Первый Аркобалено - Тсунаеши Савада!

      Шелест. Звуки шуршания. Шатен открывает глаза, и видит как Реборн роется в его столе. Еще рано, до школы почти два часа. Тсуна вздыхает, отключает будильник и встаёт с кровати. Медленно, чтобы его не заметили, подходит к Аркобалено и обнимает.       Брюнет, слишком увлеченный своим действительно интересным занятием, вздрогнул и направил превратившегося в пистолет хамелеона Леона на мальчика.       — Воу! — Тсунаёши отшатнулся, подняв руки в примирительном жесте. — Полегче, Реборн! — нервничая попросил школьник. Попытавшись отойти от дула пистолета, Тсуна опять упал из-за своей неуклюжести.       — Никчемный Тсуна, — угрожающе (или страшно-мило?) Реборн хмыкнул. — Продолжишь так делать и окажешься с дырками в голове, — с ухмылкой произнес «солнышко». — А раз уж ты проснулся, то сделай пятьдесят отжиманий и приседаний, живо! — не увидев нужной реакции, Аркобалено сделал предупреждающий выстрел в открытое окно. Даже со своего места Савада смог увидеть бедную жертву проклятого младенца.       «Да упокойся ни в чём не повинный цветок. Твою жертву я буду помнить… Ага, буду! Да завтра уже и забуду, знаю я свою память… Та ещё любительница погулять!» — подумал Тсунаёши, но вслух этого не сказал. — Бука, ты, Реборн! — надувшись, произнёс карамелька, не став протестовать. Киллер лишь хмыкнул и продолжил свое занятие.       Тсунаёши сидел в классе и читал книгу. Ничего его не волновало, пока его парту не перевернул переведённый ученик из Италии и не потребовал встретиться после школы. Отказ явно не принимается, и ему придётся тащиться и разбираться с хулиганом. Хорошие перспективы, ничего не скажешь! Однако, мальчика радовало внимание его одноклассника, Такеши Ямамото, предложившего помощь. Он мило улыбнулся бейсболисту и поблагодарил за предложение, но отказался.       Когда шатен пришёл, седовласый курил за школой. Хаято смерил хмурым взглядом претендента на место Босса и недовольно цокнул языком. Тсуна непонимающе наклонил голову вбок.       — Я — Хаято Гокудера, и если я тебя убью, то займу место босса Вонголы! — не дав Саваде ничего сказать, он атаковал.       Начался «бой»…       Очень смущённый Тсунаёши пытался успокоить Гокудэру, который клялся ему в верности. На все доводы разума подрывник не успокаивался, а лишь сильнее восхвалял шатена. Эту странную ситуацию прервал Хибари, пришедший на шум «сражения». Школьникам пришлось быстро ретироваться с места действа, ведь доведённый до белой горячки ГДК страшен!       Прозвенел звонок. Закончился последний урок. Шатен с карамельными глазами стал собирать свою сумку. Ученики спешили домой, но Тсунаёши не торопился. Он закончил складывать свои вещи и вышел из класса.       Затеряться в толпе школьников и избавиться от чрезмерно заботливого Хаято было не сложно. Поворот за угол, вверх по лестнице и вот выход на крышу, откуда открывается прекрасный вид на Намимори. Не зря это любимое место здешнего Главы Дисциплинарного Комитета, ведь отсюда можно увидеть всю территорию школы. Жаль что сюда путь заказан как школьникам, так и учителям. Но шатену не жаль. Он исключение из правил, а если кто-то и будет качать права, то сразу огребёт. И запомнит это надолго. Если, конечно, останется жив.       Перед Тсуной предстала интересная картина. Мальчик умилился и достал телефон. Спящий ГДК — очень редкий кадр, а если он заснул в обнимку с тонфа, будто это плюшевый мишка — событие века!       Щелчок камеры и фото готово. Хибари просыпается и готовится атаковать, но останавливается, понимая кто его жертва. Он издаёт раздраженный рык, убирая своё оружие. Савада лишь шире улыбается и засовывает телефон в задний карман брюк.       — Чего тебе, чудовище? — раздражённо произнес брюнет и стал сверлить своего собеседника взглядом.       Тсунаёши весело насвистывает, рассматривая новые фотографии:        — Котёночек, что ты такой зло-о-ой? — напевал Тсуна, убирая телефон и засовывая руки в карманы. ГДК злясь, готов прожечь в наглеце дырку глазами, а шатен лишь усмехается, откровенно наслаждаясь ситуацией.       — Не шути надо мной! — наконец отзывается Кея, рыча. Желание чей-то смерти так и слышится в его голосе. — Что тебе нужно? — произносит брюнет, не отрывая своего взгляда от обманчиво хрупкого подростка напротив.       — Мне? — наигранно удивляется Тсунаёши. — Почему сразу мне что-то от тебя нужно?       — Всё, что ты когда-либо делаешь приводит к хаосу! — расплывчато отвечает оппонент. Хибари откровенно бесит этот разговор и он пытается быстрее его закончить.       — Неужели? — мило хлопает глазками Тсуна. Ему нимба лишь не хватает и вылитый ангел! Жаль, что на рога не налезет, слишком уж большие они.       — Ты раздражаешь меня. Говори, что тебе нужно или проваливай! — говорит брюнет, доставая тонфа. Шатен лишь заговорчески хихикает, аккуратно прикрывая рот рукой. В глазах так и пляшут черти. Не убедил. Наказание лишь формальность. Для них обоих это уже стало шуткой, повторяющейся при каждой встрече.       — Ладно, ладно! Успокойся! — поднимает руки шатен в применительном жесте. — Кея-чан, помнишь, наше обещание?       — Нет! — резко вскочив и отшатнувшись, кричит Хибари.       — Но Кея-ча-н! — протягивает Тсуна, с наигранно большими слезливыми глазами.       — Нет! — категорически точно отвечает ГДК.       — Ой, да ладно тебе! — не унимается Савада. — Будет весело!       — Нет!       — Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!       — НЕТ!       — А если я скажу где прячется новая банда? — гаденько улыбается Тсуна, прекрасно зная, что он победил.       Утро. Тсунаёши приближается к воротам школы. Он замечает силуэт девушки, прислонившейся к стене. Незнакомка улыбается, кидает странно выглядящую жидкость и уезжает на велосипеде. Савада, повертев в руках бутылку и здраво рассудив не пить, убрал в сумку.       Настала большая перемена. Тсуна достал свой бенто с любовью приготовленный Наной и в компании с Хаято стал пробираться на крышу. По пути они завели интересную беседу. Отвлечённый беседой и своими мыслями, Савада неожиданно понял, что забыл свой напиток в классе и захотел вернуться.       После долгого спора со своей «правой рукой», Тсуна отстоял свои права ввиду похода за чаем. Он отправил слишком уж верного Хаято занять место на крыше, хотя прекрасно знал, что туда мало кто ходит и там хватит места даже для кита.       Причём здесь кит Тсунаёши не знал, но искренне надеялся не найти его на крыше. На обычной школьной крыше даже дельфинов нет. Почему морские млекопитающие должны находиться там, он опять же не нашел причину. С этими мыслями и в одиночестве, школьник зашёл в класс.       Подойдя к парте, шатен обнаружил, что в его сумке кто-то рылся и странная жидкость пропала. Шатен достал свой термос с чёрным чаем. Его глаза наткнулись на странный обрывок бумаги. Нет, не туалетной, и уж тем более не похоже на любовное письмо. Для него не хватает конверта. В идеале с сердечком… И ровного почерка…       .       .       .       .       .       Нет смысла сравнивать. Это НИКОГДА не будет любовным письмом.       Наконец, вырвавшись из раздумий, Тсуна прочитал содержимое. На губах всплыла улыбка. Он посмотрел на часы и, забрав свой напиток, напевая лишь себе известную мелодию, вальяжно направился на крышу.       Его интуиция подсказывает, что будет что-то очень интересное, а ведь она никогда не врёт.