Ключи

Рен с любовью смотрел на Хакса, который с аппетитом обедал. — Передашь повару мою благодарность, — сказал Хакс. — Очень вкусно готовит. И как тебе работа? Согласись, ежедневная занятость является прекрасной профилактикой дурацких мыслей. А то ты просто с ума сходил от ничегонеделания. — Я хочу, чтобы мы снова жили вместе, — ответил Рен. — Я могу купить дом в Саут-Бенде, сам выберешь… — Нет, — перебил его Хакс, непроизвольно повысив голос. — Никакого совместного проживания. Рен приоткрыл рот, явно собираясь сказать что-то резкое, но промолчал. — Мне хватает наших встреч раз в две недели, — добавил Хакс. — Ты приезжаешь только ради секса, — с обидой произнес Рен. — Мне нужно больше, чем секс. — Но ты же любишь трахаться, — возразил Хакс. — Разве не так? Мы прожили вместе почти семь лет, и ты убедительно доказал, что не приспособлен к семейной жизни. Рен низко наклонил голову, и Хакс заметил шрамы среди его волос. Ему захотелось прижать Рена к себе и не отпускать. Но тут он вспомнил, из-за чего появились эти шрамы, и рассердился. Хаксу, как когда-то, захотелось помучить Рена, заставить его страдать. Он ужаснулся этому желанию, но не удержался от искушения. — Я вернусь к тебе, если ты выполнишь мои условия, — заявил Хакс. Рен радостно улыбнулся. Но улыбка исчезла, когда он услышал: — Первое. Я встречаюсь, с кем захочу. С тем же Марвином, например. Думаю, ты не будешь против, ведь я не буду требовать от тебя верности. Второе. Никаких сессий, драк и оскорблений. Любое неприятное для меня слово, и мы расстанемся. Третье. Счета за дом будут раздельными. Никаких дорогих подарков с твоей стороны. Дом пусть принадлежит тебе, моей зарплаты хватит, чтобы в случае чего снять квартиру. — Это похоже на жизнь по соседству, — не выдержал Рен. У него болела голова с самого утра, он принял двойную дозу анальгетиков. Боль вспыхивала в затылке при громких звуках или бликах света. Рен успешно притворялся, что с ним все в порядке, делая это ежедневно со дня аварии. — Извини, но я безумно устал от твоих проблем, — вздохнул Хакс. — Твои бывшие любовники, которые вдруг вспоминали, что когда-то трахались с Кайло Реном и теперь он им позарез нужен. Травмы, попытки суицида, обвинения непонятно в чем, измены, ложь. Проще жить как хорошие соседи, иногда заниматься сексом, обедать вместе. — Это все требования? — спросил Рен с печальным видом. — Нет, не все. Никаких травм и больниц. И в одну машину с тобой я не сяду, ясно? — Хакса передернуло при воспоминании об аварии. — Кстати, я так и не услышал благодарности за то, что выгородил тебя перед полицией. — Ты выгородил? — Рен насмешливо приподнял брови. — Ну да, ты лжесвидетельствовал, спасибо за это. Но на самом деле мне помог Майкл. Хакс уставился на него с глуповатой улыбкой, не зная, как реагировать на эту новость. — Он позвонил, когда я был в больнице. Сказал, что надавил на знакомых в полиции, чтобы делу не дали ход, — объяснил Рен и добавил: — Я оплатил все убытки, дороговато получилось, но что поделать. Лучше так, чем тюрьма. Ведь твоих слов было недостаточно. Свидетели утверждали, что я был в сознании, когда повернул на встречную полосу. А ты говорил, что я вырубился. — Ну что же, хоть какая-то польза от давнего знакомства, — хмыкнул Хакс. — Поздравляю. Надо было поехать к нему, отблагодарить. Ведь от него пользы больше, чем от меня. — Он умер год назад. И ты никогда не был бесполезным. — Рен смотрел в свою чашку так, словно там происходило нечто увлекательное. — Хочешь еще кофе? — Нет. — Хакс взглянул на часы. — Мне пора. В общем, ты подумай над моими требованиями, хорошо? — Никаких проблем, свободные отношения, никакой ревности, сессии исключены, никаких больниц и аварий, — перечислил Рен. — Что-то еще? — Да ничего, — пожал плечами Хакс. — Ах да, ревность. Хорошо, что ты о ней заговорил. Я не желаю, чтобы ты даже молча ее выражал. — Такое впечатление, что я должен полностью измениться, — не без горечи ответил Рен. — Сломать себя. — Как хочешь, так это и расценивай. — Хакс положил на стол плату за обед. — До встречи. Он прикоснулся к руке Рена, провел пальцами по ладони. — И убери татуировку с шеи, — добавил Хакс. — Не позорься. После его ухода Рен отнес посуду на кухню. — Все нормально? — спросил Клайд. — У тебя вид странный. — Нормально. — Рен вернулся за стойку. — Иди, занимайся своими делами. Он заставил себя сосредоточиться на работе и не думать о словах Хакса. Рен отвечал на реплики клиентов, улыбался, а в голове разрасталась острая боль, заставляя его нервно дергаться и мечтать о тишине. Вернувшись домой, Рен сел на кровать, Милли немедленно запрыгнула ему на руки. — Моя принцесса, — сказал Рен. — Моя прелесть. Милли зевнула. Рен не понимал, хочет он есть или нет, чувство голода после аварии притупилось. Он знал, что необходимо поужинать, но в итоге растянулся на кровати, прижимая к себе кошку. Рену стало легче, когда он закрыл глаза и расслабился. Он представлял новый дом и Хакса в нем. Рен прислушивался к мурчанию кошки, думая о том, а стоит ли ломать самого себя ради Хакса. Ответ пришел почти сразу: стоит. Рен прикинул, к какому риэлтору лучше обратиться, и составил список требований к дому. Он начал планировать обстановку и разные бытовые мелочи. Как и раньше, Рен собирался окружить Хакса идеальным комфортом. В дверь постучали, а потом раздался голос Клайда: — Можно войти? Рен медленно уселся и ответил: — Входи. — Я вот принес, — сказал Клайд, закрывая за собой дверь. Он показал две упаковки пива и бутылку бурбона. — Устроим завтра выходной. — Клайд оглянулся в поисках стульев. — Хм, у тебя один стул. А мебели всего ничего. Ты как монах живешь. — Садись, — Рен указал на кровать. — Места предостаточно. Ты хочешь напиться? — Да, — честно ответил Клайд, поставив упаковки на пол. — Стаканы есть? — Вон там, — Рен кивнул на подвесной шкафчик в крохотной кухне. Ему не нравилась идея Клайда, он не любил алкоголь и хотел остаться в одиночестве, но так и не прогнал незваного гостя. Рен чувствовал себя отвратительно после слов Хакса. Он подозревал, что стоит ему надавить, и Хакс откажется от своих требований. Но Рен слишком устал, чтобы на кого-то давить. Он испытывал желание сдаться и сломаться так, как хотелось Хаксу. Рен верил, что все наладится, как только он снова будет жить с Хаксом. Что-то подсказывало ему: это самообман. Клайд вручил ему стакан, в который налил немного бурбона. — Я редко надираюсь, — сообщил он, салютуя Рену своим стаканом, — но иногда хочется. Рен почти не почувствовал вкуса напитка, разве что жидкость немного обожгла рот и горло. — Спит? — Клайд присмотрелся к кошке, лежащей на груди Рена. — Надо же, какая спокойная. — Она моя спасительница. — Рен допил бурбон и взял банку пива. — У меня была «Сессна», я поднялся в воздух, прихватил с собой пистолет. Решил сыграть в русскую рулетку. И вдруг появилась Милли, не мог же я ее убить. Ошарашенный Клайд глотнул прямо из бутылки. — И часто ты… — Его взгляд упал на левое предплечье Рена, покрытое грубыми белесыми шрамами. — Но почему? У тебя дохрена бабла, ты устроен в жизни, никаких проблем. Это мне впору в рулетку играть. Я развелся с женой, вижу своего ребенка дважды в месяц, да и то под присмотром Бекки. Живу в поганой съемной квартирке, мои соседи — конченые придурки. Надеюсь встретить женщину своей мечты. Но, судя по всему, мне придется до конца дней дрочить и мечтать. — Я не знаю, почему хочу умереть. — Рен забрал у него бутылку. — Я встречаюсь с Армитажем раз в две недели. Он выдвинул ряд требований для совместной жизни. Но если я их выполню, то окончательно сломаюсь. — Мужик, тебе нужно к психологу, — кивнул Клайд. — Мой брат после Ирака остался без левой руки, понятное дело, захандрил. Но я уговорил его сходить к психологу. Теперь брат, конечно же, все равно хандрит, но не пытается выстрелить себе в рот. Рен, слушая его, сам не заметил, как прикончил половину упаковки пива. Он не напился, но впал в мрачное расположение духа. — Две крупные аварии, — начал перечислять Рен, — несколько попыток разнести себе голову пулей, мой мастер изрезал меня с ног до головы, бывший любовник сбросил меня в подвал. Ах да, я находился в здании, которое взорвали. — Ни фига себе, — свистнул Клайд, заставив Милли открыть глаза. Она уставилась на чужака и дернула хвостом. — Я бы давно сдох, а ты ничего, живой. — Вот именно — ничего. — Рен успокаивающе погладил кошку. — Последние шесть лет я только и делаю, что пытаюсь умереть. Мне подавали идею, что это связано с Армитажем, но я не хочу в это верить. — Нашел бы ты кого-то взамен своего Хакса. — Клайд протянул ему бутылку. — Глядишь, и жизнь бы наладилась. Ты места себе не находишь накануне приезда Хакса, а потом психуешь остаток недели. Кошка спрыгнула на пол и спряталась в шкафу. — Я хочу быть с Армитажем. — Рен устроился поудобнее, не собираясь отдавать бурбон Клайду. — Люблю его с первого дня, как увидел в университете. Ради него готов на все. Если он хочет, чтобы я себя сломал, то я так и сделаю. — Да брось, — махнул рукой Клайд. — Забей на него, мало ли рыжих и тощих? Рен пил бурбон как воду, с непривычки его быстро развезло. Он запомнил только, как Клайд снял с него обувь, а потом память отключилась.

***

— Черт, — стонал Клайд, хватаясь за голову. — Как же болит… Он повернулся и увидел Рена, который лежал рядом с ним. Рассматривая его спину, Клайд забыл о похмелье. Кожа была густо покрыта полустертыми шрамами разной глубины и давности. Клайд прикоснулся к одному из них, Рен вздрогнул и повернулся. Примерно с минуту он озадаченно смотрел на Клайда, а потом спросил: — Мы трахались? Клайд заглянул под одеяло. Он, как и Рен, был обнаженным. — Не помню, — ответил Клайд. — Ну, задница у меня не болит, — преувеличенно бодро сказал он, — значит, ты меня не отымел. — Хм, тебе в голову не приходило, что ты мог меня трахнуть? — Рен потер затылок. — Да плевать. Он натянул трусы и, прихрамывая, направился к холодильнику. — Держи, — Рен протянул Клайду бутылку минералки. — И вот еще. — Спасибо. — Клайд проглотил таблетку аспирина и запил ее. — Мы вчера нажрались как свиньи. — Свиньи не употребляют бурбон. — Рен тоже принял аспирин, а затем улегся под одеяло. — Спи, подхватился ни свет ни заря. Клайд хотел сказать, что никогда не спал в одной постели с мужчиной, но его сморил крепкий сон. — Моя принцесса, — улыбнулся Рен, увидев Милли. Кошка осторожно выглянула из шкафа. — Проголодалась, сейчас я тебя накормлю. После расставания с Хаксом Рен вел довольно аскетичную жизнь. Обстановку он продал вместе с домом, почти все свои личные вещи подарил служащим клининговой компании, позволив им забрать что угодно. Себе Рен оставил две небольшие сумки с одеждой. Книги и разную мелочь он сложил в шкаф в новой квартире. Рен вымыл и вытер миску, насыпал в нее корм, сменил воду и вычистил лоток. Голова болела меньше, но Рен решил еще немного поспать. Только он снова улегся, как в дверь постучали и послышался негромкий голос: — Мистер Рен, это Джон. Рен оделся и вышел в коридор. Управляющий, немолодой мужчина, с любопытством посмотрел через плечо Рена в комнату, но не успел ничего увидеть: Рен закрыл дверь. — Извините, что так рано, — Джон кивнул в сторону лифта, — жильцы с пятого этажа жалуются на тонкие стены. Скандалят второй день. Пытаются доказать, что квартплата неоправданно завышена. — Я знаю этих людей, — Рен нахмурился. — Они часто задерживают квартплату, что же, придется с ними расстаться. Их жалобы не имеют никакого значения. Они хотят придраться, вот и все. — Будет лучше, если вы им сами скажете об этом. Рен сомневался, что его помятый, похмельный вид вызовет доверие, но был вынужден исполнить просьбу Джона. Если раньше управляющий сам справлялся с подобными проблемами, то после того, как Рен поселился в этом доме, Джон спихнул на него часть своих обязанностей. Что подводило Рена к мысли: Джона нужно заменить. Он уже начал подбирать нового управляющего и имел на примете две кандидатуры.