Будущая Миссис Малфой

Драко проводил всех гостей, родители уехали и он понял, что Грейнджер, а теперь Малфой Гермиона стала его, навсегда. Он поднялся наверх, где его ждала она, та сама любимая, неповторимая, восхитительная, его жена. Драко стоял на пороге новой хозяйской спальни. Он любовался своей женой. Он и представить не мог, что уже сегодня она окончательно станет его, вся полностью, и без остатка. Он ничего еще не желал с такой силой, он хотел ощутить прикосновения её нежных рук, он хотел целовать её. Девушка стояла в белом шелковом платье перед огромным зеркалом, она смотрела на свое отражение в сумраке комнаты освещаемой лишь несколькими свечами. Этот глубокий сумрак успокаивал её и дарил необычное волнение. Она уже несколько минут видела в отражении Драко, стоящего у нее за спиной. Все её переживания растворялись в его взгляде. Он с такой нежностью смотрел на нее. Гермиона повернулась лицом к нему словно давая понять что она не возражает. Драко подошел к ней и обойдя со спины взял за руку. Он начал покрывать поцелуями её плечи шею. Он так не хотел, что бы девушка его боялась. Он вкладывал в свои поцелуи всю нежность, на которую только был способен. — Ты будешь самой замечательной женой. — Прошептал Драко Он томно целовал её шею, приближаясь к губам. К медовым губам, которых жаждал постоянно. Ничего другого ему не нужно было, ему было необходимо, что бы эта девушка всегда оставалась рядом. Гермиона очень волновалась, прежде они никогда не были так близки. Она и предположить не могла что эта ночь приблизится так близко. Она окуналась в пьянительный омут желания. Своими поцелуями он разжигал в ней неописуемое желание. Звон бокалов. Терпкий вкус шампанского. И вот в голове уже легкое помутнение от выпитого напитка. Драко разбавлял это помутнение настойчивыми поцелуями… — Моя, только моя, и всегда моей будешь… — Шептал он словно в бреду. Он ловкими пальцами добрался до её груди через глубокое декольте. Её кожа была такой нежной, и такой пьянительно искушающей. Еще бокал шампанского. И вот уже одежда слетает с их тел. Он поднимает её на руки и несет на кровать. Он не прекращая покрывает поцелуями каждый миллиметр её кожи. Драко упивался запахом любимой девушки. Она такая сладкая, такая горячая. Он на секунду оторвался от неё и стал рассматривать свою жену в сумрачном свете луны. Они оба не заметили, как потухли свечи и комната стала освещаться лишь серебристым струящимся светом. «Такая она лишь для меня» Драко наслаждался этой мыслью. Гермиона была так прекрасна в свете луны. ее кожа становилась серебряной, а глаза такими глубоким. Он лег рядом с ней и начал еще настойчивее целовать её. Он старался держать себя под контролем, он в жизни не хотел так никого. В этом были совершенно новые и невиданные до этого ощущения. Еще два леветированых бокала с шампанским, и сознание Гермионы отказывалось принимать какую-либо информацию. Она полностью отдавалась чувствам желаниям и инстинктам. Рука Драко скользнула в низ по животу Гермионы, и она вздрогнула от ощущения сладостной истомы. Девушка извивалась под напором рук своего молодого мужа. Быть еще ближе, вот чего она хотела. Но Драко старался не торопиться. Они теряли счет времени, для них каждая минута была вечностью, вечностью созданной только ими двумя. Он прислонился к её уху, и тихо произнес: — Моя! И больше ничья! Никому никогда не отдам! После этих слов он целовал её, пытаясь не пропустить ни одного миллиметра её тела. Его правая рука скользнула по её талии и прижала к себе. Он пытался всё замедлить, что бы запомнить раз и навсегда когда его жена, стала женщиной. Она была настолько божественна, что он даже, и представить не мог, какое счастье ему досталось. Они слились в страстном поцелуи. Гермиона отдалась ему вся. Драко прижал её к себе и стал медленно и очень бережно входить в нее. Боль пронеслась по всему телу Гермионы. Она закричала. Но вскоре боль перешла в очень приятные ощущения в её теле. Все наслаждение было в легком омуте созданным из шампанского и его поцелуев. Драко снова страстно целовал Гермиону в губы. -Первым у нас с тобой будет мальчик. — Прошептал он. Он зарылся в её волосах. «Теперь она моя, только моя, навсегда.» Он, наконец-то перевернулся на бок, прижав Гермиону к себе горячими руками. Он не хотел отпускать её ни на секунду. Он готов был обнимать её целую вечность. Гермиона тихо уснула в его объятиях, а он продолжал гладить её бархатную кожу, и думал о том, что их ждет впереди.