Брызги

Сэм Бекер сосредоточен. Его лицо — идеальный покерфейс, а татуировки на нем — дополнительное подспорье в отвлечении внимания, ведь одного взгляда на этого сурового, лысого, покрытого устрашающими рисунками человека достаточно, чтобы сложить о нем свое впечатление. Сэм ловко этим пользуется и в жизни, и в покере. Вот и сейчас, с довольной ухмылкой складывая в карман хрустящие, выигранные у недовольных наемников купюры, Сэм уже раздумывал, на что бы их спустить. Он вышел из-за стола, направляясь по коридору на улицу, но вдруг резко остановился и нахмурился. До его слуха донеслись крики нового пленника, еще совсем мальчишки, переходящие в тонкий вопль боли. Сэм поморщился, покачал головой и продолжил путь: он не сможет помочь парню, не вызвав подозрения. Сэм выругался на немецком. Пытки, особенно такие бессмысленные, вызывали у него отвращение, им было не найти оправдания, ведь пацан не мог владеть никакой важной информацией, это было ясно. Пытки были противны Сэму, но ему приходилось часто принимать в них участие по приказу Хойта. Выбора не было. В этом Сэм убеждал себя каждый раз, когда избивал кого-то до полусмерти, ломал пальцы или запугивал другими жуткими способами. Пусть он пытался поднимать больше шума, чем наносить непосредственных увечий, но факт оставался фактом. Он пытал людей. У него был приказ — ждать. Не выходить из прикрытия. И Сэм ждал. Сэм знал, что он плохой человек и никогда не пытался обелить себя в своих глазах, но он, внимательный, осмотрительный, примечающий детали, не мог не заметить того, чего, он надеялся, не замечал Хойт. Того, как меняются взгляды пленников, когда они облегченно выдыхают, видя около своих камер одного Сэма, приносящего им еду, без Хойта за его спиной. Другие наемники любили избивать людей просто так, для развлечения, Сэм же никогда не занимался этим без непосредственного приказа. Заложники видели в Сэме поддержку, когда он, проходя мимо, едва заметно кивал им, глазами говоря: «Держись. Терпи. Ты тут не один». Сэм понимал, что это бессмысленный риск, но не мог по-другому. Сэм уже давно не верил в то, что они найдут способ подобраться к Волкеру и остановить происходящее на островах и, кажется, почти вжился в роль бессердечного наемника, но в такие моменты, слушая вопли несчастных людей, виноватых только в том, что оказались не в том месте, Бекер сжимал кулаки и боролся со скребущей душу необходимостью налететь на Хойта и перерезать ему глотку. Сэм втянул носом воздух и размял шею, успокаиваясь. Еще не время. Но когда-нибудь оно придет и тогда... Сэм Бекер всегда считал себя плохим человеком.