Киты

На улице ночь небывало красива, Блестит, в дальний путь провожая меня. И я улыбаюсь, но чуточку лживо, В душе понимая: всё это — игра. Прикрыв свои очи, ступаю бесшумно — Я помню, как любит ночь тишину. Не надо тут быть особенно умной Чтобы понять игры сей цену. Увидев высотку, щурюсь довольно. Когда-то здесь жили я и семья. Но знаете… смерть — херня своевольная, Имеет две роли: палач и судья. Шажками спокойными движусь по лестнице, Подушечкой пальца вожу по стене. Когда-то висела здесь лампа подвесная, Но, жаль, год назад побывала в огне. С щелчком открывается дверь беспризорная. Она, как и я, никому не нужна. Но если вы спросите, кто тут свободнее, Я тихо отвечу «точно не я». Иду я бесшумно до самого края (Улыбка завяла при входе сюда), Смотрю тихо вверх, почти не моргая. В груди уже год как одна пустота. Тяну руку в небо, шепча прощания, Второй, подождав, закрываю глаза. Как вдруг громкий вой прерывает молчание, Став мне как в летнее утро гроза. Ослабли конечности, очи распахнуты, Вверх я гляжу, ни жива ни мертва. По небу гордой серьёзною птахою Плыли два синих огромных кита. Была мне их песня до боли знакомою; Выли так горько, надрывно, грустя. И я… вдруг я стала ими ведомою, К краю поближе слегка подошла. Слезу вытирая, тяну руки к звёздам, Взвывая, хватаю за длинны хвосты. А в небе, кружась, плывут по норд-осту, Свободные, цвета лазури киты. Я вою с натягом и щурюсь от боли, Молю о свободе, срываясь на крик. А руки скользят, кровоточат мозоли; Губу закусив, я иду напрямик. Надо мною раскинулось небо с китами, Я смотрю и реву, и кровь по рукам. И воздух как чай беспрерывно глотаю, Мечты мои рушатся вслух пополам. Тянусь я мизинцем навстречу покою, Прикрыв один глаз, я делаю шаг. И тихо, но зычно, всё-таки вою, А после вокруг накрывает всё мрак. Я чувствую этот запах падения, И слышу, как воют киты надо мной. Закрыты глаза, их сжимаю ладонями, А после… последний мой вдох затяжной… Киты не плачут, умирая, А воют громко, до потери сил. А после в небе плавают, страдая, И вспоминают тех, кто их любил... Теперь по небу, грустно воя, Уже не два кита, а целых три Плывут, не изменяя песни строя, До самых утренних лучей зари. Они плывут, не ведая, куда-то. Взывая песней будущих китов. Ну а потом, забрав последнего собрата, Уходят дальше на страницы грустных снов.