Призван в тело короля?

Взгляд Тилля стал задумчив. - Ты прав, Геневис, - наконец, ответил он. – Этого я не ждал. И... Не знаю, стоит ли соглашаться. - Что же тебя удерживает? – спросил я. - Ты пришёл поговорить начистоту – что ж, поговорим начистоту, - кивнул он. – Вчера тебя пытались убить. Это был второй день твоего правления. Сейчас я скромный библиотекарь, и моя жизнь вне опасности. Если же я стану вторым лицом в стране... - Лорби могут претендовать на трон... – задумчиво произнёс я эту фразу, прозвучавшую уже в третий раз за время диалога. – И если начнётся серьёзная заварушка, и вокруг трона начнёт крутиться полдесятка возможных претендентов – кому нужен ещё один? - Я могу заявить, что отказываюсь от любых притязаний, - возразил Тилль. Я видел, что ему интересен сам спор, интересны логические доводы, к которым мы можем прийти. - А тебе могут не поверить, - парировал я. – Честность – дело редкое в политике, знаешь ли. - Я могу уехать из столицы. Или вообще из страны. - Заговор длится уже не первый день. Но ты не уехал. Какое-то время он молчал, а потом спросил: - Но почему именно я? - Во-первых, ты умён. Возможно, один из самых умных людей во дворце, и уж точно умнее меня. - Геневис, которого я знал, вряд ли мог бы так сказать, - поднял бровь Тилль. - Геневис, которого ты знал, был ребёнком. Как был ребёнком и Тилль, которого знал я. И в этом вторая причина. - Поясни? – не понял он. - Взрослые лгут, притворяются, носят маски. Дети более честны. Я знаю тебя настоящего, знаю то, каким ты был, пока не надел маску взрослости. Тебе можно довериться. Если ты будешь чем-то недоволен – ты скажешь это мне в лицо, а не будешь действовать исподтишка. - А если стану? – возразил Тилль. – Дети вырастают, взрослые меняются и заводят дурные привычки. - Будь ты интриганом – давно бы уже перебрался бы из библиотеки в более престижные покои, - заметил я. – Но тебе это не нужно – ты слишком горд, чтобы добиваться чего-то. - Возможно, - он не стал спорить. - Ты аристократ до мозга костей, - продолжил я. – А такие люди, во-первых, крепко цепляются за понятие чести – а не только лишь прикрываются им, когда это выгодно – а во-вторых, беспощадны ко всем, для кого честь пустой звук. Именно такой человек мне и нужен, чтобы навести порядок. - Где навести? – уточнил Тилль. - В замке. Для начала, - я махнул рукой в сторону двери. – Затем – в столице. Потом на очереди вся страна, а там уже видно будет. Возможность расти есть всегда, а у меня большие планы, Тилль. - Дождаться не мог, пока станешь королём? – усмехнулся тот. - Я не хотел смерти отца, - догадался я, к чему он клонит, - но и не слишком ей расстроился. Мы с ним были слишком разными по характеру. Многое из того, что делал он, мне не нравилось. - И теперь у тебя есть возможности всё изменить, - он практически угадал мои следующие слова. - Да, - кивнул я. – И я изменю. Изменю – или умру, пытаясь сделать это. - Для тебя это так важно? - Увы, - подтвердил я. – Может, я и хотел бы жить тихо, но не получится. Нас ждут великие деяния. И великие враги, которых нужно будет победить. Какое-то время он молчал. Затем спросил: - Ты уверен в верности слуг, с которыми пришёл сюда? - Не уверен, как не уверен почти ни в ком, - признался я. – Но и причин подозревать именно их у меня нету. А что? - Возможно, - он свёл руки перед собой, - не стоит оповещать всех в замке о моём новом назначении. Не сразу. Отлично. Лорби со мной. - Возможно, - кивнул я. – Ваши предложения, господин советник? - Посадить слуг под домашний арест. Выделить им хорошей еды и вина, чтобы не жаловались – если слуги всё-таки верны, не нужно настраивать их против себя, - решил он. - Разумно, - кивнул я. – А теперь о том, что для нас сейчас важнее всего. Во дворце и за его пределами полно людей. Нужно чётко понимать – кто из них благонадёжен, кто нет, а кто мечется посередине и будет верен любому, кто усядется на трон. - Я услышал вас, Ваше Величество, - кивнул Тилль. Теперь, когда вопрос его должности был решён между нами, мы снова перешли на язык дворцового этикета. - Когда справитесь с этим заданием, - закончил я мысль, - тогда и оповестим замок о вашей должности. Разумеется, сначала позаботившись, чтобы те, кто в списке будет помечен как неблагонадёжный, узнал новости уже за решёткой. - Разумно, - согласился Тилль. – На этом всё. - Видимо, пока да, - я задумчиво направился к двери, но тут же снова развернулся. – Да, ещё одно. Пока я в библиотеке – где здесь у нас что-нибудь про некромантов? - Что именно? – уточнил он. – Книги? Легенды? - Скорее, документация, но и всё остальное не помешает, - решил я. Спустя пять минут я громко позвал слуг, стоящих за дверью – и мы с Тиллем нагрузили их двумя большими стопками книг и свитков. Пускай донесут их до моей комнаты... А там я изолирую их, как и предложил мой новый советник. Спускаясь обратно по лестнице, я размышлял о некромантах. У них с Лорби было кое-что общее. И Лорби, и некроманты могли бы обладать большой властью – если бы недоброжелатели не отняли у них эту власть. Значит, таких союзников мне и нужно искать. Тех, кто был слаб при моих отце и деде, кто не мог подняться. Тех же, кто, напротив, слишком вознёсся – принизить. Большие возможности – слишком сильное искушение даже для тех, кто изначально не думал о предательстве. Когда Лорби предоставит мне свой список, нужно будет разыскать в нём других, похожих на него. Наследников старинных родов, молодых и амбициозных, но не добившихся влиятельной роли. И разобраться. Часть из них, конечно же, не добилась влияния лишь потому, что это бездари. Другие же не так просты – и именно из них мне предстоит сформировать своё окружение. Не нужно быть гениальным политиком, полководцем, реформатором. Нужно быть хорошим психологом и иметь чутьё на кадры. Тогда другие будут нести мне свои идеи, воплощать в жизнь проекты, которые при другом короле были бы похоронены, и выигрывать для меня битвы. А я буду отправлять их в битвы, ставить под их идеями печать – и прославлюсь как великий король.