Новая жизнь

Дамблдор уже стоял минуту, после чтения мыслей. На лбу залегла глубокая складка. Кажется, наконец обдумав все увиденное, он сказал: — У мальчика большая сопротивляемость легилименции, — профессор вздохнул. — Гораздо большие опасения вызывает причина этой сопротивляемости. Вполне возможно, что Том завладел телом Гарри Поттера. Ни одной мысли так и не удалось узнать. — Это ещё кто?! — Куросаки явно недоумевал по поводу этого заявления. Ему точно было известно, что у него не было в теле никаких Томов, только если… — При всем уважении, Дамблдор, но вы не назвали ни одной причины этих выводов, — кажется Снейп не поверил профессору, но все равно уставился на Поттера ненавидящим взглядом. — Прости меня старика, причины есть. Северус, как ты помнишь заклятие Волдеморта отразилось от Гарри, но оставило этот шрам. Так вот, есть предположение, что этим самым заклятием он отделил свою душу и поместил крестраж прямо в этот шрам. Снейп побледнел, совсем слегка, но было заметно, как он нахмурился и отвел взгляд в сторону. Ичиго задумался. Получается, именно духовную нить этого Волдеморта он и увидел в своем внутреннем мире. Да ещё и крестраж. Совершенно точно надо было разузнать об этом побольше. Дамблдор тем временем продолжил: — Крестражи имеют одно пренеприятное свойство, они подчиняют волю рядом находящихся людей. Когда я проник в мысли Гарри, я не увидел ничего, я не почувствовал даже самого его присутствия. Единственное, что там было, это магия Реддла, — профессор перевел взгляд на Снейпа. — Это еще пока не точно. Вполне возможно, что он просто хороший окклюмент, но наблюдение за мальчиком определенно надо усилить. Мне бы хотелось надеяться на лучшее, но сам понимаешь… Кажется, этого Реддла не сильно тут любят. Но наблюдение? Ичиго точно не замечал никаких наблюдателей с необычной реацу. Куросаки обратил внимание на Дамблдора. Его духовная нить ничем не отличалась от нити обычного человека. Вот кажется и нашелся ответ. Для шинигами было удивительным узнать, что человек со сверхъестественной силой может не иметь особой реацу. Даже квинси и то имели определенный оттенок силы. В палату зашла медсестра, и разговор прервался. Она несколько удивилась, заметив Дамблдора, но быстро прошла за одну из ширм. Кажется Дамблдор не хотел лишних свидетелей, поэтому он предложил Северусу продолжить разговор в другом месте. Они вместе ушли из палаты. Куросаки же последовал за ними. Вот они опускаются на первый этаж и подходят к одному из каминов. Он был довольно высок, так что Дамблдор без труда прошел туда… что?! Он взял в кулак нечто напоминающее сажу и кинул ее под себя произнеся что-то. Ичиго не расслышал, что он сказал, но сразу после этого профессор исчез в огне. — Какой-то странный способ самоубийства, — невольно вырвалось у Куросаки. Впрочем никого из окружающих это не удивило. Северус тоже прошел в камин и повторил те же действия. — Хогвартс, кабинет директора. Теперь Ичиго наконец услышал эту фразу. Судя по всему, это один из магических способов перемещения. Куросаки решил вернуться к своему телу. Правда в него возвращаться совсем не хотелось. Если волшебники могут с легкостью прочитать чужие мысли, то что ещё они могут сотворить с ним. Невольно вспомнилось то самое круцио. Куросаки сразу не обратил внимание, но все его духовное тело было в мелких порезах. Получается это заклинание пытает душу, а не тело. Он передернулся от этих неприятных воспоминаний. Чтоб ему ещё раз такое испытать. Точно надо найти способ противостоять этому. Забавно, сколько всего у Ичиго было запланировано буквально за один день, да только возможности все это осуществить у него пока не было. Надо было как-то связаться с этими волшебниками более материально. Тем временем он уже подошел к своей кровати. Теперь Ичиго мог хорошо разглядеть Гарри Поттера. Мальчик был довольно низким, Куросаки точно был раза в три выше, и худеньким. Правда, когда Ичиго находился в теле, он не сильно ощущал это. Нет, разумом он понимал, что он полностью изменился, да только сам он не чувствовал какого-либо дискомфорта. Тут он посмотрел на этот шрам. Сам Куросаки не сильно обращал внимание на него, все равно тот был не слишком заметным. А вот стоило. В шраме был след той самой реацу того Волдеморта. Не такой ощутимый, как во внутреннем мире. Ичиго, кстати, решил туда сгонять, если магия осталась в теле, то что там? Оказавшись там, он резво поскакал по многоэтажкам в сторону той души. Как он и думал, изменения были. Область той аномалии существенно уменьшилась. Теперь она была размером всего два метра, и легко можно было увидеть что находится в центре. Точнее кто? Лежал там обезображенный мужчина, искромсанный, кажется, до кости. Сквозь эти повреждения вполне хорошо просматривались довольно утонченные черты лица. Если его вылечить, то выглядеть он будет очень даже неплохо. Похоже, до этих ран он был очень красивым. Получается, это тот самый Том. Его даже жалко стало. Куросаки хоть и выходил из сражений часто еще в худшем состоянии, но его хотя бы после этого лечили. А этот Реддл, кажется, лежит тут уже больше пяти лет. Наконец, плюнув на все свои переживания, Ичиго подошел к Тому и влил в него свою реацу. Хоть бы это сработало. Раны начали затягиваться на глазах. Кожа до этого бледнющая получила здоровый оттенок. Аномалия тем временем полностью исчезла. Куросаки тем временем все вливал и вливал. Внешних изменений так и не появилось, да только Ичиго так и не заметил, как его духовная нить тесно переплелась с нитью Тома. Реддл кажется пришел в себя. Он легко распахнул свои глаза и неверяще взглянул на Куросаки. Можно отдать должное, только взгляд и выдавал его, в остальном внешне он оставался спокоен. Наконец он обратился к Ичиго: — Кто ты такой, жнец? — немного дергано, совсем немного, почти незаметно, спросил тот. Кажется, Куросаки раскрыли. Но он совсем не испугался и только весело представился: — Временный шинигами, Куросаки Ичиго!