Охота на лису.

Ричард сел на диван рядом со мной. - Чем будешь оправдываться? - Я? Оправдываться? Ты же охотник, я думал, ты сам прибьешь его, как только узнаешь, что он вампир. В чем я-то виноват? - Во-первых, ты без разрешения вышел из своей комнаты. Во-вторых, устроил потасовку в моем доме. В-третьих, почему ты мне не рассказал все сразу? И как вы с Глорией смогли встретиться с Эвеном, ведь Орвилл должен был присматривать за тобой? - Ну… Ты только его не ругай… - я замялся. - Понятно, его ты тоже очаровал? - Почему тоже? Больше мною никто не очаровывался. Даже Глория, наверное, теперь ненавидит меня. - Ну, ты действительно погорячился. Надо было выслушать их, посоветоваться со мной. А ты сразу показывать свои клыки. А насчет очарования ты зря, – лорд закинул одну руку на спинку дивана за моей спиной. - Ты считаешь, он ее действительно любит? И не причинит ей вреда? - Я неплохо разбираюсь в людях, ну и в вампирах. По ним можно точно сказать, что они влюблены серьезно и надолго, – Ричард пристально смотрел на меня, а я все это время пялился в пол. - Не так уж хорошо ты разбираешься… - я поднял на него свой взгляд, несколько секунд всматриваясь в его глаза. Затем медленно поднялся. - Ты куда? - Я устал, пойду спать. - Пойдешь завтра со мной на поиски маньяка? - Посмотрим. - Спокойной ночи. - И тебе. Всю неделю Глория бегала на свидания к Эвену, а я безуспешно пытался выпросить у нее прощения за то, что воспринял ее любовь в штыки, не разобравшись. Но девчонка игнорировала меня с завидным постоянством. Ричард большую часть времени пропадал на работе, а я спал. Но зато вечером, вернувшись, он не отлипал от меня. Сидел со мной в библиотеке, когда я читал книгу. Иногда мы разговаривали о чем-нибудь, иногда просто молчали. За ужином он пытался помирить нас с Глорией, но та по-прежнему держала нейтралитет. Тогда он просто рассказывал смешные истории, как он охотился за страшными вампирами и мы с Глорией смеялись вместе. Ночью, пользуясь тем, что меня никто не контролирует, я выбирался из особняка и, как раньше, шатался по крышам многоэтажек, любуясь ночным небом. Что меня тянуло туда, я не знаю. Но там я чувствовал себя свободным. Может быть ближе к Богу, в которого я не верил. Да и говорят, что у вампиров нет души, она продана дьяволу. Но как по мне, глупо верить в дьявола, если ты не веришь в Бога, поэтому в сказку про свою душу я тоже не верил. Было уже довольно поздно, я сидел один в гостиной, Ричард задерживался, а Глория опять убежала на свидание с Эвеном. Я больше не вмешивался. Даже перестал выпрашивать прощения. Если она хочет променять меня на другого вампира, то пожалуйста. Хотя я действительно повел себя импульсивно, а у них настоящая любовь. Что, если бы мне в свое время кто-то сказал, что я не должен любить Сэма? Я бы тоже не понял и разозлился. И дело тут не в выборе. Это просто говорит мое самолюбие. Дверь хлопнула, я поднял голову, в ожидании увидеть охотника (что? я сижу и жду его в гостиной?), но это была Глория. Я вновь уткнулся взглядом в пол, но, проанализировав увиденное, вернул свое внимание девчонке. Она была расстроена. Нет, не плакала, не шмыгала носом. Просто смотрела прямо перед собой пустыми глазами. - Глори? Что-то случилось? Он тебя обидел? Скажи мне, я его убью! Ах он сволочь, я так и знал! - я разошелся не на шутку. - Нет, Терри, у нас с Эвеном все хорошо. - Тогда почему у тебя такое лицо? - я чуть успокоился. Глория села рядом со мной на диван, сложив руки лодочкой на коленях, и принялась их рассматривать. - Ну же, не молчи, малышка. Прости, что я так среагировал на Эвена, это только потому, что я сильно переживаю за тебя, и желаю всего самого лучшего. - Я знаю. Я на самом деле давно простила тебя. Я сегодня встретила свою маму. Случайно столкнулась на площади. - Ты скучаешь по ней? - Нет. До этой встречи, я думала, как хорошо, что я избавилась от прежней жизни. Она не была достойной матерью. Я думала, что она никогда и не любила меня. Но сегодня, увидев меня, она бросилась обнимать меня, начала плакать. Она просила прощения за все, говорила, что любит меня, что скучает и хочет, чтобы я вернулась. - А что ты об этом думаешь? - Знаешь, я спросила ее, живет ли он с ней по-прежнему. И она сказала "да". Я почувствовала отвращение и оттолкнула ее. Эвен увидел, что я расстроена, и увел меня оттуда. - Что тебя беспокоит? Ты хочешь, чтобы она бросила его? - Я не знаю. Мне должно быть все равно. Я думала, что мне все равно. Но сейчас я понимаю, что это не так. И что на секунду я поверила, что она действительно меня любит, просто не умела этого показать. Но когда она сказала, что по-прежнему с ним, я решила, что все это обман. Человек, который любит меня, не стал бы жить с человеком, сделавшим мне больно, - Глори уткнулась мне в грудь и разрыдалась. Я обнял ее и тихонечко поглаживал по спине, успокаивая. Я не знал, что сказать. Да и сейчас это было бессмысленно, ей просто нужно выплакаться. Ей пришлось слишком рано повзрослеть. Спустя несколько минут она затихла, крепко обняла меня и отстранилась. - Спасибо, Терри. Ты мне и правда, как старший брат. Я пойду спать. Эта глупая встреча выбила меня из колеи, нужно просто забыть это, как страшный сон. - Знаешь, я не эксперт в человеческих отношениях. Но тебе просто нужно простить ее. Простить не ради своей мамы, потому что ты пожалела ее, не ради идеи всемирного добра и прочей хрени. А ради себя. И ей даже не обязательно говорить об этом. Это должно случиться внутри тебя. Отпусти ей все грехи, свое несчастное детство, чувство одиночества. Она такая, какая есть. Она твоя мать. Прими ее именно такой. Даже вместе с отчимом. Пожелай ей счастья. И тебе станет легче. Ты личность, ты выросла и больше не нуждаешься в ней. Но маленькая девочка в твоей душе любит свою маму. Признай это. Не надо говорить, что тебе все равно. Люби ее открыто, желай ей добра, уважай ее выбор. Каждый человек счастлив по-своему. Может быть, он с ней совсем другой, и ей хорошо с ним. Ты теперь не зависишь от них. Просто пойми, прости и отпусти. - Терри! Ты такой клевый! - Глори опять начала плакать. - Малыш, прости, я не хотел тебя расстроить. - Нет, ты прав. Я плачу, потому что поняла. Мне было плохо из-за того, что я врала сама себе. Но теперь я не буду этого делать. Спасибо! - Я попал на вечер обнимашек? - Ричард стоял в дверях и с удивлением смотрел на нас. - Да. Присоединяйся, - я улыбнулся, подразумевая, что шучу. Но охотник шутку не оценил и кинулся на нас сверху, придавливая своим телом и двумя руками загребая меня с Глорией в охапку. Девчонка уже смеялась в голос, хотя вроде бы только что рыдала. Ричард, наконец, отпустил нас. - Что у вас здесь происходило? - Знаешь Ричи, а Терри, оказывается, очень умный и душевный человек. - Ну, насчет человека я бы поспорил,- улыбнулся я, показывая клыки. - Я знаю, Глори. Еще какой умный и человечный. За это я его и люблю. - Спокойной ночи, мальчики! - Глори вспорхнула и как бабочка унеслась на второй этаж. - Что это ты только что сказал? - заторможено произнес я. - И тебе спокойно ночи. Я так устал сегодня, - охотник пулей вскочил и скрылся за дверью. - Ну вот, а со мной посидеть? - поскольку никто мне уже не ответил, я тоже отправился спать. Следующий день я провел, изучая книгу ритуалов, но ничего нового для себя не нашел. Вот если бы мне в руки попалась та, которая была у Сэма, настоящая, древняя, а в этой были в большинстве своем догадки и обрывочные знания. Посмотрев в окно, я заметил, что уже стемнело. Поскольку ни Глории, ни Ричарда как обычно не было, решил прогуляться. По ночной дороге изредка проезжали машины. Почти полная луна окрашивала эту ночь волшебным светом. Я направился в сторону города. Неспокойно было у меня на сердце. Я все время оборачивался, как будто это не я хищник в этой ночи, а сама ночь опасное животное, выслеживающее беззащитную жертву. Я почти бежал до виднеющихся вдали многоэтажек. Темнота звенела, как натянутая струна, тянула и звала. И я шел на ее зов. Как оказался на уже знакомой мне крыше - не помню. Лишь прохладный ветер привел меня в чувство. Вздрогнув, я обернулся. Как раз вовремя, что бы встретиться лицом к лицу с тенью.