Призван в тело короля?

Стражники резво надвигались на принцессу и епископа, а я думал о том, что когда заварушка закончится – мне придётся серьёзно потрудиться над кадровыми сотрудниками. Это же никуда не годится! Во-первых, они непрошибаемо глупы и без приказа ничего не могут сделать! Во-вторых – если их можно переманить на свою сторону, просто пообещав больше денег – что же это за стражники? Вот правда, что я буду делать, если епископ сейчас назовёт сумму побольше? Открывать перед ними казну? Но у епископа, как выяснилось, были другие планы. Скрюченные пальцы взметнулись вверх. - О Тёмный Бог, Отец самой Смерти! – возопил он. Я насторожился. Верить в Богов я уже начал. Особенно в богов смерти. Вернее, это не вера, а, скорее, знание. Но все же, я не знал, чего от него ждать. По рядам прошёл шёпот, и аристократы отшатнулись в стороны от епископа. Кажется, даже его собственные сторонники не ждали, что он прибегнет к такому средству. - Даруй мне малую частицы силы своей! – продолжал взывать ко Тьме епископ, – С её помощью я сотру в пыль этих презренных, что пытаются помешать моим планам! Интересно, почему он так уверен, что богу будет дело до его планов? Впрочем, та, что я встретил, была довольно человечна. Мало ли, что у них на уме… Да и говорила она что-то о реинкарнаторах и покровительстве. А чем другие боги заняты - неизвестно… В итоге, его тёмная молитва сработала. Пальцы старика окутала чёрная энергия, и затем он выпустил широкую темную волну в стражников. Две широких волны – по одному из каждой руки. Раздался звук, похожий на удар грома, я инстинктивно зажмурился, а когда открыл глаза – увидел, что епископ не соврал: стражники и правда были стёрты в пыль. Буквально. Вместе с доспехами, оружием и мечтами о тройном жаловании и бочке вина. Что ж, по крайней мере, теперь не решать вопрос об увольнении старых кадров перед набором новых. А вот на лбу у епископа проступил пот, набухла толстая вена напряжения на виске. Эта атака не далась ему за просто так… Но не похоже, что он выдохся и не сможет ее повторить. - Видишь, как всё просто, - хрипло рассмеялся старик, делая шаг в мою сторону. Толпа продолжала отступать, и вокруг него образовалось пустое место, но он не замечал этого или не придавал значения. – Раз – и сила уже на моей стороне. Я молчал, соображая, что можно сделать или сказать, но он принял мое бездействие за признак покорности своей судьбе. - Ты всегда был глуп, Геневис! – продолжил он. – Мы плели козни у тебя под носом и под носом у твоего отца, а вы даже не замечали этого! Мы могли бы продолжать так вечно – но противно было видеть вас на троне, жалких дураков! - Ты всё-таки говоришь о своём короле, епископ, - наконец-то нашёлся я. Слова, конечно, были рассчитаны не на него, а на колеблющихся окружающих. – Прекрати хулить меня, и, может, твоё наказание будет более мягким. - Ты – король?! – вспылил епископ, дергая себя за воротник (у дедка явно были расшатаны нервишки). – Золотая шапка тебя королём не делает! Вы с папочкой – потомственные дураки и тюфяки! Вы были противны всем, кроме Олди и его редких сторонников! Все вокруг, - он обвёл зал руками, и люди едва ли не отпрыгнули в сторону, - Даже те, кто не замешан в нашем заговоре, всё равно ненавидят и презирают тебя, Геневис! - А вот к тебе они прямо-таки лучатся любовью, - заметил я. – Оглянись, старый идиот. Посмотри, какими глазами они глядят на тебя. Может, они и были на твоей стороне, пока ты не показал свою тёмную натуру. - А, это, - епископ улыбнулся. – Это проблема. Скрывать, что ты Его последователь, сдерживаться, когда хочется дать волю своей силе. Проблемой будет и обуздать их страх. Но, знаешь, это уже моя проблема. И когда я начну её решать – тебя просто уже не будет существовать! - Даю последний шанс сдаться по-хорошему! – я старался не потерять лицо. Хотя, наверное, это было слишком мягко и не звучало, как Если я сейчас умру – мне будет уже всё равно, но вот если выживу – все придворные запомнят именно этот момент. И если я начну плакать, лебезить, упаду перед епископом на колени – мне этого не забудут. Да и какие у меня есть еще варианты действий? Никаких. - Да умри уже! – закричал старик, выпуская антрацитово-чёрный луч прямо мне в лицо. Я вздрогнул и приготовился увидеть перед собой ироничное лицо богини, которая сообщит мне издевательским тоном, что я не продержался и часа… Может, если я встречу ее, она даст мне еще один шанс? Подкинет еще тело? Но ничего не случилось. Тёмная энергия... Не ощущалась совсем никак. Она впиталась в моё тело и разлетелась в стороны некрупными брызгами (в том месте, где эти брызги попадали на пол и стены, оставались дыры). - Это... – забормотал колдун, выпучив глаза. – Так не должно быть. Тёмная Богиня... Он выстрелил снова, но эффект опять был тот же. Я взмахнул рукой – и луч тёмной энергии, отрикошетив в сторону, тут же обратил в пыль какого-то вычурного толстяка с мелкими глазами. Впрочем, в этих глазах было столько презрения ко мне, что я не стал жалеть о нём. Толпа начала быстро перемещаться к выходу. - СТОЯТЬ!! – рявкнул я. – Кто попробует выйти из зала – выброшу с самой высокой башни! - Ты... – епископ окончательно потерял дар речи. - Сейчас вы все увидите, - начал я, неспешным, даже торжественным шагом выдвигаясь в его сторону, - что бывает в моём – моём! – королевстве с ослушниками и предателями. - Сдохни, сдохни, сдохни! – у старика прорезались истерические нотки, и он в третий раз попытался убить меня чёрной волной. Что ж... Такому дураку можно только посочувствовать. Чёрная энергия ощущалась на коже только приятными порывами ветра. Я специально шёл медленно, сокращая расстояние между нами, будто вжимая чёрный луч обратно в его руки. Епископ, семеня, отступал назад, но очень скоро упёрся в стену. - Зря ты сделал это, старик, - я покачал головой. Чёрная волна не мешала даже видеть его перекосившееся от страха, злобы и непонимания лицо. И он, наконец, опустил руки. - Ты проиграл, - сказал я ему. - Но и ты не выиграл, - прошипел он мне в лицо. – Ты выжил и продолжишь править страной. Но долго ли ты продержишься? Не знаю, что за силы тебе помогают, но это не исправит того, что ты – дурак и неудачник!! Ох, зря он это сказал. Каждое напоминание о моих прошлых неудачах бесило меня всё больше и больше. Только раньше я не мог сделать вот так... И, размахнувшись, я ударил его кулаков лицо. Епископ даже не закричал, а как-то хрипло крякнул, ударяясь затылком о каменную стену. - И кто теперь неудачник, а?! – я изо всех сил пнул его ногой под рёбра. – Кто теперь неудачник?! А кто – король?! Зал молчал, придворные оцепенели. Во всех взглядах теперь царили только страх и изумление. - Я – король!! – провозгласил я, нанося ещё один удар хрипящему старику. – А этого неудачника – в пыточную. И проследите, чтобы он не вздумал там колдовать.