вейл, но не знаю точного места назначения.       – Заказал? – удивленно и даже впечатлено переспросила Вайсс. – Нам нужен ресторан под названием "Эль Эффестрос".       – Никогда о таком не слышал.       Вот здесь удивляться уже было нечему. Все столики в данном заведении оказались забронированы на несколько недель, а то и месяцев вперед, да и цены выглядели абсурдно высокими.       Но с фамилией Вайсс, а также с той репутацией, которую она могла им принести в качестве клиентки, владельцы ресторана были готовы не только пропустить их с Жоном без очереди, но и вообще перепланировать помещение и установить специально для нее отдельный столик. И всё это за каких-то четыре часа.       Сегодняшний вечер должен был оказаться незабываемым.       По крайней мере, Вайсс на это очень рассчитывала.

***

      Пусть ресторан и был ему незнаком, но Жон довольно быстро сообразил, что это оказалось за место. Здесь буквально всё кричало об исключительности: от организованной очереди отлично одетых мужчин и женщин до гладко выбритого служащего в костюме и с планшетом в руках, который стоял возле входа.       Тот, к слову, вначале проверил их имена, что наверняка спасло Жона с Вайсс от вполне возможных недоразумений.       – Мисс Шни и мистер Арк, – зачитал он, тут же округлив глаза. И подобную реакцию вызвала явно не фамилия Жона. – Ваш столик уже готов. Если вы пройдете внутрь, то один из официантов вас к нему проведет.       – Благодарю, – кивнула Вайсс.       – Спасибо, – эхом отозвался Жон, подумав о том, что его фраза могла прозвучать как-то излишне обыденно.       Служащий кивнул с видом человека, который безропотно принял бы от них и плевок в лицо, но больше говорить ничего не стал.       Внутреннее убранство ресторана оказалось точно таким же роскошным, как и фасад здания. Множество сидевших за столиками людей надменно и как-то оценивающе посмотрели на них. Вайсс не обратила на это абсолютно никакого внимания, но инстинкты Жона внезапно взбунтовались. Ему начало казаться, что в помещении находилась целая толпа врагов.       Он очень не любил, когда на него так глядели.       Молодая официантка – ну, на пару лет старше их обоих – с собранными в хвост коричневыми волосами встретила их у самого входа, поклонилась и поприветствовала, а также выразила готовность показать их столик, который располагался у самого окна. Оттуда открывался прекрасный вид, несмотря на то, что они находились всего лишь на втором этаже. Никакие здания не загораживали обзор, и у Жона возникло подозрение, что так получилось только потому, что ресторан просто-напросто выкупил окружающие земли.       Ему в руки мягко вложили меню.       – Я буду вашей официанткой на сегодняшний вечер и стану обслуживать только вас, – сказала девушка. – Если вам что-нибудь потребуется, то стоит лишь поднять руку, и я тут же появлюсь. Желает ли ваша пара какие-нибудь напитки?       Пара?       Жон хотел было ей возразить, но внезапно замер. В конце концов, они же пришли на свидание и действительно в каком-то смысле являлись парой. По крайней мере, на сегодняшний вечер.       – Пожалуйста, принесите нам бутылку красного вина, – произнесла Вайсс. – А также графин минеральной воды.       Официантка кивнула и отправилась выполнять заказ, оставив их наедине.       – Алкоголь? – усмехнулся Жон. – Разумно ли начинать именно с него?       – Нам совсем не обязательно выпивать всю бутылку, и я уж точно не собираюсь чрезмерно им злоупотреблять, – сказала Вайсс, нервно посмотрев на Жона. – Что-то не так? Ты предпочитаешь белое вино? Извини, с моей стороны было очень грубо не поинтересоваться твоим мнением.       – Нет-нет, всё в порядке. Мне нравится красное вино, – поспешил заверить ее он, коря себя за то, что вообще открыл рот.       Проклятье.       Жон взял и с самого начала принялся создавать неловкие ситуации.       Вайсс улыбнулась и кивнула, но поскольку ответ на ее вопрос уже был получен, то над их столиком повисла тишина. Говорить им оказалось попросту не о чем.       К сожалению, эта самая тишина была совсем не из тех, где они наслаждались обществом друг друга. Жон смущенно крутил в руках меню, а Вайсс старалась смотреть куда угодно, лишь бы не на него. Никто из них не спешил произнести ни слова, о чем его заранее предупреждала Сэйбл.       Жон понятия не имел, что со всем этим следовало делать, и потому начал гадать о том, была ли еда способна помочь в данной ситуации. По крайней мере, во время нее говорить никому из них и не потребуется.       Открыв первую страницу меню, он вздрогнул. Разумеется, Вайсс сразу же это заметила.       – Что-то случилось?       – Я просто не понимаю, что здесь написано.       – Что ты имеешь в виду?       – "Запеченная в тесте красноспинка из Вакуо с гарниром из грибов и тушеной капусты, подаваемая вместе со свежим салатом, в котором запечатлена вся сущность Барика".       – Рулет из лобстера, – расшифровала Вайсс.       Жон зачитал еще один пункт, состоявший из малопонятных слов и оборотов.       – Зажаренная на медленном огне утка, – пояснила ему Вайсс. – Не вижу в этом никакой проблемы.       Жон слегка покраснел.       – Проблема тут состоит в том, – произнес он, – что в этом меню я не понимаю ни слова. Что вообще означает "карпаччо"?       – Порезанное ломтиками сырое мясо.       – Вот почему они не могли прямо так и написать?!       – Потому что это-... – начала было Вайсс, но тут же замолчала и вздохнула. – Ты прав. Прости, мне стоило самой обо всем догадаться.       Она взяла со столика лежавшее перед ней меню.       – Подобные заведения обожают использовать различные цветистые обороты и иностранные слова везде, где это только возможно. Такой подход очень льстит их клиентам, поскольку требует для расшифровки некоторой практики и довольно специфических знаний, а потому отпугивает... ну, тех, кого они называют чернью.       – Таких, как я.       – Нет, не как ты, – прошептала Вайсс.       Впрочем, они оба прекрасно понимали, что Жону тут было не место.       – Позволь мне сделать заказ за тебя, – попросила она. – Обещаю, что это будет что-нибудь такое, что ты сможешь съесть. Просто поверь мне.       В ее взгляде он видел мольбу и отчаянное желание не заканчивать их свидание сразу же после его начала.       И это было очень унизительно.       Нет, не в том плане, что Вайсс станет делать заказ за него. Просто неспособность Жона прочитать то, что понимали все здешние посетители, заставляла его чувствовать себя тупым и невежественным. Ни в одной из своих жизней в подобных местах ему бывать не приходилось. Они его просто не интересовали.       Когда официантка вернулась с напитками, Вайсс перечислила ту еду, которую им требовалось принести. Жон выслушал ее заказ, но понял лишь то, что там имелись свежесобранные овощи в... чем-то. Ну, и еще "сущность рыбы".       Что это вообще означало?       Впрочем, он сумел сделать вид, будто всё шло нормально, и спокойно кивнул на вопрос официантки о том, заканчивались ли на этом их пожелания. И чтобы не сидеть без дела, Жон поспешил раскупорить бутылку и наполнить их бокалы красным вином.       Вайсс забрала свой бокал, отчаянно стараясь не смотреть ему в глаза.       – Мне нужно было подумать обо всем заранее, – пробормотала она. – Понять-...       – Что я слишком глуп для этого места?       – Нет, Жон! Это не так. Ты вовсе не глупый. Просто... здесь нужна соответствующая привычка, а мне даже и в голову не пришло, что у тебя ее нет. Я думала лишь о том, чтобы выбрать лучший ресторан с самой качественной едой, – сказала Вайсс, печально опустив плечи. – Я хотела, чтобы мы хорошо провели время. Желала впечатлить тебя...       И теперь Жон практически наплевал на весь вложенный ей в это дело труд.       Он ощутил угрызения совести, но всё же заставил себя притронуться к лежавшей на столе руке Вайсс.       – Ну, мы ведь еще не попробовали еду, верно? Возможно, она действительно окажется самой лучшей. И не волнуйся о том, что я не способен читать здешнее меню. Кушать мне это точно не помешает.       По крайней мере, Жон искренне надеялся, что так и будет. Вряд ли в подобном заведении станут подавать гамбургер или стейк.       Вайсс неуверенно кивнула, явно всё еще обвиняя себя в возникшей ситуации.       Жон решил, что ему стоило как-нибудь ее отвлечь.       – Ты уже бывала здесь раньше? – спросил он.       – Хм? О, только один раз. Я приходила сюда вместе с сестрой и отцом много лет назад, – ответила Вайсс. – Наверное, мне тогда было пять или шесть, но с тех пор здесь практически ничего не изменилось.       – А для чего ты вообще приезжала в Вейл?       – Тут жила моя преподавательница музыки, которая научила меня петь. И тогда же состоялся мой первый концерт. Не настолько многолюдный, как тот, где мы с тобой встретились, – добавила она. – Просто небольшой музыкальный вечер для ее учеников и их родственников. В общей сложности там было где-то полсотни зрителей, но в те времена мне и это казалось огромной толпой, так что я очень сильно нервничала.       – По крайней мере, рядом с тобой находились члены твоей семьи. Наверное, они тебя успокаивали.       Вайсс вздохнула.       – В последний момент отец был вынужден уехать на какое-то важное совещание, и потому на моем выступлении присутствовали только Винтер и мой личный дворецкий.       – Ох, прости.       – Всё в порядке, – покачала головой Вайсс и улыбнулась. – Концерт прошел вполне нормально и позволил мне лицом к лицу встретиться с моими страхами. Кроме того, Винтер все-таки осталась и потом приходила на все мои выступления. А если не могла сделать это лично, то хотя бы наблюдала за ними через свиток.       – Даже как-то странно понимать, насколько вы близки. По вашему поведению ничего такого и не скажешь.       – Что здесь может быть странного? То, что мы с ней не пытаемся сбить друг друга с ног при первой возможности, как это делают Руби и Янг? – фыркнула Вайсс, давая понять, что именно обо всем этом думала. – Если нам не требуется постоянно напоминать друг другу о наших чувствах, то это еще не значит, что у нас их нет.       – Извини, – пробормотал Жон. – Я не имел в виду ничего такого.       – Просто... – произнесла Вайсс, но тут же замолчала. – Ну вот, я опять завела разговор куда-то не туда.       К счастью, от неловкого молчания их спасло появление официантки, с радостной улыбкой начавшей выкладывать на их столик тарелки с едой.       Вайсс заказала для Жона какое-то мясо. Скорее всего, говядину с кучей различных соусов. А вот из служивших гарниром к нему овощей он не сумел опознать вообще ничего. Сама она взяла себе рыбу, но это было всё, что мог сказать о ее выборе Жон.       Ну, кроме того, что еда была весьма неплохой.       Наверное, она оказалась гораздо лучше всего того, что ему доводилось пробовать, но своему ценнику всё равно ничуть не соответствовала. Впрочем, для тех, у кого имелись деньги, было в порядке вещей потратить несколько тысяч льен на то, что окажется хоть немного лучше обычного.       Они ели в относительной тишине, лишь иногда поглядывая друг на друга. Жон периодически предлагал Вайсс еще вина, когда подливал его в свой бокал. Он надеялся, что та продолжит разговор на какую-нибудь другую тему, но ничего подобного так и не произошло.       Сэйбл предупреждала Жона о таком варианте развития событий, но тот и сам не знал, о чем им можно было поговорить.       – Ты ждешь продолжения турнира? – в отчаянии спросил он, когда с едой оказалось покончено.       – Это может быть интересно, – отозвалась Вайсс то ли просто из вежливости, то ли действительно отвечая на его вопрос. – Думаю, мы с Янг составим весьма неплохую команду. Она сильна в тех областях, которые у меня получаются довольно неважно, и наоборот.       – Я постараюсь найти информацию о ваших соперниках. Думаю, вы и сами справитесь, но осторожность никогда не повредит.       – Это точно. Если что-нибудь выяснишь, то дай мне знать.       – Конечно.       И снова наступила тишина, которую хотелось хоть как-то нарушить.       Забиравшая пустые тарелки официантка им улыбнулась.       – Не желаете ли попробовать десерт?       Жон вопросительно посмотрел на Вайсс.       – Нет, – вздохнула та. – Пожалуй, нам уже достаточно.       Она кивнула официантке и оплатила астрономический счет, который Жон вряд ли когда-нибудь сумел бы осилить. Всё это время Вайсс старалась не смотреть на него и выглядела крайне рассерженной.       Он подозревал, что полностью испортил ей сегодняшний вечер.

***

      Вайсс злилась... по большей части именно на себя.       Разве можно было оказаться настолько тупой, чтобы всё так сильно испортить? Или не тупой, а просто эгоисткой? Свидание должно было понравиться им обоим, но она подобрала ресторан, руководствуясь исключительно своими вкусами и предпочтениями. Даже не подумала о том, что Жону здесь могло быть некомфортно.       Вайсс посмотрела на него, пока они гуляли по одному из парков Вейла.       Это была именно его идея – продолжить вечер где-нибудь еще, и она отчаянно за нее ухватилась. Да... что угодно, лишь бы получить еще один шанс всё исправить.       Поход в ресторан оказался на редкость неудачным... практически катастрофичным. Он не понравился ни Вайсс, ни, разумеется, Жону. Их разговор... его просто не было. Пожалуй, она могла припомнить деловые встречи с партнерами отца, которые и то проходили в куда более неформальной обстановке.       Почему всё вообще вышло настолько плохо?       Они оба выглядели просто замечательно и приходились друг другу совсем не чужими людьми. И всё же ужин в ресторане получился невероятно кошмарным, в чем никак нельзя было обвинить одного лишь Жона. Вайсс прекрасно видела, что он искренне старался спасти положение.       Но что-то во всем этом отсутствовало. Не хватало чего-то очень важного...       – Замечательный вечер, – произнес Жон.       Вайсс посмотрело в темное небо, с которого сквозь кроны деревьев пробивался лунный свет, отражаясь от мраморной дорожки. То тут, то там встречались признаки других гулявших по парку пар.       Вокруг царило ощущение мира и расслабленности, а воздух хоть и был прохладным, но вовсе не заставлял дрожать от холода.       – Да, – кивнула Вайсс. – Замечательный.       Вот только не романтический и не самый лучший в ее жизни. Это был всего лишь замечательный вечер. Точно так же она могла прогуляться с Янг и Блейк или, например, с Винтер. Ничего особенного в нем, к сожалению, не оказалось.       – Жон, я-...       За ее спиной раздался щелчок, и услышала его явно не только она.       Вайсс едва успела выдохнуть, когда Жон оттолкнул ее в сторону под грохот выстрела. Пуля с Прахом прошла между ними, так никого и не задев. В следующую секунду она врезалась плечом в мрамор дорожки и, повинуясь вбитыми многочисленными тренировками инстинктам, перекатилась, после чего вскочила на ноги и попыталась отыскать взглядом врагов.       Жон делал то же самое, положив руку на пояс.       Никто из них и не подумал брать с собой на свидание какое-либо оружие.       Фигура в надвинутом на лицо капюшоне уже направляла на Жона пистолет. Вайсс видела, словно время внезапно замедлилось, как находившиеся вокруг них люди начали с криками разбегаться.       Кроме нескольких, на которых тоже оказались капюшоны.       – Жон! – крикнула она.       Но ей не стоило о нем волноваться.       Он сдвинулся вбок, избежав второго выстрела, а затем бросился к стрелку. Несмотря на отсутствие у него какого-либо оружия, Жон спокойно подбил руку с пистолетом вверх, так что третья пуля ушла куда-то в небо, после чего перехватил противника за запястье и выворачивал его до тех пор, пока не раздался хруст. Пистолет полетел на землю, а Жон подсек ноги стрелка, отправив его следом.       Больше Вайсс ничего рассмотреть не успела, потому что остальные фигуры в капюшонах как раз добрались до них, и ей тоже пришлось защищаться.       Миртенастер так и остался в Биконе. Разумеется, она могла вызвать свой оружейный шкафчик, но для этого требовалось достать свиток и потратить пару секунд на набор команды.       Вайсс отклонила удар кулака в сторону, после чего атаковала противника тыльной стороной ладони в лицо. Тот пошатнулся, а она ощутила боль в руке, как будто попала по чему-то очень твердому.       Под капюшоном блеснула белая маска.       Это были члены Белого Клыка!       Вайсс ощутила жгучую ярость. И злилась она даже не на них... ну, не совсем на них. Ее бесило всё это фиаско со свиданием и рестораном... а теперь еще и какие-то террористы пожелали окончательно всё испортить?       Впрочем, время они подобрали как нельзя лучше. Сейчас у нее появился хоть кто-то, на ком можно было выместить свое раздражение.       – Взять его! – крикнул один из фавнов.       Остальные достали мечи, ножи и дубинки.       – Я вижу здесь только восемь террористов, – фыркнула Вайсс. – Неужели у Белого Клыка закончились рекруты? Или мы уже разобрались со всеми вашими собратьями?       Они с рычанием бросились в атаку, что выдавало в них простых любителей.       Вайсс спокойно шагнула вперед, встретив их на полпути, и это оказалось для уже готовившихся бить по ней фавнов совершенной неожиданностью. Пусть небольшие рост и вес не позволяли ей драться с силой той же Янг, но Винтер когда-то очень многому ее научила.       Каблук Вайсс обрушился на колено первого фавна, заставив того опуститься на землю, после чего удар локтем в висок лишил его сознания. В то же время другая ее рука перехватила меч противника прямо за лезвие возле самой рукояти. Аура защитила кожу и позволила ей вывернуть его из ослабевшей руки.       Пусть оружие было очень плохо сбалансировано и покрыто зазубринами, а также внушавшими некоторые опасения трещинами, но всё же оставалось весьма опасным в умелых руках. Именно им она и заблокировала удар дубинки следующего противника, отступив немного назад от вложенной в него силы. Под вторую атаку Вайсс успела поднырнуть, но задетый по касательной хвост лишился стягивавшей его тиары, и теперь волосы рассыпались по ее плечам.       Вайсс взмахнула мечом, попав по запястью фавна и заставив того вскрикнуть от боли. Разумеется, у их противников имелась аура, но подготовка оказалась крайне слабой, и терпеть неприятные ощущения они явно не привыкли.       Перехватив выпавшую из ослабевшей ладони дубинку, Вайсс обрушила ее на голову фавна. Белая маска треснула, а ее владелец отправился в беспамятство.       Она услышала щелчок взводимого курка.       – Сдохни, Шни!       Вайсс упала на землю, отметив для себя, что пуля попала в дерево, после чего создала под собой глиф. Как только пистолет оказался направлен на нее, она ринулась в сторону со скоростью Руби. Еще один глиф изменил направление ее движения. Очередная пуля выбила осколки мрамора из дорожки, но со столь хаотичными перемещениями прицелиться в Вайсс было попросту невозможно.       Она оказалась рядом с фавном еще до того, как он успел опустошить магазин, после чего впечатала гарду меча ему в горло и, не став слушать хрипы, добавила коленом в пах. Фавн заскулил и рухнул на землю, но все-таки успел ухватиться за ее платье. На всякий случай Вайсс отобрала у него пистолет и дополнительно врезала его рукоятью по голове.       После того, как с этим оказалось покончено, она встревожено посмотрела в сторону Жона, выдохнув с облегчением, когда обнаружила его живым и здоровым.       О чем Вайсс вообще думала? Разумеется, с ним всё было в полном порядке.       Жон метался между двумя фавнами, используя довольно странный боевой стиль, который она никогда раньше не видела. Это чем-то напоминало то, что применяли Янг и Рен. От первой здесь были мощные удары, а от второго – уклонение и отведение в сторону атак противников.       Вайсс понятия не имела, где Жон всему этому научился, если никогда не хотел становиться Охотником. Впрочем, в данной ситуации подобная мелочь ее удивить никак не могла.       Да, он владел неким странным боевым стилем, но это ведь был Жон. Даже если бы он оказался каким-нибудь древним мастером боевых искусств, Вайсс лишь равнодушно пожала бы плечами.       Жон без каких-либо проблем покончил со своими противниками, вывернув одному из них руку и подставив под удар тесака второго. Похоже, ауры у фавна не оказалось, так что полетевшая во все стороны кровь заставила Вайсс вздрогнуть, а владельца оружия – и вовсе застыть в ужасе. Жон воспользовался этим, врезав ему в челюсть и скинув на раненого собрата.       Вайсс осмотрелась по сторонам, приготовив трофейный меч к бою, но вокруг никого не было. Все их противники оказались либо ранены, либо без сознания, а где-то вдалеке уже слышались полицейские сирены.       Она вздохнула, бросив оружие на землю.       – Белый Клык, – констатировал Жон, хотя вряд в этом имелась какая-либо необходимость. – Наверное, именно о них Янг и хотела меня предупредить.       – Она что, знала? – спросила Вайсс, попытавшись оттереть грязь с рукава, но вскоре бросив это дело.       Ее платье было окончательно испорчено.       – Почему же тогда Янг ничего не сказала?       – Оставила этот разговор на потом. Наверное, не желала портить нам свидание.       Вайсс тут же ощутила горечь.       – Ага, просто замечательно, – вздохнула она. – Отличный способ окончить столь чудесный вечер. Даже если бы я попыталась спланировать свидание хуже этого, то вряд ли бы сумела что-либо придумать. Хотя нет, подожди. Ведь наше сегодняшнее свидание как раз именно я и спланировала.       Проклятый Белый Клык, проклятое воспитание, меню и ее полное неумение замечать такие мелочи.       – Что? – удивленно посмотрел на нее Жон.       Все усилия Янг по приведению в порядок его прически пошли прахом, да и костюм был окончательно испорчен – порван, а также перепачкан в грязи и крови. Вряд ли сама Вайсс выглядела сейчас хоть сколько-нибудь лучше.       – Ну, сомневаюсь, что мы сможем куда-нибудь пойти в таком виде, – пояснила она, указав на их наряды.       На ее юбке виднелись грязные полосы там, где Вайсс касалась ей земли, рукава оказались порваны, а тиара – разломана.       – Нас выгонят из любого более-менее приличного заведения. И это не говоря уже о том кошмаре, в который превратилась моя прическа.       – Правда? – недоуменно пробормотал Жон, взяв в руки прядь ее волос. – Никогда раньше не видел их распущенными. Мне нравится.       Вайсс понимала, что он говорил так только для того, чтобы немного ее приободрить и успокоить.       – Хочешь сказать, что я смотрюсь гораздо красивее с перепачканным навозом лицом? – уточнила она, сложив руки на груди. – Или мое платье стало только лучше, получив дополнительные разрезы?       Жон подошел к ней вплотную.       – Мне кажется, тебе всё это очень идет.       – Извини, что? – сердито посмотрела на него Вайсс. – Может быть, желаешь выбрать какие-нибудь другие слова?       – Нет, – покачал головой Жон, окинув ее внимательным взглядом. – Это больше похоже на настоящую тебя. Знакомая мне Вайсс – это вовсе не изнеженная принцесса в идеальном платье. Она сильная и не боится испачкаться, когда сражается с Гриммами или преступниками.       Что?       Щеки Вайсс слегка покраснели.       – О чем ты вообще говоришь?       Жон прижал палец к ее губам.       – Знакомая мне Вайсс далеко не всегда выглядит лучшим образом. Иногда она вся покрыта потом после изматывающих тренировок, которые помогают ей стать сильнее. И за столом эта Вайсс вовсе не ведет себя тихо и молчаливо. В ней пылает огонь страсти... а также вызванное мной раздражение. Но стоит признать, что я это более чем заслужил.       Вайсс стукнула его кулаком в грудь.       – Еще бы. Ты – угроза здравому смыслу!       – А ты, – прошептал Жон, – Охотница. Воительница. Тебя не страшит то, что может повстречаться в будущем, и ты не боишься делать свою работу. Скромная и стеснительная девочка, не способная отстоять свое мнение, – это о ком-то другом. Ты стоишь, покрытая кровью и грязью, и у твоих ног лежат поверженные враги. Всё это выглядит естественно и очень похоже на тебя – мою напарницу.       Жон придвинулся к ней еще немного, и только сейчас Вайсс осознала, насколько близко друг к другу они находились. Она не осмеливалась поднимать взгляд выше уровня его груди, ощущая, как бешено колотилось ее сердце и лихорадочно мелькали в голове мысли.       Эти слова никак нельзя было назвать комплиментом!       Вряд ли ей могла понравиться похвала порванного платья и испорченной прически. И всё же Вайсс они не оставили равнодушной... как и лукавая улыбка Жона, синяки у него на лице и растрепанные волосы, не говоря уже о грязи и крови, а также дорогом костюме, который теперь следовало просто выбросить.       Она хотела вздохнуть и выкинуть эти мысли из головы, но у нее так ничего и не получилось.       Перед ней находился настоящий Жон Арк. Не испугано глядевший в меню парень, не способный прочитать оттуда ни строчки, а тот мужчина, которого она хотела.       Охотник.       Как бы безумно всё это ни звучало, но... так и должно было быть. Парк, всплеск адреналина и лежавшие на земле террористы.       Жон вовсе не был идеальным – по крайней мере, в том смысле, в котором Вайсс желала видеть его с самого начала учебного года. Он не станет водить ее на свидания, особенно после сегодняшнего, но ей это и не требовалось. Их нынешний разговор, каким бы коротким он ни был, оказался куда спокойнее, естественнее и лучше похода в ресторан.       – Ты просто невозможен, – проворчала Вайсс, уткнувшись лбом ему в грудь. – Совершенно невыносим.       – Это я-то невыносим?! Лучше посмотри на себя. Мне досталась самая требовательная напарница во всем Биконе. Я проклят. Наверное, кто-то очень сильно разозлился на меня в прошлой жизни. Во всей тысяче моих прошлых жизней, – рассмеялся Жон, и шедшая от его груди вибрация заставила ее практически против воли присоединиться к нему.       И еще это вынудило Вайсс поднять взгляд, после чего ее смех замер, как и вообще любой мыслительный процесс. Волосы Жона были растрепаны, лицо – вымазано в грязи и чужой крови, а верхняя пуговица – расстегнута. Последнее этот идиот наверняка сделал специально.       Вайсс потянулась, чтобы ее застегнуть, но руки наткнулись на воротник костюма, затем на его шею и после этого сомкнулись на затылке Жона. Тот перестал смеяться и посмотрел прямо в глаза Вайсс.       Наверное, всё это оказалось уже множество раз описано во всяческих поэмах, но в данный момент ей было совсем не до того, чтобы вспоминать уроки литературы. Она ощущала лишь стук сердца, пересохшие губы и трепет в животе. Поднявшись на цыпочки, Вайсс разочаровано обнаружила, что просто не доставала до Жона.       Остальной путь тот проделал сам.       Не было никаких фанфар или фейерверков – лишь он, она, а также сладкий запах его пота и возбуждающее прикосновение губ. И этого для нее оказалось более чем достаточно.       Ладони Вайсс зарылись в его волосы, а руки Жона опустились на ее талию, прижав к себе. Теперь ей уже не требовалось тянуться и вообще стоять на цыпочках, потому что он ее поддерживал.       Вайсс оказалась совсем не готова к прикосновению его языка к ее губам, но всё равно открыла рот, полностью доверяя Жону. И нахлынувшие секундой позже ощущения подтвердили правильность этого решения, заставив ее застонать.       Вайсс даже не интересовало, где и на ком Жон научился так целоваться. Она просто закрыла глаза из-за захлестывавших ее эмоций. Ей хотелось бы увидеть всё, запомнить столь волнующий момент в мельчайших подробностях, но она просто не могла это сделать. Ни разум, ни тело не желали подчиняться Вайсс.       Это было невероятно.       Совершенно незабываемо.       Кто-то смущенно кашлянул неподалеку.       Жон собирался от нее оторваться, но Вайсс не могла позволить ему так поступить. Она зарычала, а ее руки напряглись, вновь притягивая его к ней.       Ну уж нет. После всего того дерьма, которое случилось сегодняшним вечером, Вайсс более чем заслужила получить эту компенсацию, и никто не смел ей мешать.       – П-прошу прощения, сэр, мэм. Не могли бы вы ответить на пару вопросов?       Вайсс оторвалась от Жона и недовольно посмотрела в ту сторону, откуда раздался этот голос.       – Что?! – рявкнула она. – Разве вы не видите, что мы заняты?!       Полицейский испугано отшатнулся, а Вайсс только сейчас заметила, что вокруг было полно народу в форме. Часть из них оттаскивала членов Белого Клыка в машины, в то время как другие...       О Боги!       Они стояли в оцеплении, вокруг которого собралась толпа зевак, снимавших всё происходящее на свитки.       Вайсс уткнулась лбом в грудь Жону, прошептав слова благодарности, когда тот поднял руку, прикрыв ее лицо от чужих взглядов.       – Н-не могли бы вы дать показания? – осторожно поинтересовался полицейский, как будто не был уверен в своем праве что-либо у них спрашивать. – Это не займет много времени, и вас скоро отпустят. Я просто вынужден так поступить по закону.       Ублюдок Жон вновь рассмеялся! Вайсс наступила ему на ногу, но от этого его смех стал лишь еще громче.       – Здесь нет совершенно ничего забавного, – проворчала она.       – Есть, – между приступами хохота выдавил из себя Жон. – Это тоже та Вайсс, которую я знаю. Она всегда кричит на тех, кто осмеливается встать у нее на пути.       – Т-тогда, может быть, мне стоит накричать и на тебя? – спросила Вайсс, ткнув ему пальцем в грудь. – Если бы ты не был таким неотесанным варваром, то не выставил бы себя полным идиотом в "Эль Эффестрос". Боги, даже не представляю себе, что подумала обо всем этом официантка. И кем она теперь считает меня.       – А разве не ты виновата в том, что пригласила "неотесанного варвара" на свидание в подобное место?       Вайсс сердито посмотрела на Жона, на что тот вновь рассмеялся.       – Разумеется, нет. Извини, что вообще мог подумать как-то иначе.       Она ничуть не менее сердито надулась.       – Забудем об этом, Вайсс. Давай дадим показания и отправимся гулять в Вейл.       Его слова заставили ее сердце пропустить удар, а глаза – удивленно округлиться.       – Не в Бикон? – уточнила она.       – Не знаю, как насчет тебя, а я после драки немного проголодался, – улыбнулся Жон. – Мне знакомо одно хорошее местечко неподалеку. Ничего особенного, но оттуда нас точно никто не выгонит из-за состояния нашей одежды. А потом можно будет сходить, например, в кино... Ну, если захочешь.       То есть он предлагал ей сначала перекусить в какой-то забегаловке, а затем отправиться в низкосортный кинотеатр, в котором наверняка окажется куча сомнительных личностей?       Ее отец наверняка пришел бы в ярость.       – С удовольствием... – улыбнулась Вайсс.       – Эм... Сэр? Мэм?

***

      Ноги Жона стонали, но это была приятная боль. Они с Вайсс гуляли до полуночи – куда дольше, чем ожидалось изначально. В том проклятом ресторане ему в голову даже закралось подозрение, что в Бикон придется вернуться раньше восьми часов вечера.       И всё же это свидание получилось замечательным...       Просто чудесным.       Если позабыть о ресторане, то они очень весело провели время: шутили и разговаривали, жаловались на храп Янг и обсуждали Блейк, а также, разумеется, самих себя и друг друга. Первоначальная неловкость полностью исчезла, уступив место улыбкам и прикосновениям. Ничего особенного – просто легкие касания рук или плеч, когда они сидели рядом и смеялись.       Ему понравилось всё. Вообще всё.       И это несло с собой нешуточную угрозу.       – Спасибо, – сказала Вайсс, когда они подошли к двери их комнаты.       Тот факт, что он провожал девушку не только до ее дома, но и до своего собственного, Жона несколько смущал, но слова Вайсс всё равно вызвали у него улыбку.       – Не за что, – ответил он. – Мне и самому очень понравилось.       В чем, как уже говорилось, и заключалась основная проблема.       – Даже нападение Белого Клыка? – усмехнулась Вайсс.       – Особенно оно. Можно сказать, что террористы спасли наше свидание. Пожалуй, стоит как-нибудь отплатить им за это.       – О, оставлять их без благодарности я точно не собираюсь, – кивнула Вайсс, переглянувшись с Жоном и рассмеявшись.       Оставалось надеяться лишь на то, что они никого не разбудили.       Более-менее успокоившись, Вайсс подошла поближе к нему и взяла его за руки. Ее кожа казалась бледной и гладкой, и какая-то часть Жона тут же начала гадать о том, что произойдет, если он притронется к ней губами.       И вновь всё сводилось к той же самой проблеме...       Он закрыл глаза, когда они с Вайсс опять слились в поцелуе, пусть и куда более коротком, чем тот в парке. Жон почувствовал некоторое разочарование, когда она от него отстранилась.       – Спасибо, – со счастливой улыбкой прошептала Вайсс, после чего вошла в дверь их комнаты.       Жон вздохнул и не стал ее останавливать, потому что был гораздо более опытным.       В полном соответствии с его ожиданиями изнутри донеслись требования Янг всё-всё ей рассказать, а также панические попытки Вайсс от нее отбиться.       Она вместе с ним...       В этом не было абсолютно ничего хорошего.       Жон не просто так всё время ей отказывал. Он точно не сумеет дать Вайсс то, чего она хотела, зато они наверняка принесут друг другу очень много боли, да еще и не смогут сосредоточиться на самых важных делах. У него имелись сотни и сотни причин не развивать эти отношения, но ни одна из них не заключалась в том, что Жон ее не любил.       Те чувства, которые он питал к Вайсс, были очевидны всем: матери, сестрам, команде и друзьям.       Вайсс являлась его первой любовью, и тот парень, которым он был тысячу лет назад, так никуда и не делся. Он вообще влюблялся часто и глубоко.       Но Вайсс не оставила ему места для маневра. Жон мог бы сдержаться, если бы она приняла его отказ и отступила, а не продолжила давить, практически полностью сломив его далеко не самое сильное сопротивление.       Всё это просто не могло окончиться хорошо, и Жон уже ощущал боль от ее грядущей потери.       Кроме того, не стоило забывать и об еще одной немаловажной детали.       Белый Клык достаточно сильно ненавидел Вайсс и за ее фамилию, и за то, что сделала их команда. Они вполне могли совершить на нее нападение, но Жон понимал, что причина здесь была совершенно иной. Руби обычно делала ничуть не меньше, но атаки на нее так и не следовало.       Белый Клык предпочитал не рисковать, готовясь к основной операции.       В данном случае террористы сами обозначили цель своего нападения, хотя Вайсс этого, похоже, даже не заметила. Один из фавнов крикнул "Взять его!", а вовсе не "Взять их!". Они приходили именно за Жоном.       И это могло означать только одно...       Синдер знала о том, что он работал против нее. Или по крайней мере, подозревала. Члены Белого Клыка не могли ему ничего сделать, если только ей не стало известно о его не функционировавшей ауре. Но в группе имелась пара стрелков, с одним из которых расправилась Вайсс.       Синдер проверяла Жона – хотела увидеть его реакцию и, скорее всего, пока не подозревала о том, что ему уже было известно о ее союзе с Белым Клыком. Да и с чего бы кто-то мог решить, что фавны-расисты пойдут на сотрудничество с каким-то человеком?       С ее точки зрения, здесь не имелось ни малейшего риска. Если всё получится, то она устранит помеху, а если нет, то просто не даст никаких зацепок и отвлечет от себя возможное внимание.       Время быстро утекало. Синдер не станет сидеть сложа руки, как только поймет, что ее план провалился. Она попытается предпринять что-нибудь еще. Что-то гораздо более ужасное.       Если Жон желал всех спасти и не оставить эту жизнь всего лишь еще одним повтором в череде многих, то следовало ее остановить.       Его взгляд стал гораздо жестче.       Если Синдер желала войны, то она ее получит.