Когда любовь сильнее преград

      После отъезда родителей Волтер не появлялся дома больше трёх дней. Альфа кантовался то у друзей, то у омежек, с которыми спал. Однако ему нужно было взять ещё некоторые вещи из дома, поэтому он зашёл в квартиру поздно ночью, надеясь, что Эммет спит.              Включив свет в коридоре, альфа сделал пару шагов вперёд и ощутил ярчайший аромат цветов: васильков, роз, пионов, ландышей, ирисов… Нервно сглотнув, Волтер двинулся направо, в сторону комнаты брата. Запах становился нестерпимее и сильнее.              В штанах стало тесно, голова перестала соображать. Дёрнув ручку, парень открыл дверь. Комната омеги была освещена лишь одним светильником, но даже так он прекрасно видел совершенно голого Эммета, лежащего на простынях в позе эмбриона.              Хлюпающие звуки распространялись по комнате из-за того, что омега вставлял в себя пальцы, тяжело дыша. Волтер подошёл к кровати, глядя на дрожащее тело омеги. Бёдра были в смазке, как и постель.              Эммет посмотрел в серые глаза альфы, тихо всхлипнув. Первая течка без альфы — самая болезненная, это общеизвестный факт. Мало кто мог терпеть это возбуждение, которое отдавалось болью в низу живота.              — Сколько ты так… уже лежишь? — тихо спросил Волтер, садясь на кровать.              Эммет немного приподнялся, вытащил из себя пальцы, а потом попытался укрыться одеялом, на котором сидел Волтер. Ему было стыдно, плохо, он был возбуждён и ослаблен.              Волтер приблизился к брату и коснулся его лица двумя руками, ласково целуя. Юноша сразу же застонал от желанных прикосновений, потянувшись к альфе.              Волтер усадил омегу к себе на колени и сжал его половинки в руках, продолжая целовать, лаская язычок брата. Альфа вставил один палец в жаркую и влажную дырочку, и Эммет вздрогнул, отстранившись. В голубых глазах наконец читалось понимание происходящего.              — Нет! Нельзя! Волтер! — в полном шоке выкрикнул омега, сжимая пальцами свитер альфы. Он сидел совершенно голый на родном брате, который его ненавидел. К тому же он прекрасно знал, как часто тот бегает по омегам.              Волтер распахнул глаза и поджал губы. Им нельзя было заниматься чем-то подобным, но он не мог пойти против себя, против своих чувств сейчас, когда чувствовал разгорячённое и возбуждённое тело Эммета, который стонал в его руках, источая феромоны.              — Эммет, можешь возненавидеть меня, — прошептал парень, вдыхая сладкий запах кожи омеги, целуя его в шею.              — Ах… Братик… Не может быть… — тихо постанывал Эммет, зажмурившись.              Волтер уложил омегу на спину, нависая над ним. Окинув взглядом прекрасное тело, альфа стал ласкать его, покрывая поцелуями грудь, ключицы, шею. Попутно снимал с себя свитер, джинсы, трусы. Запах морского бриза становился всё сильнее, он подавлял Эмми, вынуждал раздвигать ноги, подчиняясь сильному партнёру.              Волтер взял член омеги в рот, вставляя три пальца в узкую дырочку, которая раскроется для него. Он будет самым первым. От этих мыслей стало не по себе, ведь первый — это не последний. Он никогда не сможет обладать им всецело.       Альфа приподнялся, облизывая губы от сладких соков омеги, который дрожал, закрывая красное лицо руками.              — Убери руки, — приказал Волтер. Ему сразу же подчинились. Лицо Эммета было заплаканным.              — Не надо, братик…              — Не называй меня так! — выкрикнул альфа.              Волтер надел презерватив. Пододвинув к себе Эммета, он подставил головку ко входу и надавил, проникая внутрь. Двинувшись вперёд, он вошёл почти до конца, останавливаясь, чтобы дать немного привыкнуть к себе. Эммет учащённо дышал, сжимая руками мокрую постель. По его щекам текли слёзы. Он не хотел этого, но не мог остановить процесс.              Альфа впился в искусанные губы брата, целуя его, но понимая, что омега не умеет отвечать.              — Высуни язык, — прошептал мужчина на ушко омеге, становясь немного ласковее.              Эмми так и сделал, а потом зажмурился, вновь ощутив, как его целуют, да так, что внутри начинало трепетать.              — Двигай языком по кругу, — посоветовал альфа, а после снова стал нежничать с омегой, в которого был безумно влюблён.              Эммет тихо застонал в поцелуй, когда брат начал толчки. Родные руки ласкали его тело, доставляя ни с чем не сравнимое удовольствие. Тело покрывалось мурашками, дрожало, выгибалось.              — М-мх, Волтер, мне… Мне так хорошо…              — Я знаю, малыш, сейчас будет ещё приятнее, — прошептал мужчина ласково, касаясь члена брата. Омега сжимался и разжимался, и альфа отлично знал, когда партнёр уже готов кончить.              Омега задрожал, задышал чаще, цепляясь за чёрные волосы альфы, спадавшие вниз.              — Брати-и-ик… — простонал Эммет, запрокидывая голову и кончая на свой плоский живот.              Волтер наклонился, целуя омегу в шею. Он и правда ненавидел, когда Эммет называл его братом. Он не хотел быть ему братом, он желал быть его мужем.              — Эмми, ну почему ты постоянно думаешь обо мне как о брате? — еле слышно спросил парень.              — Пожалуйста… Скажи ещё раз… Назови меня ещё раз так…              Волтер удивился и посмотрел в голубые глаза брата. Наклонившись, он ласково поцеловал его в уголок губ.              — Эмми…              — Н-нх… Почему ты такой нежный…              Омега тихо всхлипнул, а потом прижался к брату. Да, вначале он и правда не хотел близости с родным братом, но сейчас, ощутив его ласку, уже не жалел о принуждении Волтера.              Вдохнув запах Эммета, альфа прижал его к себе, покусывая шею, но не оставляя после себя меток (что являлось для Волтера настоящей пыткой). Парень поменял позу, уложив Эмми на бок. Пристроившись сзади, он вошёл в омегу, приподнимая его ногу одной рукой, а другой надрачивая его член, заставляя стонать.              Волтер целовал любимого в шею, ускоряя движения бёдрами. Он был на пределе, но держался, чтобы не кончить первым. Стоны омеги становились всё громче, он дрожал и выгибался. Неожиданно Эммет вскрикнул и кончил на постель, сжимая член брата внутри.              — О господи, — выдохнул парень.              Волтер уложил брата на спину, выйдя из него. Сняв презерватив, он подрочил себе в руку. Взглянув на тяжело дышащего и дрожащего Эммета, альфа взял его на руки и понёс в душ.              Там он снова надел защиту, а потом вошёл в омегу, придерживая его за бёдра. Эмми положил ладони на стекло душевой кабины, сходя с ума от удовольствия. Большой член брата проезжался по чувствительной простате, заставляя его ещё сильнее течь, выделяя феромоны, привлекавшие Волтера.              Когда они оба кончили, то отдышались, не двигаясь некоторое время. Альфа развернул омегу к себе и впился в губы, начиная мыть его худое тело.              Позже они не говорили о том, что случилось. Волтер разогрел отбивные и картофель, чтобы перекусить. Эммет старался не смотреть на брата. Он тихо ел, ощущая, как вновь возбуждается от потрясающего аромата брата. Он ещё неделю назад заметил, что без ума от феромонов Волтера, когда тот пришёл с тренировки, источая потрясающе яркий запах.              Волтер вытер рот салфеткой, выпил немного сока, а потом взглянул на омегу, который ёрзал на стуле, снова изнывая от желания быть заполненным его членом.              — Эмми, пойдём в постель, — сказал парень, вставая со стула. Он взял омегу на руки, понёс к себе в комнату и уложил на кровать.              Эммет уткнулся носом в подушку, чувствуя морской аромат. В низу живота потянуло, отчего омега тихо простонал. Волтер снял с него халат и стал снова целовать в шею, водя руками по телу.              «Он такой нежный…» — единственная мысль, которая посещала омегу, была совсем неуместна.              — Эмми, какой же ты хрупкий и маленький… Ты так приятно пахнешь, — шептал альфа комплименты на ушко любимого.              Волтер поставил брата в коленно-локтевую позу и стал вылизывать, упиваясь пьянящим ароматом.              «Хоть бы эта течка никогда не кончалась…» — думал альфа, лаская податливое тело.              Пока была течка, он имел право на всё. Но как только она кончится… Он не хотел думать, что будет потом.