Эгоист

***

       Третье июля.        Санкт-Петербург. 18:54.        — И главное: помни, девочка моя, в любой ситуации, чтобы тебе не говорили, веди себя достойно! Улыбайся, кокетничай, но никогда не показывай себя настоящую. Старайся поддержать разговор, но не показывай свой ум. Строй из себя дурочку, про покорность тоже не забывай. Мужчинам не нравятся слишком умные, своевольные, — Ирина Андреевна в который раз поправила бордовое платье дочери и окинула ребёнка придирчивым взглядом.        — Ты повторяешь это не в первый раз, мам. Я всё запомнила, — девушка устало кивнула и посмотрела в окно. Ей нет никакого дела, что именно нравится мужчинам. — Игорь приехал. Я пойду.        — Иди, родная, — женщина благосклонно наклонила голову, смотря вслед удаляющейся фигурке дочери, только и ждавшей этих слов.        Мила спешно подошла к автомобилю и, не дожидаясь действий Игоря, уселась вперёд.        — Я хотел выйти и открыть для тебя дверь. Но ты, Милослава, постоянно портишь мои планы, — Царёв завёл автомобиль и выехал с парковки.        — Извини, — нисколько не сожалея о содеянном, Мила отвернулась к стеклу.        Игорь не произнес ни звука за всю дорогу: лишь припарковавшись, он усмехнулся и, быстро обойдя машину, открыл перед спутницей дверь, подавая девушке руку. Та весьма скептически оглядела предложенную ей конечность и неприязненно передернула плечами, самостоятельно вылезая из автомобиля. Весьма неудачно, надо сказать.        Царёв закатил глаза, придержал невесту за талию и повёл ко входу.        — Я могу и сама дойти.        — Я видел, как ты сама вышла из машины. Появилось впечатление, что тебе не восемнадцать, а восемь.        — Ну тебе-то не привыкать. Сам выбрал — сам мучайся.        — Может, в чём-то ты и права. Сегодня день рождения у моего близкого друга. Веди себя прилично. Не дёргайся от моих прикосновений. И давай без твоих выкрутасов, издёвок и шуток. Покорность и дружелюбие — твой девиз на сегодняшний вечер.        — Вы с моей матерью что, в какой-то одной секте состоите?        — В каком смысле?        Мила замолчала — говорить, а уж тем более объясняться с ним ей не хотелось.        — Я тебя предупредил. Не смей позорить меня.        Мила равнодушно кивнула и вошла вместе с женихом в просторный зал. К Игорю с грацией хищника подошёл мужчина, примерно его ровесник, улыбнулся и пожал протянутую руку. Царёв, по всей видимости, был рад видеть собеседника не меньше.        — А это, должно быть, Милослава, — мужчина оглядел девушку с ног до головы и задумчиво покивал. — Вполне неплохо. Но с какого момента тебе нравятся блондинки? Рыжие, брюнетки, но светленьких у тебя не помню.        Лицо девушки осталось таким же, с легкой, немного глуповатой, совершенно фальшивой улыбкой и дружеским выражение, хотя внутри Милу передернуло уже не первый раз от отвращения к этому неприятному человеку, который только что прилюдно оскорбил ее.        — С недавних пор. Мила, знакомься, это Андрей. Тот самый близкий друг.        Почему-то Барсова уверена: следующая встреча с этим мужчиной будет другой. Жёстче. И она точно приложит все усилия, чтобы сбить всю спесь с этого человека. На подсознательном уровне Милослава почувствовала исходящую от Андрея опасность и поежилась. Умный, чтоб его. Разглядывал изучающе. Как садист на свою жертву. Только у блондинки нет склонностей к мазохизму.        — Очень… приятно познакомиться, — девушка как ни в чем не бывало посмотрела на именинника и продолжила, — мои искренние поздравления.        — Благодарю, — Андрей оскалился, пожимая тонкое запястье Милы. — Мне бесконечно жаль, что не получится присутствовать на вашей свадьбе, — вдруг произнёс парень, обращаясь в основном к Игорю, но продолжая смотреть на Барсову.        — Ох, а как нам жаль, — с понимающей улыбкой сказал Игорь, — но ничего не поделаешь, мы обязательно пришлем тебе снимки и видео с торжества, — добавил он и как можно быстрее и незаметнее отвёл друга от спутницы, задавая какие-то встречные вопросы. Девушка наконец выдохнула и взяла бокал с шампанским.        — Боги, вот откуда у меня такие мысли? — Мила прикрыла глаза и сделала небольшой глоток. Почему-то именно сейчас она поняла, что её доводят. И тогда, когда точка невозврата будет достигнута, случится что-то страшное. Человек, загнанный в угол, на многое способен.        Сколько она стояла у окна — чёрт знает. Просто в какой-то момент тихое покашливание вывело её из транса и заставило обернуться.        — Меня немного напрягает твоё состояние. Ты смотришь в одну точку уже сорок минут. Да и гости начинают поглядывать. Мне, конечно, нравятся тихие, послушные девушки, но не путай их с безэмоциональными брёвнами.        — Ты что-то хотел? — Мила пропустила слова мужчины мимо ушей и равнодушно на него оглянулась. — Я могу уже отсюда уехать?        — Нежная моя, куда это ты так скоро собралась? Вечер в самом разгаре, — Игорь взял девушку за руку и повёл её к танцующим. — Нужно уметь расслабляться и веселиться. У тебя это плохо получается.        — Так я и расслабляюсь. В кругу своих друзей. Но среди приглашенных их нет, насколько я смогла рассмотреть.        Игорь положил руку на талию и прижал партнёршу к себе, закружив в танце.        — Что, даже я?        Милослава игнорирует мужчину и отдаёт всю себя, без остатка, движениям, музыке и… Танго — танец, исполненный страстью, любовью, балансирующий на грани мечты и реальности. Танец соблазнения и игры на чувствах. Шаг назад, и девушка выскользнула из объятий на долю секунды, но он поймал и притянул её обратно. Рваный вдох. Взгляды встретились, мир потерял свою чёткость, красочность. Тело горело, плавилось в объятиях мужчины, на пару мгновенье они разлучились. Танго — это вызов. Сейчас они — враги, сошедшиеся лишь на минуты танца. Немое противостояние, которое пока заключается лишь в танце. Глубокий прогиб в спине, глаза в глаза. Мужчина становится жрецом танца, сходящим с ума от своей партнёрши. Резкий поворот.        И мелодия оборвалпсь. Они останавились, тяжело дыша. В этом огненном танце никто не остался победителем или проигравшим. Сегодня. Танго — это оружие, это ритуал, который необязательно заканчивается любовью.        — Браво, Игорь, Милослава, браво, — Андрей разрушил такой стеклянный, хрупкий момент между двумя людьми аплодисментами: ненависть одной из них доходит почти до пика, а одержимость второго растёт с каждым днём. — Это было… горячо.        Мила поправила платье, абсолютно не подходящее для такого танца, и стремительно покраснела. Это было действительно странно. Необычно. Она и раньше танцевала танго. Но ни с кем оно не выливалось из чётких, механических движений в танец, в котором бурлят эмоции, взрываясь, донося её до небес и скидывая на землю.        — Приятно слышать, — Игорь усмехнулся и притянул блондинку к себе. — Мне тоже очень понравилось.        — Думаю, тут всем гостям понравилось, — мужчина посмотрел поверх головы Милы и довольно улыбнулся. — А вот и торт.        Дальнейшие часы прошли для Милославы смутным пятном. Царёв всё время придерживал её за талию, не отпуская от себя ни на шаг. Да и Мила не особо стремилась вырваться: ноги дрожали, мысли путались, и без поддержки она осела бы на пол. Лица гостей девушка не запомнила — они калейдоскопом мелькали перед глазами. В какой-то момент она просто выпала из реальности, придя в себя лишь в салоне автомобиля.        — Отдыхай, скоро уже поедем, — Игорь пристегнул девушку и, закрыв дверь, сел на водительское место.        Мила заторможено моргнула и откинула голову назад, устраиваясь как можно удобней. Ее внимание привлёк пейзаж за окном: машины мягко летели по трассе, вдали мелькали дома, магазины, где-то горел свет.

***

       Четвертое июля.        Санкт-Петербург. 00:37.        — А я уже начала волноваться, — Ирина Андреева улыбнулась, стоило Миле появиться на пороге дома.        — Могла бы позвонить, телефон всегда был со мной, и я его не отключала.        Милослава отбросила каблуки и закрыла глаза от наслаждения.        — Рома запретил звонить, сказал, вдруг вы там чем-то интересным занимаетесь, — женщина поиграла бровями, наливая чай в кружки.        — Ну мама! — Милослава скривилась и присела на кухонный диванчик, потянувшись за чашкой.        — А что сразу «мама»? Вдруг Игорь все же смог добиться своего? Я же не знаю, что происходит вне поля моего зрения.       Следующие полчаса мать и дочь пили чай в тишине, пока не разошлись по комнатам.

***

       Мила открыла глаза и потянулась. Как ни странно, но девушка выспалась. Даже настроение хорошее, что в последнее время для неё — роскошь.        — Ну наконец-то, два часа дня уже, между прочим.        Мила вскрикнула и схватила с прикроватной тумбочки канцелярский ножик, выставляя его вперёд.        — Нежная моя, ну зачем так орать? У меня уши заложило, — Игорь демонстративно закрыл уши руками.        — Ты что здесь забыл, маньяк чёртов?! И почему родители тебя впустили, не предупредив меня?        — Ты ножичек-то убери, — Царёв отобрал острый предмет у девушки и завалился на кровать.        — Ты не ответил.        — Так они и не знают, что я здесь.        — Не поняла. А как ты сюда попал?        — Как, как. Через окно, — Игорь пожал плечами.— А нечего было его на всю ночь открытым оставлять.        — Боги, достался же придурок, — Мила возвела глаза к потолку и раздражённо ударила Царёва по плечу. — Дверь для кого придумали?        — Ну нет, дверь — это скучно. И совсем не романтично, — с намеком произнёс он.        — Зачем пришёл-то?        — Ты вставай, собирайся, мы едем развлекаться. Только надень что-нибудь обычное. На каблуках там будет неудобно.        Игорь встал, оставляя девушку сидеть на кровати и возмущённо сверлить его спину, и вышел, спускаясь к будущим родственникам.        Мила с неохотой покинула тёплую постель, направляясь в ванну. Девушка быстро умылась, собрала волосы в хвост и направилась к шкафу. Вот возле него она провела достаточно много времени, Игорь даже пару раз наведывался, вопрошая, не желает ли драгоценная невеста поторопиться. Драгоценная невеста не желала, поэтому в отместку стояла и выбирала ещё дольше. Среди кучи платьев удалось найти джинсы и майку, чему Мила несказанно рада.        Девушка спустилась вниз и заглянула в зал, где сидели родители с Царёвым.        — Я готова. Поехали?        Игорь поднялся с дивана и, попрощавшись со всеми, взял Милу за руку, повёл её к машине, словно она могла сбежать.        Не видя никаких признаков цивилизации за окном, Мила встревоженно посмотрела на мужчину.        — Куда мы едем?        — За город.        — А конкретней?        — На месте увидишь.        — Я надеюсь, ты меня не расчленять там будешь.        — Ты целая мне больше нравишься.        По истечении ещё тридцати минут, Игорь и Мила вышли из машины.        — Ты сейчас издеваешься?        — А что не так? Ты не любишь лошадей?        — С самого детства у меня несколько страхов. Никтофобия, клаустрофобия, арахнофобия и гиппофобия. Ты привёз меня к последним.