Утро добрым не бывает

      Состояние Энакина было ужасно: дикая головная боль, жажда, каждый звук отдается страшным грохотом… Нда-а, похмелье не самое приятное в жизни чувство. Оби-Ван поспешно вырвался из круга «приятных ощущений», которые в данный момент переживал юный Скайуокер и обреченно воззрился на помятого падавана. Энакин, в погоне за острыми ощущениями, опять нарушил уйму правил. Впрочем, со стороны Оби-Вана было бы лицемерием заявить, что ему никогда не хотелось бы попробовать жизнь ночного Корусанта на вкус, но ТАК позорно спалиться перед учителем ему ни разу не доводилось. Интересно, как бы Квай-Гон повел бы себя на его месте? И как стал бы вести себя Энакин? Оби-Ван покачал головой, отгоняя неуместные мысли, тем более, что Скайуокер начал приходить в себя. Со стоном открыв глаза, он узрел наставника, стоявшего у его кровати с таким скорбным выражением лица, словно произошло нечто ужасное.       — Уч-читель… — выдохнул Энакин, силясь принять вертикальное положение.       — Лежи, ты сейчас не в том состоянии, чтобы встать.       Энакин поспешно рухнул обратно на кровать, с тоской ожидая очередной нотации. Но Оби-Ван молчал. Значит, он натворил что-то совсем уж вопиющее, раз у его учителя нет слов. Скайуокер лихорадочно пытался вспомнить хоть что-то из событий прошедшей ночи, но все попытки натыкались на адскую головную боль. Что делать-то?       — Учитель… Я хочу извиниться… — Энакин предпринял еще одну попытку завязать разговор.       — За что? — Оби-Ван очнулся от своих тяжелых раздумий (явно выбирал кару пострашнее) и недоуменно уставился на падавана.       — Ну… За то, что ночью случилось, — Энакин нутром чуял неладное.       — А что случилось этой ночью? — вскинул брови Оби-Ван.       — Я не помню, — после мучительной паузы признался Скайуокер.       — Не помнишь? О-о, так я расскажу: ты без разрешения взял спидер из храмового ангара, сначала принял участие в нелегальных гонках на Нижних уровнях, выиграл их, изрядно помяв транспорт. Потом, вместе с бывшими соперниками отправился праздновать победу в ближайшую кантину с крайне сомнительной репутацией. Поднабравшись, вы решили продолжить соревнования с участием патрульных и сметая все на своем пути. Чудом оторвавшись от полиции, вы через какое-то время разошлись и ты решил вернуться в Храм. Учитывая количество выпитого алкоголя и адреналин, кипевший в крови, ты просто не мог сделать это тихо и незаметно. Непристойные песни было слышно, наверное, во всех уголках Храма, а от твоей бурной радости встрече шарахались даже магистры, немало повидавшие на своем веку.       Оби-Ван не врал, рассказывая ученику о его «подвигах». Джедаи ведь не лгут. Так, слегка приукрасил в некоторых местах. Совсем чуть-чуть.       Энакин с тихим ужасом слушал красочное повествование о своих похождениях. Не удивительно, что Оби-Ван был так задумчив, на этот раз он прямо-таки превзошел себя, обычной лекцией тут явно не обойдется. Тут учитель подошел к столу и налил воды в стакан из кувшина, явно специально принесенного для него. Энакин жадно выхлебал воду и снова попытался собраться с мыслями, чтобы хоть что-то сказать в свое оправдание. Но Оби-Ван уже собрался куда-то уходить.       — Я скоро вернусь, постарайся хоть немного привести себя в порядок этому времени.       К приходу учителя Энакин успел умыться, частично переодеться и безуспешно поискать аптечку. Похоже, это было частью наказания, мол, справляйся со своими болячками сам. Скайуокер со стоном рухнул обратно на небрежно заправленную кровать, пытаясь с помощью Силы избавиться от мерзких последствий ночных похождений, но не мог сосредоточиться. В его страдающую от боли голову закралась мысль, что последняя выходка была и впрямь феерически наглой.       Оби-Ван вернулся, когда Энакин совсем извелся от неизвестности. Он держал за руку маленькую рыжеволосую девочку лет пяти-шести на вид. Такая милая малышка со смешными кудряшками и россыпью конопушек на вздернутом носике. Скайуокер подобрался, позабыв о головной боли, его дурные предчувствия только усилились. Но долго гадать, где подвох не пришлось.       — Познакомься, Энакин, это Лора. Она совсем недавно научилась читать и ей не терпится продемонстрировать тебе свое умение.       Энакин вымучено улыбнулся девочке, которая с восторгом и любопытством смотрела на старших джедаев. Скайуокер казался ей недосягаемо взрослым, что уж говорить об Оби-Ване, который многозначительно смотрел на него.       Оби-Ван посадил Лору на стул возле кровати, вручил ей датапад и поспешил убраться из комнаты, стараясь не злорадствовать слишком явно. Едва девочка начала читать, Энакин мысленно застонал. Нет, для своего возраста у Лоры и впрямь неплохо получалось, по слогам, но почти с выражением. Вот только текст был отнюдь не детским, Энакину предстояло в таком духе прослушать статью о вреде алкоголя.       По возвращении Оби-Ван застал такую картину: Энакин остановившимся взглядом смотрел в стену, явно пребывая уже «не здесь». Подуставшая Лора старалась изо всех сил. Объявив, что на сегодня хватит, он увел девочку, оставив падавана приходить в себя. Хотя, скорее всего, он просто напросто вырубится. Но нет, к его приходу Энакин все также сидел на кровати, только уже гипнотизируя кувшин с водой, ленясь встать и дойти до стола.       — Это ведь еще не все? — с благодарностью принимая стакан с лекарством, осторожно поинтересовался Энакин.       — Чинить разбитый спидер тебе придется самостоятельно, а те деньги, что остались от твоего выигрыша ушли на уплату штрафа и компенсацию ущерба, — ответил Оби-Ван. — Остальное Совет оставил на мое усмотрение.       Проще говоря, ему велели разбираться с проблемным учеником самостоятельно. Впрочем, как всегда. Энакин хмурился, ожидая продолжения.       — Ладно гонки, но в кантину тебя зачем понесло? Ты же не мог не понимать, что это гораздо сложнее скрыть, чем просто ночную отлучку из Храма.       — А правда, что джедаи не пьянеют, сколько бы не было выпито? — помявшись, спросил Энакин. — Я хотел проверить, ну, заодно, только…       Оби-Ван едва не рассмеялся вслух.       — Этому надо долго учиться, Энакин. Чувствительность к Силе не определяет того, что выпив изрядное количество алкоголя ты не опьянеешь.       Скайуокер нахохлился и выглядел совсем несчастным и виноватым. Кеноби вздохнул. Ну вот что с ним делать-то? Каждый раз его ученик искренне обещал, что больше так не будет и какое-то время действительно вел себя примерно, а потом опять брался за свое.       — Ну, а что за безобразная драка позавчера?       Энакин ссутулился еще сильнее.       — Крикс с дружками заявили, что… Ну… — он неловко поерзал, подбирая слова. — Что манеры у меня не очень. Слово за слово и вот…       — Что ж, манеры у тебя и впрямь не всегда идеальны, — задумчиво сказал Оби-Ван. — Но я не вижу ничего совсем безнадежного.       — Значит, вы тоже считаете меня деревенщиной татуинской? — подался вперед Энакин, пропустив вторую часть фразы мимо ушей.       — А разве я когда-нибудь говорил или хотя бы намекал, что так думаю о тебе? — мягко возразил Оби-Ван. — Нельзя судить человека по тому, на какой планете он родился или вырос. А манеры… Со временем ты всему научишься.       У Энакина от стыда уши не просто горели, а дымились.       — Впрочем, одно у тебя и сейчас получается отлично, — неожиданно улыбнулся учитель. — Ты не лезешь за словом в карман и если отточишь до совершенства умение ставить на место собеседника одной фразой, без оскорблений, тебе крайне редко придется пускать в ход кулаки.       Энакин выдавил из себя улыбку. Оби-Ван как всегда нашел, чем его утешить.       — У тебя еще будет время над этим поразмыслить, а сейчас быстро переодевайся, я жду тебя в тренировочном зале.       Это был крайне внезапный поворот событий. Энакин не успел собраться с мыслями, чтобы оспорить приказ учителя, как Оби-Ван добавил:       — Шевелись, Энакин. А завтра и следующие три дня у тебя дежурство на кухне.       Скайуокер мысленно застонал и поплелся в душ. Похоже, возражать было бесполезно.