Не в этот раз, Судьба

      Лифт остановился, достигнув нужного этажа, а его двери тихо отворились. Из кабины вышли Глинда и Озпин, причем последний тут же щелкнул пальцами, включая свет в своем кабинете.       Выражение их лиц оказалось хмурым, а плечи – опущенными, но в позах всё же проскальзывало испытываемое ими чувство облегчения.       – Думаешь, с ней всё будет в порядке? – спросила Глинда. – Эта процедура... Похоже, она прошла без каких-либо инцидентов.       – Всё завершилось успешно. Теперь остается только внимательно следить за состоянием мисс Шни.       – Ожидаешь появления каких-нибудь побочных эффектов?       – Сейчас я уже и не знаю, чего тут следует ожидать, – произнес Озпин. – В конце концов, это новая технология. Джеймс не смог протестировать ее на людях. Просто не захотел брать на себя такую ответственность.       – И у него имелись для этого довольно весомые причины, Озпин...       – Знаю и вовсе не пытаюсь в чем-либо винить Джеймса, – вздохнул тот. – Мисс Шни жива и здорова. Сейчас нам остается лишь вернуть ее в команду и надеяться на лучшее. Пожалуй, стоит сделать это как можно скорее. Меня удивляет тот факт, что ее долгое отсутствие еще не вызвало никаких-...       Он внезапно замер, остановив Глинду вытянутой рукой, после чего уставился на собственный стол.       – Озпин?.. – неуверенно окликнула его она.       Тот ее проигнорировал, напряженно вглядываясь в медленно повернувшееся к ним кресло. Глинда удивленно выдохнула, заметив того, кто в нем сидел, после чего потянулась за своим оружием.       Озпин не дал ей его достать. Сейчас было совсем неподходящее время для поспешных решений.       – Надеюсь, я вам не помешал? – спросил Жон Арк, наклонившись вперед и поставив локти на стол Озпина. – Прошу прощения, если это так. Пожалуйста, продолжайте.       Судя по выражению его лица, он сейчас пребывал в ярости, что, впрочем, ничуть не мешало ему совершенно спокойно оценивать возникшую ситуацию, а также хладнокровно подсчитывать шансы на тот или иной исход.       – Мистер Арк, – произнес Озпин. – Должен признать, что вашего визита я совсем не ожидал. Вы меня искали? Тогда приношу свои извинения. Я отсутствовал в кабинете и как-то не подумал оставить здесь соответствующую записку.       – Где моя напарница, Озпин?       – Жон Арк! – наконец не выдержала Глинда, ни капельки не обрадовавшаяся тому, что все продолжали игнорировать ее присутствие.       Она оттолкнула в сторону руку Озпина и шагнула вперед.       – Могу ли я получить объяснение тому, что вы, молодой человек, здесь делаете? Нельзя вламываться в кабинет директора и что-то там от него требовать!       Мистер Арк так и не отвел взгляда от Озпина.       – Где моя напарница? – повторил он свой вопрос.       – Мисс Шни находится в медпункте, – ответил тот. – Произошел небольшой инцидент, но она вскоре должна полностью поправиться. Я как раз послал соответствующие сообщения на свитки членов вашей команды, где имеются все необходимые объяснения.       – Да? Так может быть, изложите мне их прямо сейчас?       – Как я уже сказал, произошел небольшой инцидент.       – Понимаю, – прошептал мистер Арк. – Вайсс у нас очень неуклюжая. Наверное, она споткнулась и скатилась по лестнице до самого подвала. Возможно, даже совершенно случайно рухнула в какой-то странный механизм, который самую малость поиграл с ее душой. Ничего не напоминает, Озпин?       Глаза у того моментально округлились, а вот Глинда сразу же начала действовать.       Она мгновенно пересекла отделявшее ее от мистера Арка расстояние, вряд ли собираясь его убивать. Но вот допрос слишком много узнавшего студента исключать совсем не стоило.       Стек почти что оказался у нее в руках, когда уже лишенный ножен меч мистера Арка уперся ей в горло. Озпин нахмурился, только сейчас поняв, что тот всё это время скрывался под его столом.       Мистер Арк оказался полностью готов к возможному бою. Его руки не дрожали, а в темно-синих – практически черных – глазах не было видно ни сомнений, ни колебаний, ни жалости.       Внезапно Озпин понял, что если Глинда совершит хотя бы одно лишнее движение, то мистер Арк тут же попытается ее убить. Возможно, и не сумеет что-либо ей сделать, но всё же попытается.       – В этом нет совершенно никакой необходимости, – произнес Озпин, шагая вперед так, чтобы это точно нельзя было счесть актом агрессии. – Глинда, пожалуйста, убери оружие. Не нужно переходить к насилию в моем кабинете.       Та сердито на него посмотрела.       – Но директор. Он знает о-...       – Это была вовсе не просьба. Убери оружие и отойди от него.       Секунду казалось, что Глинда его не послушается, и кровь все-таки прольется, но она тоже посмотрела в глаза мистеру Арку. Что бы ей там ни почудилось, но это заставило ее отступить назад и убрать стек.       – Можете расслабиться, мистер Арк.       – Очень смешно, – отозвался тот. – Расслаблюсь, когда увижу мою напарницу. Где она? Где сейчас находится Вайсс?       – Мистер-...       – Тише, Глинда, – прервал ее Озпин. – Сложно ожидать от Охотника, что он уберет оружие и успокоится в окружении врагов.       – Мы ему никакие не враги! – прошипела она. – Мы – его преподаватели!       – Но прямо сейчас мистер Арк верит в совершенно иное, – произнес Озпин, после чего подошел поближе и, стараясь не делать резких движений, поставил к столу стул для посетителей, а затем устроился на нем.       Фамильный меч Арков лежал прямо напротив него, но кого-либо убивать его нынешний владелец пока что явно не собирался. Озпин некоторое время смотрел ему в глаза, а затем повернулся к Глинде.       – Думаю, на сегодня рабочий день можно считать законченным, – сказал он. – Почему бы тебе немного не передохнуть? Завтра нам предстоит еще немало дел.       – Что?! Озпин, ты что, шутишь?       – Глинда... – с нажимом произнес тот, встретившись с ней взглядом.       Его верная помощница с вызовом посмотрела на него, затем уставилась на мистера Арка и вновь перевела взгляд на Озпина. Через несколько секунд она стиснула зубы и с тихим ворчанием развернулась, направившись к двери лифта под стук каблуков по плиткам пола.       Ему наверняка еще придется заплатить за всё это немалую цену, но хотя бы не прямо сейчас...       – Ну вот, – сказал Озпин, улыбнувшись мистеру Арку. – Теперь мы остались наедине. Полагаю, вы желали именно этого. Еще раз повторю, что с мисс Шни всё в полном порядке. Она жива и в данный момент находится в медпункте.       – Ты и сам не знаешь, всё ли с ней в порядке, – отозвался даже не парень, а вполне себе взрослый мужчина. – И не узнаешь до тех пор, пока Вайсс не проснется. Но даже тогда ничего не будет ясно, если только проблема как-либо себя не проявит. Существует немалый шанс на то, что она вообще никогда не очнется. А если и очнется, то это вполне может оказаться совсем не Вайсс Шни. Но думаю, что как раз о подобных обстоятельствах тебе отлично известно, правда?       Ну, в данном случае ложь была бы, пожалуй, совершенно неуместной.       – Да, я знаю о возможном риске.       Кулак мистера Арка врезался в стол.       – Это был риторический вопрос, ты... урод! – воскликнул он, вскочив на ноги и сверкнув глазами.       Любое спокойствие моментально оказалось позабыто.       – Я и так знаю, что тебе обо всем известно. Как и то, что ты плевать хотел на всё, лишь добиться своих целей!       Теперь в стол врезались оба кулака.       – Будь ты проклят! – добавил мистер Арк. – О чем ты только думал?!       – О безопасности Бикона и всего Вейла, – ответил ему Озпин. – Я бы объяснил подробнее, но у меня есть такое чувство, что ты и без того всё это прекрасно знаешь. Ведь так, Жон?       – А тебя это ничуть не удивляет, – буркнул тот, усаживаясь обратно в кресло Озпина. – Хотя нет, удивляет. Просто ты очень хорошо скрываешь свои эмоции.       – Да и ты тоже. Если бы кто-нибудь в начале учебного года сказал мне, насколько опасным ты можешь оказаться, то я бы назвал этих людей идиотами.       Озпин наклонился немного вперед.       – Ты разозлился, Жон, и я тебя понимаю...       – Да ну? – рассмеялся тот, откинувшись на спинку кресла. – Просто замечательно. Ты понимаешь, почему я разозлился. Фан – еб*ать ее – тастика. Полагаю, что все мои проблемы теперь решены.       Смех оборвался так же внезапно, как и появился.       – Я не просто разозлился, Озпин, – прошипел Жон. – Ты видишь перед собой не гнев, а желание начать убивать. Через пару секунд я вообще могу перестать за себя отвечать.       – Твое желание убивать я тоже уже видел, – заметил Озпин. – Наверное, Романа Торчвика ты прикончил именно с таким выражением лица, правда?       Удивление Жона оказалось совершенно искренним.       – Так ты не знал? Тогда прошу прощения, это был всего лишь несчастный случай. Похоже, даже на тебя действуют наркотики.       – Так его убил все-таки именно я? Пожалуй, кое-что теперь становится гораздо более понятным.       Озпин отметил для себя, что сам факт убийства Жона ничуть не смутил. Он просто удивился – примерно так же, как сделал бы это сам Озпин, случайно добавив в кофе три ложки сахара вместо привычных двух.       Жон Арк был крайне опасен. Впрочем, об этом они знали уже очень давно, верно?       – Не ожидал, что тебе окажется известно о девах, – признался Озпин. – И приношу свои извинения за обман, с которого начался наш разговор. Я не хотел тебя пугать. Могу заверить, что мисс Шни согласилась на мое предложение абсолютно добровольно. Я вовсе не пытался как-либо на нее давить или скрывать возможную опасность.       – Разумеется, согласилась. Вайсс всегда была такой... излишне готовой принести себя в жертву, – проворчал Жон. – Но почему? О чем она только думала?       – Мне кажется, что ей двигало желание защитить тебя и твою команду, – пожал плечами Озпин.       Жон выглядел так, будто эта мысль приводила его в ужас. Он тряхнул головой, словно пытаясь избавиться от какого-то наваждения, но затем очень быстро взял себя в руки.       Подобную заботу друг о друге в Биконе всегда всячески поддерживали. Никто не подозревал ни о том, что мисс Шни придется зайти ради своего партнера настолько далеко, ни о том, что нечто подобное вообще когда-либо могло понадобиться.       Жизнь жестоко посмеялась над ними всеми.       – Проклятье, – прошептал Жон. – Не могу... Хотя нет, я запросто могу поверить в то, что Вайсс это сделала. В том-то и заключается основная проблема. Почему она всё решила сама? По какой причине не поговорила с нами? Со мной?       Его взгляд вновь вернулся к Озпину.       – Впрочем, это уже не важно. Я хочу знать, почему ты выбрал именно Вайсс.       – Она являлась самой лучшей кандидатурой.       – Ложь.       Озпин заколебался.       – С чего ты это взял?       – Потому что лучшей кандидатурой являлась Пирра. Очевидный выбор. И если считаешь, что я поверю в настолько откровенный бред, то ошибаешься, – произнес Жон, твердо посмотрев ему в глаза. – Хватит играть со мной в игры, Озпин. Я сейчас совсем не в том настроении.       Некоторое время они глядели друг на друга.       Для Озпина это оказалось совершенно новым опытом – находиться со стороны стола, предназначенной для посетителей, и испытывать вину перед своим студентом. Нельзя сказать, что нечто подобное ему понравилось, но усугублять и без того напряженную ситуацию он совсем не хотел.       – Мисс Никос была первой кандидаткой, – признался Озпин. – Ее предложил... один мой коллега.       – Айронвуд, – кивнул Жон. – Он выбрал Пирру. Я знаю.       – Ты действительно знаешь очень много довольно интересных вещей, Жон. Да, мисс Никос предложил именно генерал Айронвуд, и вначале я был с ним согласен.       Озпин внимательно следил за реакцией Жона, но тот так ничего и не продемонстрировал. Разве что его взгляд никак не мог принадлежать молодому и наивному студенту.       – Но наш выбор вскоре изменился на мисс Шни.       – Это бессмысленно. Пирра сильнее. Она – чемпионка множества турниров. Так почему вы решили выбрать Вайсс? – поинтересовался Жон. – Или вы с Айронвудом совсем выжили из ума, или ты мне сейчас лжешь.       – И зачем же мне лгать?       – А зачем понадобилось выбирать Вайсс вместо Пирры?       – Эта информация не предназначена для посторонних ушей, Жон, – спокойно ответил Озпин. – Например, для твоих.       – Хватит! – рявкнул тот. – Рассказывай!       – Или что?       Жон звякнул мечом по столу, но вряд ли что-то подобное могло напугать Озпина.       – Ты очень силен, Жон. В этом можно даже не сомневаться, – сказал Озпин, позволив части своей ауры проявиться в реальности. – Но я всё равно для тебя недосягаем. Не заблуждайся на этот счет.       Он собрал в ладони достаточно энергии, чтобы испепелить собственный кабинет, если бы у него возникло подобное желание.       Озпин ожидал увидеть, как Жон отшатнется и, возможно, испытает гнев... С чем он точно никак не думал столкнуться, так это со спокойной улыбкой.       – Тогда тебе придется меня прикончить, – произнес Жон. – Я не остановлюсь, пока один из нас не умрет. Интересно, что после этого тебе скажет Вайсс? Насколько верна она останется человеку, который убил ее любимого? И как затем воспользуется своими новообретенными силами?       Он наклонился вперед, сверкнув глазами.       – Хочешь проверить?       Угрозы являлись знакомой и привычной для Озпина территорией. Он позволил себе немного расслабиться и даже улыбнуться.       Впрочем, нравилось ему это или нет, но Жон был прав в том, что его убийство перечеркнуло бы сам смысл всего того, через что пришлось пройти мисс Шни.       – Неплохо, Жон. Весьма неплохо. Но раз уж ты решил мне угрожать, то, может быть, скажешь, что конкретно желаешь от меня узнать?       – Почему в качестве новой девы Осени ты выбрал Вайсс?       – Не в чем конкретно заключаются силы девы, не причину, по которой нам нужно кого-то там выбирать, и не то, почему всем этим занимаемся именно мы?       Жон сердито на него посмотрел.       То есть он уже знал? Это было весьма интересно, хотя и довольно тревожно. Впрочем, Озпин всё равно не верил в то, что сидевший перед ним человек мог как-либо навредить новой деве.       – Хорошо, – сказал он. – Я объясню.       После этого Озпин положил руки на стол и улыбнулся.       – Сначала мисс Никос показалась нам наиболее достойной кандидатурой. Она индивидуально сильнее и опытнее, да и ее Проявление весьма полезно в бою. С другой стороны, в комплекте с мисс Шни шли определенные проблемы. Ее семья ничуть не скрывает того, что станет использовать любые попавшие в их руки ресурсы для увеличения собственного богатства и влияния. Давать подобные силы той, о чьей верности нельзя ничего сказать наверняка, было бы довольно рискованно. Уверен, что Жак Шни моментально нашел бы применение новым способностям своей дочери. Они оказались бы направлены на благо его семьи, Атласа и лишь затем их союзников. Вполне возможно, что где-нибудь в самом низу списка располагались бы и невинные люди. Так что ты прав, и с первого взгляда мисс Никос казалась гораздо более предпочтительным вариантом. Знаешь, что изменилось?       Жон не стал попадаться на эту уловку. Прошло несколько секунд, пока Озпин не понял, что тот вообще ничего говорить не собирался, будучи занятым борьбой с собственным гневом.       – Индивидуальная сила может подвести, – продолжил откашлявшийся Озпин. – Предыдущая дева была сильной – даже сильнее мисс Никос. К тому же она отлично умела управлять своими способностями. Это не помешало ее победить, и мы считаем, что те люди, которые однажды уже совершили нападение на деву, попробуют вновь повторить свою попытку. Сомневаюсь, что они с тех пор стали хоть немного слабее. Если не выстояла Амбер, то не получится и у мисс Никос. Здесь личная сила вообще мало что решает.       – И чем же отличается ситуация в случае с Вайсс?       – Она не одна, – пожал плечами Озпин. – Предыдущая дева не смогла противостоять нападающим в одиночку, но у мисс Шни имеется команда, которая способна помочь ей себя защитить. Ну, если это потребуется.       – Разумеется, потребуется, Озпин. И тебе о том отлично известно. Но это еще не всё. У Пирры тоже имеется весьма неплохая команда, так что ты опять что-то пытаешься от меня скрыть.       – Разве? Я вообще не уверен, почему ты настолько зациклился на мисс Никос в качестве новой девы, Жон. Единственным неопределенным моментом с мисс... с Вайсс являлась ее семья. Мы опасались, что ее верность будет принадлежать прежде всего ПКШ, а вовсе не Вейлу. Но теперь – причем во многом благодаря усилиям вашей команды – таких проблем уже нет. Она сделает всё возможное для того, чтобы вас защитить.       – И для тебя это открывает широкое поле для манипуляций, да?       – Я такого не говорил.       – А тебе и не нужно, – хмуро произнес Жон. – Никакая благородная цель не отменяет того, что ты с ней сделал. Попробуй еще раз принять меня за идиота, и я уйду из Бикона, забрав Вайсс с собой.       – Прошу прощения, если чем-то тебя обидел, – поспешил сказать Озпин. – Я понимаю, что ты придерживаешься не самого высокого мнения обо мне, и постараюсь в дальнейшем быть несколько более откровенным. Пусть команда "Рубин" и показывает отличные результаты, но до твоей всё же не дотягивает. Ты много раз сражался с Белым Клыком и лично победил Торчвика. Именно твоя команда лучше всего подходит для противостояния умным и хитрым врагам, а вовсе не безмозглым Гриммам. Честно говоря, как раз твой нестандартный и гибкий подход к тактике создал это преимущество. Ты, Жон, и стал одной из основных причин, по которым мы выбрали Вайсс.       Тот сжал кулаки.       – Пусть у нас имелись некоторые сомнения насчет твоих способностей, сейчас их уже можно смело отбросить, – продолжил Озпин. – Твой подход к решению задач серьезно отличается от такового у других студентов, да и ум гораздо острее, чем у твоих сверстников. Мне кажется, что если кто-то станет угрожать ее жизни, то ты сделаешь всё возможное и невозможное для того, чтобы им помешать.       Подобное качество встречалось крайне редко. И пусть для Озпина оставалось загадкой, где Жон мог его приобрести, а у Глинды вызывал тревогу сам факт его наличия у одного из ее студентов, но и его пользу в данной ситуации отрицать было бы попросту глупо.       Тело не составляло труда привести в форму соответствующими тренировками, но что вообще оказалось способно превратить такого молодого человека в столь умного и безжалостного противника?       – Ты уже продемонстрировал готовность убивать при наличии такой необходимости. Это может оказаться очень полезно для ее защиты, – произнес Озпин. – А вот от мисс Роуз подобных сложных решений ожидать всё же не приходится, даже если от этого будет зависеть жизнь ее напарницы.       Он улыбнулся.       – Но ты другой. У тебя есть потенциал стать чем-то большим и оградить ее от любого возможного вреда. Пока ты рядом, Вайсс Шни имеет все шансы превзойти тех дев, которые были до нее.       Озпин вздрогнул, услышав треск столешницы. До этого момента он как-то не замечал, что Жон изо всех сил вцепился в ее край.       – Ты закончил? – прорычал тот. – Или считаешь, будто я не вижу, что ты делаешь? Не нужно пытаться мной манипулировать, чтобы я встал на ее защиту. Именно этим я и собирался заняться с самого начала.       Жон сделал глубокий вдох.       – Я повторю это только один раз, Озпин. Моя верность принадлежит лишь Вайсс. Не тебе и не Айронвуду. Я не намерен участвовать в твоих жалких схемах – только присмотреть за ней и ни в коем случае не дать Вайсс стать твоим оружием. Тебе всё понятно?       – Конечно... – пожал плечами Озпин. – Я вовсе не собирался ни кого-либо обижать, ни намекать на то, что ты мог бросить Вайсс в час наибольшей нужды. Всего лишь поделился теми соображениями, которыми мы руководствовались, когда выбирали ее в качестве новой девы.       – Я тебе не верю, – произнес Жон. – По крайней мере, не думаю, что все причины, которыми вы руководствовались, сводились именно к этому. Даже если я и попал в другую команду, то ничего не поменялось. Ты всегда... ты всё равно бы выбрал Пирру. Что-то пошло не так... и это что-то заставило тебя передумать.       – Жон, могу заверить тебя, что-...       – Руби...       Его шепот пробился через слова Озпина, словно горячий нож сквозь масло.       Жон преподнес ему очередной сюрприз, вот только Озпин почему-то уже не испытывал по этому поводу ни малейшего удивления.       – Всё дело в Руби, верно? – спросил Жон. – Ты захотел, чтобы она оказалась в Биконе на два года раньше положенного срока. Это уже довольно странное решение, но я всегда считал его всего лишь прихотью. Вот только твои действия никогда не были прихотью. Тебе требовалась Руби, и когда она оказалась в одной команде с Пиррой...       Жон слегка прищурился.       – Ты просто не решился складывать все яйца в одну корзину. Силы девы и глаза Руби... слишком много мощи, сконцентрированной в одном месте. Ты не стал рисковать, чтобы всё внезапно не накрылось единственным ударом, а потому счел нужным распределить способности по разным командам.       Он поднялся из-за стола.       – Вайсс никогда не являлась первой кандидаткой в новые девы. Может быть, запасным вариантом, но не более того. Просто ты не рискнул отдать силы той, кому изначально задумывал.       Озпин выдохнул и усилием воли заставил себя остаться на стуле, хотя меньше всего ему сейчас хотелось просто сидеть.       – Впечатляюще, – произнес он. – Весьма впечатляюще... Полагаю, это еще одно подтверждение моих слов о том, что из тебя выйдет отличный защитник для Вайсс. Ты понимаешь то, что другим не дано. Ты ищешь скрытый смысл там, где остальные довольствуются лежащим на самой поверхности. И всё же я тебе не солгал. Наверное, стоит напомнить о том, что мисс Никос и мисс Роуз уже столкнулись с подозреваемой в башне МКП. Та сбежала, победив их в бою.       И это никак нельзя было проигнорировать... Особенно с учетом того факта, что их противницей оказалась одна из нападавших на Амбер. Описание обеих девушек соответствовало тому, что рассказывал Кроу, так что Озпин решил всё же не рисковать. Если мисс Никос проиграла один раз, то потерпит поражение и во второй, тем более что ей пришлось выдать свое Проявление. Ее самое главное преимущество оказалось потрачено совершенно напрасно.       – С другой стороны, способности твоей команды так и остались неизвестными, а ваши достижения говорят сами за себя. И пусть Вайсс, скорее всего, слабее в плане личной силы, но я как-то сомневаюсь, что команда RRNN окажется способна победить вас четверых, – улыбнулся Озпин. – Ну, если, конечно, ты подойдешь к этому бою хоть немного серьезно. Так что повторю: именно ты и стал решающим фактором для моего выбора... Ум и стратегия часто побеждают грубую силу.       – И мне приходится к ним прибегать только потому, что ни на что иное сил у меня не хватает.       – Предыдущая дева Осени была очень сильной, Жон. Теперь она мертва, – произнес Озпин, сделав глубокий вдох.       Это была еще одна его ошибка и еще один повод для сожалений.       – Но ее победили вовсе не боевой мощью и отточенными способностями, а нападением из засады. Тщательно спланированной атакой. Извини, конечно, но в грубую силу я уже давно не верю и предпочитаю бороться с пожаром встречным огнем.       – Ну, ты всё очень хорошо спланировал и продумал. Может быть, еще и назовешь мне хоть одну причину, по которой я буду тебе помогать?       – Вайсс Шни.       Жон нахмурился.       – Другую причину...       – Ничего другого мне не потребуется, – пожал плечами Озпин, встав со своего места и направившись мимо Жона к окну.       Он посмотрел на лежавший внизу Бикон, не опасаясь удара в спину. Сейчас они находились совсем не в том положении, чтобы собеседник Озпина попытался его нанести.       – Я никак не угрожаю твоей напарнице, Жон. Что бы ты обо мне ни думал, я никогда не был способен зайти настолько далеко. И поверь, прежде всего я желаю блага для большинства. Понимаю, что нечто подобное вряд ли может успокоить тех, за чей счет осуществляется это самое благо...       – Моя команда не станет еще одной горой Гленн. Я не позволю этому произойти.       – А я не совершу еще раз подобную ошибку. У меня и без того хватает сожалений в жизни. Гораздо больше, чем ты можешь себе представить.       Жон Арк рассмеялся.       – Почему-то мне кажется, что представить себе я могу очень много.       Его голос звучал настолько уверенно, что у Озпина не возникло никаких сомнений в правдивости данных слов. Но он не стал задавать никаких вопросов, вместо этого продолжив:       – Ты вовсе не дурак, Жон. Наверняка уже и сам догадался, что те люди, которые напали на Амбер, придут за твоей напарницей. Пока вы с ней находитесь в Биконе, я сделаю всё возможное для того, чтобы ее защитить. Чтобы она осталась в полной безопасности. Ты веришь, что я тебе сейчас не лгу?       – Верю, – проворчал Жон. – Но это вовсе не означает, что я с тобой согласен. Или что я вообще на твоей стороне.       – Нет, не означает, – вздохнул Озпин, поправив очки. – Но что сделано, то сделано. Вайсс теперь является девой Осени, хотя и имеет лишь половину ее сил. Передача прошла успешно, пусть даже, как уже было сказано, о возможных побочных эффектах мы ничего не узнаем, пока она не очнется.       Озпин присмотрелся к отражению Жона в оконном стекле.       – Ты знаешь гораздо больше, чем тебе положено. Но раз уж у нас пошел настолько откровенный разговор, то может быть, расскажешь мне, откуда тебе это известно?       Жон фыркнул.       – А ты поверишь, если я скажу, что знаю будущее?       – Нет, – слегка разочаровано покачал головой Озпин.       Ну, с другой стороны, ничего иного он и не ожидал, поскольку никаким доверием между ними и не пахло.       – Но я бы поверил, если бы ты намекнул, что это как-то связано с одним предателем Белого Клыка, который снабжал нас определенной информацией.       – Понятия не имею, о чем ты сейчас говоришь.       – Разумеется, – усмехнулся Озпин. – И всё же мне стоит поблагодарить Сильвера за его работу, если мы когда-нибудь встретимся. Он спас множество жизней.       Жон закатил глаза.       – Я ему передам, если вдруг сведу с ним знакомство.       – Тогда заодно предупреди его о том, что мой хороший друг Джеймс выразил личную заинтересованность в его поимке, ладно? Мне бы не хотелось, чтобы эта затея увенчалась успехом.       – Как скажешь, – пожал плечами Жон. – Всё равно твой "хороший друг" практически бесполезен. Никого он не найдет.       Это было довольно грубое заявление, и ему даже показалось, что за ним крылось что-то личное. Похоже, Жон оказался замешан в их делах гораздо глубже, чем Озпин ожидал. Самым безопасным вариантом было бы как-нибудь избавиться от него. Например, отчислить из Бикона.       Вот только это оказалось совершенно невозможно сделать. Вайсс Шни не стала бы мириться с чем-то подобным, последовав за ним и покинув защиту стен Академии.       Жона Арка трогать было попросту нельзя, и ему об этом оказалось прекрасно известно.       – Думаю, мы уже закончили, – произнес тот, поднявшись из-за стола.       Кресло упало на пол, но его это ничуть не обеспокоило.       – Я отправлюсь к моей напарнице. Посижу рядом с ней и присмотрю за тем, чтобы она не пострадала. Ни от твоих действий, ни от атаки тех людей, которые всё это устроили.       – Я тебе вовсе не враг, Жон. Надеюсь, ты и сам это когда-нибудь поймешь.       Тот фыркнул, после чего убрал в ножны меч и спиной вперед двинулся к лифту, не спуская глаз с Озпина. Когда дверь открылась, он на секунду замер.       – Если она проснется не той, кем была еще утром, то я стану твоим врагом.       Жон зашел в кабину и, когда дверь уже начала закрываться, добавил:       – Поверь мне, Озпин, тебе это совсем не понравится.

***

      Он был зол.       Пожалуй, это слово казалось серьезным преуменьшением, но ничего другого в голову просто не приходило. Мысли вообще путались, пока Жон пытался разобраться, почему так получилось, и что ему теперь следовало делать.       Как уже было сказано, нормально думать он не мог, и в голове оставалась одна лишь злость: на Озпина, на Вайсс, на самого себя.       Наверное, ему вообще очень сильно повезло. Выяснение отношений с Озпином и в лучшие времена являлось далеко не самым мудрым поступком, а в таком состоянии было и вовсе откровенной глупостью. Но кое-какую информацию получить всё же удалось.       Озпин нуждался в Жоне и не мог ничего с ним сделать, опасаясь реакции Вайсс. Даже временно убрать из Бикона боялся. Новая дева Осени наверняка пожелала бы узнать причину отсутствия ее партнера, а то и последовала бы за ним.       И этой новой девой оказалась именно Вайсс...       Для Жона подобная мысль была сродни удару под дых.       Почему он вообще ничего не заметил? Теперь отчаянное желание Вайсс сходить с ним на свидание казалось гораздо более понятным, пусть и вызывало у Жона весьма противоречивые чувства.       Она успела встретиться с Озпином, узнать у него о вероятных рисках и пожелать получить воспоминание, за которое можно было бы зацепиться. Ну, или просто избавиться от всяческих сожалений перед смертью...       Нет!       Жон тряхнул головой и сделал несколько глубоких вдохов, стараясь себя успокоить. Ему нельзя было так думать. Не здесь и не сейчас. Пожалуй, следовало поразмыслить над тем, как он мог ей помочь в данной ситуации и что вообще собирался предпринять.       Вайсс оказалась выбрана новой девой... но приняла это предложение гораздо раньше, чем обычно на него соглашалась Пирра. Разумеется, подобный поступок был как раз в ее характере, как, впрочем, и тот факт, что она ничего не сказала Жону.       Вайсс всегда поступала по-своему. Она была слишком храброй и упрямой, чтобы чего-то бояться или с кем-то советоваться.       А вот Жон теперь понятия не имел, кого он ненавидел больше: Озпина или самого себя.       Разумеется, именно ублюдок-директор всё это провернул. Но он так поступал всегда, пытаясь помешать Синдер просто пойти и добить Амбер. Из-за него постоянно погибала Пирра, но такого, как сейчас, не случалось еще ни разу.       И в произошедших переменах оказался виноват лишь Жон.       Даже если позабыть о том, что он мог бы и заметить, к чему всё шло, то оставался еще и тот факт, что именно Жон подтолкнул Вайсс к подобному решению. Она согласилась на предложение Озпина только потому, что хотела защитить его и всю их команду.       Жон провел ладонью по лицу и застонал.       Он настолько сосредоточился на привычном порядке вещей, что перестал замечать изменения. Просто потому что ничего подобного никогда раньше не происходило.       В эту ловушку попасться оказалось очень легко. В его защиту следовало сказать, что Пирра становилась новой девой Осени вообще всегда, кроме тех повторов, где Бикон разрушали еще до начала Фестиваля Вайтела. В них выбор Озпина уже не имел абсолютно никакого значения.       Впрочем, думать обо всем этом тоже было совершенно бессмысленно. Так Жон всего лишь пытался отвлечь самого себя от того, что ждало его впереди, а также от Вайсс, находившейся сейчас в медпункте, у двери которого он как раз и остановился.       Но что Жон станет делать, если внутри его поджидала все-таки не Вайсс?       Он сжал кулаки и решительно открыл дверь.       Кицуне перевела взгляд с кровати, возле которой стояла, на него.       – О, Жон? А я-то думала, когда ты соизволишь появиться. Твои товарищи по команде о тебе уже спрашивали.       Вайсс лежала в постели. Она по-прежнему пребывала без сознания и выглядела расслабленной.       Его гнев и ярость моментально испарились, сменившись беспокойством и печалью. Жон пару секунд потратил на то, чтобы проверить ее на наличие каких-либо ран, лишь после этого осознав, о чем вообще сказала ему Кицуне.       – Янг с Блейк были здесь? – уточнил он.       – Они получили сообщение от директора, где говорилось о том, что твоя напарница пострадала. Прибыли, к слову, очень быстро, но я отправила их обратно, как только закончила первоначальную проверку, – произнесла Кицуне, притронувшись ко лбу Вайсс. – С ней всё будет в порядке. Уровень ауры слишком низок... и это вызывает определенные опасения. Но я сумела стабилизировать ее состояние и ввела соответствующие препараты, которые должны помочь ей поправиться.       Жон кивнул, внимательно посмотрев на Кицуне.       Похоже, о том, что конкретно случилось с Вайсс, ей известно не было. Ну, с другой стороны, ничего иного от Озпина ожидать и не стоило.       Поразмыслив несколько секунд, Жон еще раз кивнул, признав ее непричастность ко всему произошедшему.       – Спасибо, Кицуне. Для меня это очень важно, – сказал он, оглянувшись на дверь. – Я останусь рядом с ней.       – У меня нет свободных кроватей.       Несколько явно никем не занятых коек стояло неподалеку, но Жону совсем не хотелось с ней спорить.       – Мне нужен лишь стул. Спать я не собираюсь.       Некоторое время они смотрели друг на друга.       Наконец Кицуне вздохнула.       – Не буду с тобой спорить. Всё равно нам обоим отлично известно, чем всё закончится, – махнула она рукой. – Ладно. Делай что хочешь. Но если ты потревожишь кого-нибудь из моих пациентов, то я привяжу тебя к кровати и... Нет, мы с тобой вовсе не займемся сексом. Я возьму побольше иголок, и ты станешь очень похож на ежика.       – Я не собираюсь никому мешать, – пожал плечами Жон, подтащив стул к кровати Вайсс и усевшись на него.       Кицуне пару секунд сверлила его взглядом, после чего вздохнула и покачала головой. Затем она фыркнула и, разумеется, не забыла напоследок предупредить Жона о том, чтобы он сам обо всем рассказал остальным членам его команды.       – Меньше всего мне хочется, чтобы они врывались в мой кабинет и расспрашивали о тебе.       – Хорошо, я им сообщу. Обещаю.       Кицуне кивнула и ушла, оставив Жона наедине с находившейся без сознания Вайсс. Он встал со стула и наклонился над своей напарницей, опершись рукой на металлическую спинку кровати, после чего аккуратно убрал со лба ее белые волосы.       Вайсс даже не пошевелилась.       Она выглядела совершенно беззащитной и очень уязвимой. Если бы Синдер узнала о том, что с ней произошло, то уже явилась бы сюда, чтобы ее прикончить. Жон не просто так решил остаться рядом с Вайсс.       Он даже раздумывал над тем, чтобы сообщить Озпину о Синдер во время их недавнего разговора. Эту информацию вполне можно было бы списать на того же Сильвера. Но в конце концов Жон решил ничего ему не рассказывать.       И дело тут оказалось вовсе не в какой-то там злости или желании увидеть Озпина мертвым.       Синдер не являлась необходимым элементом для атаки на Бикон, но Жону были известны основные ходы противника, пока она оставалась во главе вторжения. Если ее не станет, то дела могли пойти как угодно. Хуже всего сложились бы обстоятельства, если бы Озпин вспугнул ее и заставил сбежать.       К тому же это оказался наиболее вероятный сценарий развития событий. Без Паладинов и солдат Атласа на пути у Синдер встали бы лишь студенты и преподаватели Бикона. Сколько из них сумело бы пережить ее прорыв, Жон сказать не мог.       Кроме того, ей потребовалось бы еще раз вернуться сюда ради убийства Вайсс. Падение Бикона прошло бы точно так же, как и всегда, но теперь Жон понятия бы не имел, откуда следовало ждать атаки Синдер. Когда она уходила в тень, то ему еще ни разу не удалось ее разыскать.       Жон предпочитал, чтобы Синдер оставалась на виду – там, где за ней можно было спокойно наблюдать...       Его взгляд вновь вернулся к Вайсс.       – Какая же ты все-таки дура, – прошептал Жон. – Зачем тебе понадобилось так рисковать своей жизнью? Это моя обязанность. Только мои жизнь или смерть не имеют абсолютно никакого значения. А ты... ты – совсем другое дело.       Разумеется, Вайсс ничего ему не ответила, хотя Жону это и не требовалось. Он и так отлично знал, какой оказалась бы ее реакция.       Вайсс бы нахмурилась и спросила у него, что это вообще должно было означать, а затем ткнула пальцем ему в грудь и потребовала объяснений.       Но она бы не приняла то, что Жон мог ей рассказать, не поверила ни единому его слову и уж точно никогда не смирилась с тем, что должно было произойти.       Он ощутил боль в груди, а затем поудобнее передвинул стул и прижался лбом к холодному металлу спинки кровати.       – Пожалуйста, очнись самой собой, – попросил ее Жон. – Пожалуйста... Я не смогу пережить, если это окажешься не ты.       По данному вопросу никакой информации у него не имелось.       Жон просто не знал, сумеет ли Вайсс выжить после этой процедуры и остаться собой.       Он достал из ножен Кроцеа Морс и, положив его себе на колени, откинулся на спинку стула. Пусть в его голове крутились лишь сомнения и страх, но упереть одну ногу во входную дверь Жон все-таки не забыл.       Если Синдер Фолл решит появиться здесь сегодня ночью, то он окажется готов к ее приходу.       Озпин... одержал победу в этом раунде. Он приставил рыцаря к новоиспеченной деве.       Проклятый Озпин.       Проклятая Вайсс.       И не менее проклятый он сам...

***

      Ее разбудила боль.       Она нанесла удар по разуму прямо в момент пробуждения, заставив ее застонать. Голубые глаза распахнулись, но тут же захлопнулись обратно из-за падавшего на них яркого света. Она прикрыла их ладонью, но внезапная смена освещенности отдалась в ее голове еще более дикой болью.       Желудок бунтовал, а ее саму немилосердно тошнило.       И еще имелись воспоминания о том, что именно с ней произошло. Подвал, странный механизм, женщина в коме, вспышка, боль, аура и сила.       Она стиснула зубы, давя еще один стон. Что бы ей ни представлялось до того, реальная боль оказалась в десятки раз хуже.       Но следовало сосредоточиться. Кто она вообще была такая?..       Вайсс.       Ответ на поставленный вопрос оказался мгновенным, вызвав у нее невероятное чувство облегчения.       Всё было именно так. Ее звали Вайсс. Вайсс Шни. Она являлась наследницей ПКШ, имела отца, мать, брата и сестру. Последняя, Винтер, так же как и она сама, сейчас находилась в Биконе. Вайсс приняла предложение Озпина... Теперь она обладала силами девы Осени... И еще ее вот-вот должно было стошнить...       Взгляд заметался по помещению в попытке отыскать какое-нибудь ведро, но ничего подходящего рядом так и не обнаружилось. Только поддавшись позывам, Вайсс поняла, что ее желудок оказался совершенно пустым. Блевать ей было попросту нечем, что имело как свои плюсы, так и минусы. С одной стороны, испачкать всё вокруг ей явно не грозило, а с другой, легче тоже никак не становилось.       Внезапно Вайсс обнаружила сидевшего возле кровати человека.       Она ничуть не удивилась его присутствию и даже оказалась весьма довольна этим фактом. Он спал, уперев ногу в дверь и прислонившись к спинке ее кровати. Наверное, ему пришлось просидеть так всю ночь.       От пришедшей в голову мысли Вайсс ощутила тепло, а на ее лице появилась улыбка.       Как же это было типично для... для...       Улыбка моментально исчезла, сменившись страхом.       Имя... Почему она не помнила его имени?       Глаза Вайсс расширились от ужаса, а дыхание стало отрывистым.       Нет-нет-нет, это было попросту невозможно. Вайсс же его знала. И даже любила – в этом она была совершенно уверена!       Имя. Ей требовалось срочно вспомнить его имя. Не могла же Вайсс забыть настолько важную вещь. Не после того, как он ради нее едва не погиб...       Или не ради нее?       Кто это вообще был такой?       И являлся ли он для Вайсс кем-то особенным?       Она прикусила губу так, что из нее потекла кровь, а обе руки вцепились в волосы, царапая ногтями кожу головы. Наверное, Вайсс закричала бы от ужаса, если бы ей позволило сбитое дыхание.       Этого просто не могло быть.       Ей обязательно требовалось вспомнить, иначе всё остальное окажется совершенно бессмысленным. То, через что Вайсс пришлось пройти, лишится всякой цели. Ее партнер был очень важен. В конце концов, она пошла на этот шаг только ради него.       Имя, имя, имя, имя-...       – ЖОН!       Ее отчаянный крик моментально его разбудил.       Вскинутый меч оказался мгновенно направлен в сторону двери, но отскочил от древесины, чего Жон явно не ожидал. Он отпрыгнул назад и врезался в кровать, только после этого осознав, где вообще находился, а затем посмотрел на нее круглыми глазами.       – Вайсс?       Она обняла его за пояс.       – Жон, – прошептала Вайсс. – Это же ты, Жон!       Она внимательно вслушивалась в звучание его имени, старательно отпечатывая это слово у себя в голове.       Запоминая.       Да, перед ней находился именно Жон – ее партнер и человек, которого Вайсс любила. Она просто не могла поверить в то, что еще секунду назад ничего о нем не помнила.       Передача сил...       Процедура должна была оказаться безопасной, но все их страхи только что подтвердились. Вайсс едва не забыла Жона, потому что для предыдущей девы Осени он являлся всего лишь незнакомцем.       Но не для нее! Этот разум принадлежал именно Вайсс, и только она определяла, кто для нее был важен.       У нее ушло несколько секунд на то, чтобы понять, что она до сих пор обнимала Жона за пояс, уткнувшись лицом ему в спину.       – Вайсс?       Ох... И как ей теперь следовало объяснять ему свое поведение?       – Я... эм...       К счастью, Жон сам спас ее от необходимости это делать. Он развернулся и, прислонив меч к краю кровати, схватил ее за руки.       – С тобой всё нормально? – спросил Жон. – Вайсс, ты в порядке?       Хорошо, что ей не потребовалось выдумывать никаких оправданий.       Она улыбнулась, стараясь не обращать внимания на всё еще досаждавшую ей тошноту.       – Я... Да, со мной всё нормально, – произнесла Вайсс и, заметив недоверие на лице у Жона, добавила: – Мне плохо. Я чувствую головную боль и тошноту. Но в остальном всё в порядке.       – Ты... – сказал он, явно заколебавшись. – Ты помнишь, почему здесь оказалась?       Помнить...       Это слово пугало Вайсс. У нее перехватило дыхание от пришедшей в голову мысли, но Жон просто не мог знать правду. И она не должна была ничего ему рассказывать, чтобы не подвергать дополнительной опасности.       – Помню, – осторожно произнесла Вайсс. – Ты ушел на прогулку, оставив нас в комнате втроем.       Взгляд Жона слегка смягчился, а с плеч, казалось, свалился немалый груз.       – Правильно, – кивнул он. – Мы выиграли парный матч в турнире.       – Мы? – усмехнулась Вайсс. – Это я его выиграла, а Янг мне немного помогла.       – Конечно. Так ей и передам, – улыбнулся Жон. – Но что случилось после этого? Почему ты здесь оказалась, Вайсс?       – Это был несчастный случай.       Жон моментально нахмурился.       – Какой еще несчастный случай?       – Ошибка во время тренировки, – солгала Вайсс. – Я отправилась к Винтер, чтобы отточить навыки работы с нашим семейным Проявлением. Контроль над ним никогда мне не давался, а тут еще сказалась усталость после боя.       Она старалась не смотреть в глаза Жону.       – Наверное, от излишнего напряжения я потеряла сознание. Да и аура у меня должна быть на очень низком уровне.       – Кицуне сказала, что она у тебя сейчас не просто на низком, а на тревожно низком уровне.       – Ну, это всё объясняет.       – Разве?       Вайсс нервно сглотнула, поглядев на Жона.       – Что ты имеешь в виду? Думаешь, я тебя обманываю? Ты что, мне не веришь?       Он не успел ничего ей ответить, поскольку дверь медпункта распахнулась, и внутрь влетела Янг. Следом за ней вошла Блейк.       Вайсс с облегчением и некоторым огорчением поняла, что отлично помнила их имена, хотя едва не забыла Жона. Что еще могло в ней поменяться? Пожалуй, теперь стоило внимательно за собой следить.       – Что случилось? – прорычала Янг. – Сначала мы получили сообщение от Озпина о том, что ты пострадала, а затем еще одно от Жона, где говорилось, что он за тобой присмотрит.       – И оба оказались крайне скупы на подробности, – добавила Блейк, недовольно посмотрев на Жона.       – Он не виноват, – бросилась на его защиту Вайсс. – Жон сам только что от меня обо всем узнал. Я практиковалась с сестрой в использовании Проявления, потеряла над ним контроль и... ну, результат сейчас перед вами. Но со мной всё будет в полном порядке.       – Практиковалась в использовании Проявления? – переспросила Янг, явно желая выяснить все подробности, но все-таки удержавшись от немедленного допроса. Вместо этого она покачала головой. – Ты что, настолько хочешь выиграть турнир? Хотя о чем это я? Что-то подобное как раз в твоем духе. Разве что могла бы заранее нас предупредить, чтобы мы всю ночь не волновались.       – Прости...       – Лучше бы тебе действительно искренне раскаиваться в содеянном, – ухмыльнулась Янг, хлопнув ее по плечу.       Должно быть, Вайсс выглядела просто ужасно, потому что Янг слишком уж осторожно к ней прикоснулась.       – Цвай тоже места себе не находил, так что не забудь перед ним извиниться. Когда вы оба не вернулись на ночь, он вел себя так, словно кто-то из вас погиб.       Вайсс нервно рассмеялась.       – Хорошо, я перед ним извинюсь. Обещаю.       – Ты не сможешь в таком виде участвовать в турнире, – произнес Жон с совершенно непонятным выражением лица.       Почему, кстати, он так на нее смотрел?       – Что? – сразу же всполошилась Янг. – Всё настолько плохо?!       – Ну... наверное, так и есть, – кивнула Вайсс.       На самом деле, она заранее знала, что не будет способна выступать на турнире. Не освоенная сила вполне могла в любой момент проявить себя, что вряд ли стоило позволять ей делать под прицелом множества телекамер, транслировавших всё это на весь Ремнант.       Вайсс уставилась в пол, испытывая постепенно нараставшее внутри нее чувство вины.       – Простите. Я повела себя совершенно безответственно и очень сильно перед вами провинилась.       – Да. Это было не только безответственно, но еще и крайне глупо.       Глаза Вайсс моментально округлились.       – Жон! – прошипела Янг, и ее удар по его руке никак нельзя было назвать мягким или осторожным. – Не обращай на него внимания, Вайсс. Просто он о тебе беспокоится, и, как обычно, демонстрирует это самым тупым способом, на который только способен. Не волнуйся. Я тоже прошла в одиночные бои, так что принесу победу наиболее джазовой команде на нынешнем турнире. Ну, второй по джазовости. Думаю, что наши предыдущие противники все-таки заслуживают титул первых хотя бы в этом.       Вайсс сумела выдавить из себя улыбку, так и не отведя взгляда от Жона.       Почему тот вообще винил в произошедшем именно ее? Обычно его реакция на то, что кто-то из их команды пострадал, оказывалась совершенно иной. Даже сейчас он отказывался смотреть ей в глаза, но Вайсс прекрасно видела, насколько напряженными были его плечи, а также как сильно побелели костяшки сжатых в кулаки пальцев.       Что она вообще сделала не так?       Блейк с Янг тоже не выглядели довольными сложившимися обстоятельствами. Первая с подозрением смотрела на них с Жоном, а вторая что-то шепнула ей одними губами.       Он тряхнул головой и вздохнул.       – Ладно, – сказал Жон. – Мы что-нибудь придумаем.       Судя по его тону, он и сам не был в этом хоть сколько-нибудь убежден.       Дверь открылась, прерывая процесс ее размышлений, но в этот раз там оказались вовсе не друзья Вайсс, а тот, кто нес непосредственную ответственность за ее нынешнее состояние.       Она попыталась сесть, но ладонь Жона на плече заставила ее продолжить лежать. Вайсс его поступком довольна, разумеется, не была, но чувствовала себя слишком слабой, чтобы затевать еще один спор.       – Мисс Шни, – поприветствовал ее директор Озпин. – И команда JBWY. Доброго утра вам всем. Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете?       – Лучше, чем вчера, сэр, – ответила ему Вайсс, надеясь таким образом намекнуть на то, что ее разум всё еще принадлежал именно ей.       Озпин кивнул, не продемонстрировав никаких эмоций. Скорее всего, чувство облегчения он при этом известии всё же испытал.       Вайсс прикусила губу.       – Спасибо, что сообщили моей команде о том инциденте на тренировке с Винтер. С моей стороны было очень глупо так рисковать с использованием моего Проявления.       Если Озпин чему-то и удивился, то снова никак это не продемонстрировал.       – Никаких проблем, – сказал он. – Ваша сестра предупредила меня, а я передал сообщение остальным членам вашей команды. Мне бы не хотелось, чтобы они волновались.       – Как это мило, – фыркнул Жон.       Вайсс стукнула его по руке.       – Не груби, – прошептала она.       Что на него вообще нашло?       Если Озпин и оскорбился, то вновь ничего не показал.       – Это не так уж и важно. Скажите мне, мисс Шни, как вы себя чувствуете? Имели ли место какие-нибудь осложнения, которые вы заметили? Возможно, вас что-то беспокоит?       Вайсс открыла было рот, чтобы ему ответить, но Жон ее опередил:       – А вы у нас теперь врач, сэр? – спросил он чересчур вежливым тоном для того, чтобы тот оказался искренним. – Разве подобные разговоры не следует вести с Кицуне или доктором Ублеком? Я не понимаю, почему вас интересуют такие подробности, если только вы не желаете дать ей какой-нибудь совет медицинского характера. Но в таком случае могу я взглянуть на вашу лицензию?       Блейк с Янг уставились на него, открыв рты, но ни одна из них не пребывала в таком ужасе, как Вайсс.       – Жон! – прошипела она, пытаясь оттащить его за руку. – Я прошу за него прощения, сэр. Он... просидел здесь всю ночь и очень сильно устал!       – Не стоит извиняться, – улыбнулся Озпин. – Я прекрасно понимаю те чувства, которые сейчас испытывает мистер Арк. Именно таких отношений мы и пытаемся добиться от всех команд. К тому же он прав насчет того, что у меня нет лицензии, чтобы проводить медицинские консультации.       Вайсс понятия не имела, как подобная выходка вообще могла остаться без последствий, но искушать судьбу и пытаться это выяснить точно не собиралась. Она лишь вцепилась в запястье Жона и, несмотря на всю свою слабость, все-таки сумела заставить его замолчать.       – Спасибо, сэр. Я чувствую тошноту, но никаких других побочных эффектов, похоже, не имеется. Ну, после моей тренировки с Проявлением, – добавила Вайсс, вздрогнув от тех взглядов, которые на нее бросили члены их команды.       Скорее всего, Озпин хотел узнать, осталась ли она самой собой. Это действительно было так, хотя всё прошло и не совсем идеально.       Желал ли он поговорить с ней наедине?       Ну, это было вполне разумно.       Вайсс вздохнула и посмотрела на свою команду. Судя по взгляду Жона, тот уже успел догадаться, о чем именно она собиралась их попросить.       – Я никуда не уйду.       Ох... Вот почему Жон именно сейчас стал настолько упрямым?       – В этом нет абсолютно никакой проблемы, – произнес Озпин. – Честно говоря, я только что поговорил с мисс Кицуне. Она сказала, что вы вольны покинуть медпункт уже сегодня, если пожелаете. Возможно, еще некоторое время станете ощущать небольшую слабость, но если не будете ни с кем драться, то всё окажется в полном порядке.       Вайсс кивнула, испытывая немалое облегчение. Никаких физических осложнений у нее так и не возникло, и это было очень хорошо.       – Пожалуй, я уже пойду, – продолжил Озпин, поправив очки и сделав глоток из своей кружки. – Но если появятся какие-нибудь тревожные симптомы, то я надеюсь, что вы дадите мне об этом знать.       – Дадим, – ответил ему Жон. – Поверьте мне, если такое произойдет, то вы обо всем узнаете самым первым.       Это... Больше всего это напоминало угрозу.       Вайсс слегка побледнела, переводя взгляд с Озпина на Жона и обратно. Эмоций ни у того, ни у другого она разобрать так и не смогла, но у нее почему-то появилось чувство, что они были готовы в любой момент начать бой.       Наконец Озпин отвернулся, после чего молча вышел из медпункта. Лишь дождавшись того момента, когда дверь за ним закрылась, Жон позволил себе немного расслабиться.       – Что это было? – прошипела Вайсс. – Ты совсем с ума сошел – так разговаривать с директором Бикона?! Поверить не могу. О чем ты вообще думал?!       Жон повернулся к ней. Его зубы оказались стиснуты, а во взгляде бушевал самый настоящий ураган.       – Я? – прорычал он. – О чем я думал? Нет, Вайсс. Куда больше меня интересует, о чем думала именно ты!       – О том, что перед нами стоял директор! А как ты себя с ним повел?!       – Это не-... – начал было Жон, но тут же замолчал. – Нет. Ладно, забудь. Просто такой уж у тебя характер.       – Я вообще не понимаю, о чем ты сейчас говоришь.       – Ну конечно, – издевательски протянул он. – Разумеется, ты ничего не понимаешь.       Янг громко кашлянула и встала между ними.       – Не могли бы те двое, которые не являются мной или Блейк, объяснить нам, что тут вообще происходит? Думаю, мы заслуживаем того, чтобы нам сказали правду.       Жон посмотрел на нее.       – Мне-то откуда ее знать? Спроси у Вайсс.       Та поежилась под внезапно скрестившимися на ней взглядами товарищей по команде. Ее сердце стало биться гораздо сильнее, а в животе появилось очень неприятное ощущение.       Честно говоря, Вайсс точно не думала, что ее день начнется именно так. Она вообще не ожидала, что основные проблемы появятся уже после успешной процедуры передачи ауры. Теперь же в ее разуме царил ужас.       – Н-ничего важного тут нет, – солгала Вайсс. – Я не понимаю, почему ты вообще на меня так разозлился?!       – Почему? – хмуро переспросил Жон. – Почему?! Я-...       Он вздохнул.       – Я вовсе не злюсь на тебя, Вайсс. Лишь волнуюсь. И еще беспокоюсь.       Жон что-то тихо пробормотал, но Вайсс не сумела ни расслышать его слов, ни уловить смысл того, что ей всё же удалось разобрать.       С другой стороны, это все-таки был Жон, и понять его всегда оказывалось крайне сложно.       – Ну, нет ничего плохого в том, что ты волнуешься, – сказала она. – Но я всё еще неважно себя чувствую, так что не могли бы мы оставить этот спор на потом? Возможно, хотя бы в нашей комнате у меня перестанет кружиться голова.       – Хорошо... Наверное, это и к лучшему, – улыбнулся по-прежнему внимательно глядевший на нее Жон. – Рад, что с тобой всё в порядке, Вайсс. Я очень сильно волновался.       Проклятье, вот обязательно ему требовалось говорить что-нибудь подобное?       В этом помещении не имелось никого из тех, кто не знал бы о ее чувствах к Жону, и всё же Вайсс прилагала немалые усилия к тому, чтобы не покраснеть. Почему она не могла на него разозлиться?       Сейчас ей казалось, что уж лучше бы они и дальше продолжали спорить.       – О, Вайсс покраснела!       – Янг, я тебя убью.       – Ты даже на ногах вряд ли устоишь, не говоря уже о попытке кого-то там убить. Давай я тебе помогу.       – Я этим займусь, – вмешался Жон, позволяя Вайсс сесть на кровати.       К ее немалому облегчению, из-под упавшего одеяла показался привычный повседневный наряд. Скорее всего, преподаватели решили ее не переодевать, и Вайсс была им за это очень благодарна.       – Спасибо, – прошептала она, когда Жон помог ей осторожно встать на пол.       Вайсс некоторое время гадала о том, сумеет ли удержаться в вертикальном положении и, слегка покачнувшись, поспешила ухватиться за рукав партнера. Уставшие мышцы реагировали на ее команды слишком медленно, но вскоре она все-таки приспособилась к тому, чтобы передвигаться самостоятельно, пользуясь лишь небольшой поддержкой с его стороны.       – Ноги устали, – пояснила Вайсс, чтобы остальные не испытывали из-за этого лишнего беспокойства. – Думаю, свежий воздух и небольшая разминка приведут их в порядок.       – И еда, – добавил Жон. – Ты пропустила завтрак.       – Довольно забавно слышать об этом именно от тебя...       Он усмехнулся и собрался что-то ей ответить, но разум Вайсс внезапно затуманился. Что-то во всем вокруг показалось ей неправильным. Мир стал как будто бы другим. Или это ее рост внезапно уменьшился? Хотя нет. Наверное, разум Вайсс просто решил сыграть с ней глупую шутку.       Жон помог ей выйти из медпункта, Блейк придержала для них обоих дверь, а Янг шла позади, внимательно за ними наблюдая.       К счастью, коридор оказался совершенно пустым, и Вайсс привычно повернула налево. Лежавшая на плече ладонь Жона заставила ее остановиться.       – Что? – спросила она. – Если ты думаешь о еде, то сначала мне нужно умыться и переодеться. Так что мы идем в нашу комнату.       – Да. Но ты направляешься не в ту сторону.       Вайсс удивленно моргнула.       – Не говори глупостей. Комната сто четырнадцать находится в западном крыле. То есть нам туда.       – Вайсс... – напряженно произнес Жон. – У нашей комнаты номер двести девять.       Что?       – Да, Вайсс, – рассмеялась Янг. – Ты во время своей тренировки головой, случайно, не стукнулась?       О Боги...       – Ага, что-то типа того, – слабо улыбнулась она, признав свое поражение и позволив дальше вести их команду Жону.       Коридоры, по которым они шагали, выглядели очень знакомыми. И в то же время часть ее сознания буквально вопила о том, что всё это было совершенно неправильно. Вайсс оказалась уверена в пришедшем ей в голову номере. Ее команда всегда жила в комнате сто четырнадцать...       Ведь так?..

***

      Сразу же после своего утреннего пробуждения Синдер заметила, что кое-что изменилось. Перемены были сконцентрированы в ней самой – где-то в районе живота – и постепенно расползались по всему телу.       Разумеется, ее команда тоже это заметила, но никто из них не рискнул ни о чем спрашивать, опасаясь навлечь на себя гнев Синдер.       И с их стороны это был очень мудрый поступок.       Непонятное чувство смешивалось с раздражением из-за внезапного вылета с турнира. Меркури с Эмеральд и без того ходили по очень тонкому льду.       Теперь же всё стало еще хуже.       Синдер недовольно вздохнула и прищурилась.       Итак, Озпин сделал свой ход. Та дева – Амбер – сегодня ночью скончалась.       Ее место заняла какая-то новая дурочка, избранная для получения сил, которые по праву принадлежали именно Синдер. Но это ничего не меняло.       Она улыбнулась, убрала свой свиток и жестом приказала команде следовать за ней к Колизею Согласия.       Кем бы ни была эта новая дева, ей придется попросту умереть.